Банда 5 (сборник)
Шрифт:
– Сможете! – жестко сказал Демин. – Идите!
Своей резкостью он хотел возмутить женщину и тем придать ей силы. Сутарихина испуганно взглянула на него и вышла в коридор. Видя, что она не решается взять трубку, Демин сам взял ее и прислушался. «Соседка пошла звать...» – услышал он низкий женский голос. «Придет, никуда не денется», – произнес тот же голос через несколько секунд. После этого раздался смех, какой-то угрюмый, торжествующий смех человека, который добился своего, сумел доказать свою силу. «Ничего, побесится, перестанет...
Демин передал трубку Сутарихиной.
– Алло! Алло! – зачастила женщина. – Вы меня слышите? Алло!
Участковый восторженно ткнул Демина в бок – во, мол, дает бабка, время тянет, как опытный оперативник.
– Алло! – надрывалась Сутарихина. – Девушка!
– Да слышу, слышу! Чего вы орете, как будто вас...
– Подождите минутку... Алло!
В конце коридора, насупившись, стояли братья Пересоловы, и во всем их облике было неодобрение. Демин навис над Сутарихиной, пытаясь разобрать, что говорит сипловатая собеседница. Понятые робко выглядывали из комнаты Селивановой – они, кажется, так и не поняли, что происходит.
– Хорошо, я позвоню через пять минут, – сказала женщина и, не дослушав Сутарихину, повесила трубку.
– Низкий нагловатый голос? – вдруг спросил молчавший до сих пор младший Пересолов.
– Да, наверное, его можно назвать таким, – озадаченно проговорил Демин. – Ты ее знаешь?
– Она звонит иногда... не так чтобы часто, но и не первый раз. Кстати, этой ночью она звонила. Ее зовут Ирина.
– А отчество как, фамилия? – спросил Демин.
– Не знаю, Наташа не говорила.
– Напрасно, – проворчал Демин.
– Я могу подойти к телефону... Она иногда передает через меня кое-что для Селивановой... То есть передавала.
Демин задумчиво посмотрел на младшего Пересолова, на Сутарихину, в глазах у которой засветилась надежда на избавление от такой неприятной роли.
– Хорошо. Подойдешь ты.
Несмотря на то, что звонка все ожидали, прозвенел он неожиданно и как-то резко. Анатолий взял трубку, настороженно посмотрел на нее, не поднося к уху, будто опасался этой трубки...
– Да, – наконец проговорил он недовольно. Трубку Анатолий держал чуть поодаль, чтобы Демин мог слышать слова.
– Кто это? – опять прозвучал хрипловатый женский голос.
– А кто нужен?
– Толя, ты?
– Ну?
– Толик, будь добр, кликни Натали, а?
– А что я буду за это иметь?
Демин молча пожал парню локоть – правильно, мол, так держать. Тяни время, разговаривай, не торопись.
– Что будешь иметь? – переспросила женщина. – Это ты уже с Натали договаривайся! – Она хрипло засмеялась.
– С ней договоришься, как же! Держи карман шире...
– Можно, Толя, можно. Заверяю тебя, что с ней несложно договориться. Видно, ты
– С какого конца надо начинать?
– Ха, я бы тебе сказала, но рядом люди... Они могут меня неправильно понять. Но ты меня, надеюсь, понял.
На лбу у парня выступили маленькие капельки пота. Демин только сейчас представил себе, каково Анатолию было вести этот вроде бы такой шутливый разговор. Но Анатолий неплохо держался. Ворчливостью и недовольством он скрывал свое состояние.
– Ну что замолчал? Смотался бы за соседкой!
– А кто зовет?
– Ты что, ошалел? Скажи – Ирина к телефону зовет.
– А отчество? – уныло спросил Анатолий.
– Перебьется и без отчества.
– Ладно, подожди... – пробурчал Анатолий и передал трубку Демину. Некоторое время в трубке не раздавалось ни звука. Потом вдруг четко и громко прозвучали слова: «Конечно, придет, никуда не денется». Все тот же низкий женский голос. И Демин даже на расстоянии чувствовал, что принадлежит он человеку хваткому, самоуверенному, привыкшему поступать по-своему.
В дверях появился оперативник.
– Все в порядке, – проговорил он шепотом. – Засекли.
– Спроси, может, чего передать Наташе, – сказал Демин, отдавая трубку Анатолию.
– Алло! Ира! Может, что передать?
– Слушай, ну и копуха она стала! Как у нее настроение?
– По-моему, неважное.
– Я думаю! – удовлетворенно засмеялась женщина. – Толя, скажи ей, чтоб сегодня обязательно была в «Интуристе». Понял? Она знает. И еще скажи, чтоб не валяла дурака. А то я очень обидчивая стала в последнее время. Так и скажи. Добро? Ну будь!
Анатолий положил трубку и некоторое время стоял молча. Потом вопросительно посмотрел на Демина.
– Кто это?
– А черт ее знает! – с неожиданной злостью сказал Анатолий. – Ира, и все. Судя по голосу, эта Ира немало выпила на своем веку. И не только водки.
– Что же еще она, по-твоему, пила?
– Крови она достаточно попила у людей. По голосу чувствую, по тону. Этакой хозяйкой себя воображает. Нравится ей быть хозяйкой, давать распоряжения, проверять исполнение, поощрять и наказывать.
– Ладно, – тихо проговорил Демин, и в голосе в первый раз за все утро прозвучала угроза. – Ладно. Пусть так. Что у тебя? – повернулся он к оперативнику.
– Из автомата звонила. С улицы Горького.
– Ладно, – повторил Демин. – Пусть так. Хозяйка так хозяйка. Я не против. Будем заканчивать. Подписываем протоколы, собираем манатки, опечатываем жилплощадь и отбываем. А вас я попрошу вот о чем, – Демин повернулся к жильцам. – Сегодня на все телефонные звонки, если кто будет Селиванову спрашивать, отвечайте, что нету. Нету, и все тут. И весь разговор. Пусть думают, что хотят. Такая к вам просьба. Завтра скрывать будет сложно, да и ни к чему, наверно... А сегодняшний день попытаемся использовать.