Баллада о Лорелее
Шрифт:
Джошуа судорожно сглотнул, так и не найдя нужного ответа. Рубку «Перевертыша» наполнила тягучая тяжелая тишина.
Он только сейчас, неожиданно для себя, вдруг понял, что подсознательные планы на долгую совместную жизнь рядом с Жаклин вдребезги разбиваются об эту воистину несокрушимую преграду. Год за годом наблюдать, как старится и угасает твоя подруга, оставаясь при этом молодым и полным сил, наверное, действительно невыносимо.
Он насупился и уставился в монитор, ничего не видя. Жаклин тоже притихла.
Неловкую паузу нарушил резкий, показавшийся оглушительным, зуммер
Жаклин сразу же подобралась, бросила серьезный взгляд в сторону Джошуа и, проделав какие-то манипуляции с пультом, сказала:
— «Перевертыш» на связи.
— Говорит Кристофер Лейн, — в углу монитора возникло знакомое самоуверенное лицо. Разведчик окинул внимательным взглядом притихшую в кресле Дороти Найт и, словно нехотя, развернулся к пилоту. — Вы отклонились более чем на сто километров от траектории на «Скай Хантер». Хотелось бы узнать причины, иначе мне придется принять особые меры.
— Причина проста, — Жаклин незаметно подмигнула Джошуа. — Банальная ошибка в расчетах. Импульс оказался слишком велик, а в результате «Перевертыш» поднялся на более высокую орбиту, чем требовалось. Досадный баг уже локализован, через семь с половиной минут мы начинаем торможение, которое приведет нас прямо в ваши объятия. Уверяю, особенных мер не потребуется.
— Надеюсь, — с неудовольствием произнес Лейн и снова посмотрел в глаза Дороти Найт. — Помните, никаких неожиданностей я не потерплю.
— Принято, — сказала Жаклин и отключилась.
— Захватывающего шоу не обещаю, — произнесла она вслед угасшей голограмме, — но за один сюрприз головой ручаюсь. Надеюсь, вам понравится.
Она откинулась на спинку кресла, повернула голову к напарнику и сказала, усмехнувшись каким-то своим мыслям одними уголками красиво очерченных губ:
— Приготовься. Скоро наш выход. Придется немного покувыркаться, иначе не подойти к этому монстру в нужной позиции.
— Я готов, — сказал Джошуа, а мысленно добавил: «Или готова. Сам черт теперь не разберет.»
Жаклин в ответ лишь кивнула и склонилась над пультом, с невообразимой скоростью набирая необходимые для маневра команды. «Перевертыш» едва уловимо вздрогнул и начал разворачиваться. Звезды на экране плавно поплыли в сторону. Еще одно включение, легкий толчок, и вращение остановилось.
— Ну, поехали, — сказала Жаклин, запуская маршевые двигатели.
Тормозной импульс немедленно впечатал Джошуа в спинку кресла. Умом он понимал, что «Перевертыш» гасит скорость с тем, чтобы перейти на более низкую орбиту, однако чувства твердили об обратном: корабль изо всех сил ускоряется в стремлении улететь от надвигающейся опасности черт его знает куда… Несколько долгих мгновений, а затем отсечка двигателя, воспринятая с нескрываемым облегчением. «Перевертыш» вышел на финишную… хм… кривую, которая с неизбежностью доставит драгоценную добычу прямо в руки ненавистного врага.
— Отлично! — сказала Жаклин, повернувшись к Джошуа. — Не дрейфь, подруга!
«Ага, — подумал Джошуа. — Сначала мы ему, а потом он нам. Да и то неизвестно, получится ли у нас хоть что-нибудь. Весь план — сплошная авантюра, шитая белыми нитками. Единственная надежда на некомпетентность кадрового разведчика в вопросах пилотирования звездных кораблей. В противном случае может выйти с точностью до наоборот: задницу надерут нам, причем от всей души. Хорошо бы выйти из этой передряги живыми.»
— Вот он, «Скай Хантер», — сказала Жаклин, переключая изображение задней полусферы на главный экран. — Во всей красе.
Джошуа с трудом разглядел на фоне звезд темный силуэт крейсера, скупо обозначенный немногочисленными габаритными огнями. Просто крупное угловатое пятно абсолютной тьмы, и ничего больше. Никаких деталей конструкции разглядеть совершенно невозможно: ближайшая звезда, способная послужить источником света, находилась так далеко и выглядела настолько тусклой, что ее можно было не принимать в расчет. Черный провал в ткани пространства внушал до такой степени нешуточную угрозу, что Джошуа невольно поежился. Мысль о том, что бедному «Перевертышу» и его крошечной команде предстоит вступить в противоборство с этим чудовищем, внушала ужас.
Серия коротких импульсов маневровых двигателей, и «Перевертыш», продвинувшись вперед вдоль правого борта с одновременным разворотом на девяносто градусов, замер всего лишь в нескольких десятках метров от громады крейсера.
— Позиция, лучше не придумаешь, — удовлетворенно сказала Жаклин.
Монитор перед ней внезапно замерцал, сверху вниз пробежали полосы помех и, наконец, в правом верхнем углу вновь появилось лицо Кристофера Лейна.
— С прибытием, — сказал он. — Рад видеть, что вы выполняете договор. Следуйте к причальному терминалу номер три. Не ошибетесь, он прямо перед вами, сейчас я включу габаритные огни.
На темном пятне крейсера внезапно проявился ярко освещенный прямоугольник. Надо полагать, тот самый терминал.
— Не так быстро, капитан, — саркастически ухмыляясь, произнесла Жаклин. — Мы и рады были бы последовать вашим указаниям, однако никак не можем этого сделать.
— Какого черта? — резко спросил Лейн, весь вид которого просто кричал: «Ну вот, я так и думал! В нашем мире вообще никому нельзя верить, особенно обещаниям этого Алекса! Что еще он намеревается вытащить из своего бездонного рукава?»
— Нас не устраивает существующий договор. Поэтому мы хотели бы предложить новый.
— Никакого пересмотра условий капитуляции не будет! — сквозь зубы процедил капитан Лейн. — Готовьтесь принять на борт абордажную команду. В противном случае будете немедленно расстреляны. Советую проявить благоразумие.
— И все же вам придется нас выслушать, — невозмутимо сказала Жаклин. — Вы сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия. Кому из нас в конечном счете придется капитулировать — вопрос открытый. Продолжать или поверите на слово?