Балканский венец. Том 2
Шрифт:
Был у его Пепелюги еще один недостаток, который доводил до бешенства отца, короля Милана. Королева не могла родить наследника. Но Александру и это было неважно. Наследником можно было назначить кого угодно, хотя бы одного из братьев королевы или кого-нибудь из черногорской династии, Скупщина бы проглотила, куда она денется. Но злость в адрес королевы за ее позорную мнимую беременность демонстрировали решительно все – и двор, и родня, и оппозиция. Королю было решительно все равно, родит она детей или нет, но на бедняжку Драгу так насели со всех сторон эти страждущие продолжения династии, что ей и впрямь ничего не оставалось, как заработать невроз на этой почве. Так что за историю с якобы беременностью король
А уж какие отборные потоки грязи лились на его милую Драгу в прессе и светских салонах, не говоря уже о базарах по всей стране! Но странно – чем больше ее поливали, тем сильнее он хотел защитить и порадовать ее. Назло всем, всему миру. Он поселил королеву в своем роскошном дворце, построенном еще при отце, с грифонами и кариатидами – не хуже, чем в Вене. Осыпал ее бриллиантами, которые она так любила, и дорогими подарками. К ее услугам всегда были лучшие парижские портные, изящно драпировавшие ее выдающуюся во всех отношениях фигуру. Да и охраняли ее лучше, чем его королевскую особу.
Тут вдруг показалось королю Александру, что пышный балдахин над королевской кроватью заколыхался, и оттуда высунулась… Она самая, Черная рука! Король отдернул полотнище балдахина, за ним была пустота. Он провел рукой по покрывшемуся испариной лбу. Определенно, им с Драгой надо было отдохнуть ото всего этого безумия. Съездить куда-нибудь во Францию или в Италию. В Биарриц, например. Или в Висбаден. В этой стране, с какой бы жалостью не относился король к своей Сербии, ничего хорошего отродясь не происходило и происходить не могло.
Король вернулся в свой кабинет и выпил стоявшее на столе вино. Разумеется, французское, из лучших подвалов Бордо. Не пить же ему тот жуткий бренди из гнилых слив, который так любят местные крестьяне и который ни один нормальный человек даже в рот не возьмет. Здесь хорошее вино делать не умели. Здесь вообще ничего не умели, кроме как только резать друг дружку, тащить все, что плохо лежит, и кричать о величии страны.
Король просто не мог позволить себе заснуть, хотя глаза почти смежил сон. Определенно, с этой Черной рукой надо было что-то делать. Страх этот родился не на пустом месте. Давно, ох давно замышляли против короля многие, в том числе и в гвардии, где многие явственно симпатизировали Карагеоргиевичам. В последнее время, правда, они попритихли, даже про королеву перестали чесать языками. Но это и было хуже всего. Это означало, что они поумнели и что-то задумали. Надо, надо будет почистить и гвардию. Прямо с утра, не откладывая на завтра.
Король Александр выпил еще вина. И тут вспомнилось ему, как недель шесть назад посланник его в Британии Миятович, по указанию короля явившись на спиритический сеанс к самой модной в Лондоне ясновидящей Маргарет Шиптон, адепту глубоко тайного герметического ордена «Золотая заря», передал ей запечатанный пакет с королевским письмом, не предупредив ее об этом. Ясновидящая сильно взволновалась и объявила, что в конверте находится письмо короля, который скоро будет убит. А затем, воскликнув «кажется, будет убита и королева», миссис Шиптон упала в обморок. Король не сказал об этом своей супруге, но увы – журналисты разнесли историю по всем газетам, а милая Драга лишилась чувств, открыв утреннюю газету.
И тогда король решился все-таки посетить прорицателей. В Лондон он покамест не поехал, хотя этот вояж и стоял в его планах. Король поехал в село Кремну, к ясновидцу Митару, про которого во дворце ему все уши прожужжали – дескать, он и знает всё наперед, и советы дает верные, и денег не берет почти. Затерянное в горах село еле отыскали. Король Александр прибыл в глушь инкогнито. В простой одежде
2
Куча (серб.) – дом.
– Скоро, скоро останется Сербия без короля. Прибьют его, как собаку. И королеву заколют, будто она свинья. Тю-тю вся династия. Большой праздник будет.
После этих слов король хотел было приказать адъютантам вывести наглого старика во двор и всыпать ему плетей, но тот продолжал бредить:
– Большой праздник будет. Много, много смертей впереди. Сперва в захолустном босанском городишке бык забодает важного австрияка. Черная рука до него дотянется.
После слов о Черной руке король потерял дар речи. Оказывается, про нее знал еще кто-то, кроме него. Это видение давно уже преследовало короля, но он никак не мог понять, что же конкретно его страшит. И судя по всему, старик мог что-то об этом рассказать.
– Нашпигуют его пулями, что телячью ногу салом. А потом будет война. После нее Австрия тю-тю, а Сербия станет большим царством-государством. Мы объединимся с нашими северными братьями. Но тот, кто будет сидеть на троне, будет убит. Царством будет править родственник короля, но и его свергнут, а спасут англичане. Потом на престол взойдет сын убитого короля, но он будет править всего несколько дней. Все наше царство-государство будет занято чужеродной силой. И вся Европа покорится изогнутому кресту. Потом в эту войну вступит Россия, а на русском престоле будет сидеть красный царь. Потом придут люди с красной звездой во лбу. Человек с голубыми глазами приедет на белом коне, и во лбу у него тоже будет гореть красная звезда. Он придет, чтобы примирить всех наших братьев, соберет большое войско и освободит страну. России удастся свергнуть и сжечь изогнутый крест…
Изливая весь этот бред, ясновидящий представлял собой картину поистине величественную. Идиотизм происходящего заворожил короля. За этим он даже позабыл, что хотел приказать своим адъютантам. Ему хотелось знать больше.
– И что же, – спросил он у затихшего внезапно ясновидящего, – будущее никак изменить нельзя?
– Отчего ж нельзя? Все можно, – отвечал старик, жуя кусок прои [3] и роняя крошки на бороду. – Постараться надо только. Вот ты, король… – Король вздрогнул, потому что старик не мог этого знать. – Боишься Черной руки. Правильно боишься, скажу я тебе. Бык на рога подымет, а пчела жалить начнет. А, впрочем, тебе уже все равно…
3
Проя – традиционный сербский хлеб из кукурузной муки.
– А что, что это за рука такая? И что за бык с пчелой?
– Сам должен понять. Что ж я тебе, как маленькому, все рассказать должен?
– Это понимание поможет справиться с ними?
– Поможет, говоришь? Ну если поймешь, чья это рука и что нужно ей, да вернешь то, что принадлежит ей по праву, то считай, что и жив останешься.
– Так, значит…
– Должок за тобой…
– Но я…
– Не тобой сделанный. Но тебе его выплачивать. Пролитая кровь всегда будет взывать о мщении. И не будет покоя ни тем, кто пролил ее, ни потомкам их. Не снимешь проклятие с крови своей – Черная рука дотянется до тебя и покарает без жалости и милосердия.