Баламут 3
Шрифт:
23 января 2113 г.
…При виде «Святогора» весь личный состав полусотни пограничной стражи королевства Арле, ошивавшийся возле довольно солидного форта, врубил турборежим. Рядовые солдатики, в мгновение ока подлетев к карете с настоящими рьё и их свитой на двенадцати «единорогах», вцепились в сбрую несчастных животных и убрали их с нашего пути. А командование, как раз общавшееся с аристократом, собравшимся в путешествие, заставило мужика сложиться в глубочайшем поклоне. Само собой, не забыв прикрикнуть на недостаточно расторопных подчиненных и принять ту же самую позу.
Пришлось оправдывать ожидания, то есть, выезжать
Кстати, рогатки, перекрывавшие проезд сквозь створ ворот, исчезли в неизвестном направлении чуть ли не раньше, чем я вернулся в машину. Так что женщины встретили меня сдавленными смешками и подначками:
— Милый, как тебе предупредительность местных вояк?
— Может, вернемся в Певлем? Тут нас та-а-ак любят!
— Ратибор, кажется, ты поторопился — по моим ощущениям, мытарь был готов заплатить, лишь мы побыстрее убрались. А все почему? Потому, что не поленились воспитать вчерашних дуроломов!
Назвать воспитанием кошмарнейшую казнь четверки «благородных» насильников, втоптавших в землю простолюдина ради того, чтобы потешить похоть с его женой и несовершеннолетней дочерью, у меня не повернулся бы язык. Ведь это происшествие, вполне обычное для средневековья, напрочь сорвало нас с нарезки и превратило в кровожадных зверей. И пусть в итоге справедливость восторжествовала, то есть, твари в человеческом обличье были… хм… вывернуты наизнанку, крестьянин и его женщины исцелены, а весь десяток городской стражи, позволивший случиться этому непотребству, украсил своими телами ворота приграничного Чегрена, ярости, сжигавшей мою душу в тот момент, меньше не стало.
Впрочем, портить настроение дамам, как-то умудрившимся отпустить эту проблему, я не собирался, поэтому постарался отшутиться:
— Вы просто не видели, какими монетами он собирался отдариться!
— Неужели гнутыми медяками? — ужаснулась Язва.
— Именно!
— И ты решил, что столько не унесешь?
— Зачем забивать пространственный карман всяким мусором?
— У-у-у, девчат, а наш мужчина-то, оказывается, транжира! — притворно ужаснулась она, доехала до середины моста через реку, разделяющую земли Арле и Овенора, кинула взгляд на экран ИРЦ и посерьезнела: — Та-а-ак, а тут нас ждут отнюдь не с распростертыми объятиями!
Ну да — на той стороне границы ошивалась не полусотня, а целая сотня, хотя, насколько нам было известно, войной между королевствами и не пахло.
Нет, цепляться ко мне ни вояки, ни кошмарно разжиревший мытарь не рискнули. Более того, даже пошлину взяли обычную. Зато полоскали мозги порядка двадцати минут. Сначала выясняли, когда именно и на чем я прибыл с Аммара, а затем пытались убедить снять защиту с «кареты», дабы ее можно было осмотреть, искали добровольца-смертника, готового рискнуть собой ради торжества Закона, спорили, можно ли закрыть глаза на его небольшое нарушение, и так далее. В общем, отыгрывали спектакль до тех пор, пока я не решил вернуться в Арле, чтобы объехать их хренов Овенор югом.
Тут приемлемое решение было найдено, и я, оставив оттиск родового кольца на свитке-гарантии отсутствия во внедорожнике некой абстрактной контрабанды, получил подорожную, разрешающую транзитный проезд через королевство.
Стоило вернуться в «сияние» и захлопнуть дверь, как Шахова сорвала внедорожник
— Будешь смеяться, но «единорог» их посыльного уже сдох и перешел с галопа на шаг!
— Уведомить начальство успеет? — полюбопытствовал я.
— Если поедем в скоростном режиме местных телег.
— А с точкой пересадки определилась?
Она фыркнула еще раз:
— А что с ней определяться, если транспорт, движущийся со стороны Даргала, тормозят перед засадой, карету, которую мы обогнали на границе Арле, наверняка придержат пограничники Овенора, а до спутников, дронов, биноклей и даже подзорных труб тут еще не додумались?
— Что ж, тогда рули за горизонт, а там направо… — пошутил я, поймал взгляд Бестии в зеркале заднего вида и… промолчал, как-то почувствовав, что ее решение составить компанию нам с Язвой не изменилось.
Потом в том же режиме оценил настрой Хельги, понял, что не смогу переубедить и ее, закусил губу и ощутил шеей жар ладоней Долгорукой:
— Рат, прими, как данность, что мы от тебя никуда…
…В большое «зеркало», открытое прямо перед бугелем «Святогора» и вписанное в «сияние», въехали в небольшой низине, дно которой точно не просматривалось с пограничного форта. Оказавшись в нужном боксе, в темпе вылетели из внедорожника, в два-три волчьих скока преодолели считанные метры, отделявшие нас от экспериментальной боевой машины специального назначения «Мамонт», честно позаимствованной Долгорукой и Шаховой с Самарской БХВТ [4] Особой Комиссии, и скользнули кто в предупредительно распахнутый десантный люк, кто в люк для механика-водителя, а кто и в командирский. Несмотря на то, что я полночи привыкал к этому чудовищу, заточенному под противодействие сбрендившим мастерам и Грандам, первые несколько мгновений пребывания в нутре двадцатитонного восьмиколесного БМСН никак не мог поверить в то, что он теперь принадлежит нашему роду. А Язве было плевать на любые рефлексии — упав в свое кресло, она деловито завела двигатель, загерметизировала монстра и активировала один из трех нештатных артефактных блоков, появившийся в нем стараниями Борисыча и его команды.
4
БХВТ — база хранения вооружения и техники.
Уже через миг матушка, обнаружившаяся у дальней стены бокса, расплылась в довольной улыбке и вскинула вверх оба кулака с отведенными большими пальцами, сообщая, что иллюзия «Святогора» встала, как родная, и выглядит более чем убедительно. Лариса благодарно моргнула фарами, залила в блок номер два координаты точки перехода, открыла с него большое «зеркало» и вернула нас на Эднор. А через несколько секунд, «подхватив» потерявшиеся было разведдроны, огляделась через их видеокамеры, врубила третий блок и расплылась в довольной улыбке:
— Рокировка осталась незамеченной. И это настраивает на чрезвычайно воинственный лад!
В этот момент подала голос Даша, открывшая «Око» и изучившая место «рокировки»:
— Рат, в следующий раз сдвигай координаты точки выхода сантиметров на тридцать меньше: артефакт Игната Петровича, конечно, затер следы колес реального «Святогора», но при большом желании место стыка обнаружить можно.
— Дунь чем-нибудь воздушным! — предложил я.
— Уже! — сообщила она, вполголоса назвала себя красоткой и попросила Язву кинуть на мониторы десантного салона картинку с ИРЦ.