Бал-маскарад

Екомидзо Сэйси

– Киндаити-сэнсей, – обратился к детективу Хибия. – Когда вы увидели труп, вы сразу сообразили, что его сюда привезли?

– Ничего подобного… – улыбнулся Киндаити. – Я не ясновидящий и не волшебник. Однако слишком много противоречий, которые бросаются в глаза. Их нельзя не заметить. Это приходит с опытом… И на основе этого опыта возникают подозрения. Если эти подозрения не отбрасывать, постепенно начинают накапливаться факты. Начинаешь размышлять. И тут может улыбнуться удача, как это произошло, когда был обнаружен мотылек в багажнике.

– И в этот

момент вы сделали вывод, что убийство было совершено не здесь? – На этот раз Хибия спрашивал уважительным тоном ученика.

– Хибия-сан, все дело в опыте. – Киндаити доброжелательно и сочувственно посмотрел на молодого помощника инспектора. – Я уже несколько раз имел дело с преступлениями, когда, чтобы запутать следствие, труп переносили в другое место. Я по сравнению с вами намного чаще, если так можно выразиться, пересекал ворота храма… Все дело только в этом. Я обнаружил пыльцу мотылька, прилипшую к блузе, и самого мотылька в багажнике. Но все это – чистейшая случайность. Если не я, то все это нашли бы вы. В этом деле еще очень мало фактов, и очень многое мне совершенно непонятно.

– Что, например?

– Расположение спичек. По всей вероятности, Маки перед тем, как он был убит, или решал какую-то головоломку, или пытался что-то объяснить с помощью спичек; второе, на мой взгляд, более правдоподобно. Как вы правильно заметили, преступник хотел создать у нас впечатление, что самоубийство совершено в студии. Для чего же он принес спички и разложил их определенным образом? Если Маки все-таки что-то объяснял, то в их расположении заложен какой-то смысл. Хотя спички сдвинуты, все равно можно попробовать расшифровать. Если мы разгадаем эту головоломку, сможем найти преступника.

– Киндаити-сэнсей, – Хибия понизил голос, – Асука-сан проявил повышенный интерес к расположению спичек. Может, ему что-нибудь известно?…

– Возможно… – начал Киндаити, как вдруг дверь в студию отворилась, на пороге появились двое: служанка Маки, а за ней молодой человек в синем фартуке, на котором было написано белыми иероглифами название магазина – «Микавая».

– Извините, пожалуйста… – Мицуко Нэмото, стоя в дверях, внимательно осмотрела студию.

Именно она сегодня утром обнаружила здесь тело хозяина. На вид ей было около пятидесяти, и она производила впечатление честного человека.

– А, Нэмото-сан, что случилось? – спросил Хибия.

– Со мной пришел Судо-сан, служащий магазина «Микавая», что на Старой дороге. У него есть что рассказать о ключе от этой студии.

– Судо-кун, проходите сюда. Что вы знаете о ключе? – доброжелательно спросил Кондо.

Судо было чуть больше двадцати. Он осторожно вошел в студию, с опаской взглянув на стол, за которым, как ему рассказала прислуга, сидел мертвец.

– Это случилось вчера, после полудня, около двух часов… Наш магазин находится на Старой дороге. Я должен был доставить заказы в три дома в районе Ягасаки и как раз вышел из дома с велосипедом, как вдруг услышал, что кто-то зовет меня: «Микавая! Микавая!» Оглянувшись, я увидел, что это господин,

который живет здесь, в Каруидзаве. Он вышел из машины и стоял рядом с ней.

– Продолжай, это интересно, – сказал Хибия и обменялся с Кондо настороженными взглядами.

– Он спросил, куда я еду. Я сказал, что должен доставить три заказа в район Ягасаки, вернусь примерно через полчаса. Он сказал, что это его устраивает, и попросил заехать к нему домой и привезти оттуда одну вещь, снял со связки один ключ и передал мне.

– И он сказал, что этот ключ от двери студии? – уточнил Кондо.

– Да.

– Что ты должен был ему привезти?

– Сейчас в «Хосино-онсэн» проходит фестиваль современной музыки. Синдзи Цумура выступает на нем как композитор и дирижер…

– Ну и что попросил Маки?

– Он сказал, что в студии лежит приглашение на концерт Цумура, и попросил его привезти.

– И ты согласился?

– Да, это было мне по пути.

– А где ждал все это время Маки?

– В «Дзиро». На Старой дороге есть кафе «Дзиро». Он сказал, что будет ждать там.

– Маки был один? – вмешался в разговор Коскэ Киндаити.

Судо бросил быстрый взгляд на него и ответил знакомому, помощнику инспектора Хибия:

– Нет, он был с девушкой, дочерью Тиёко Отори, Мися Фуэкодзи.

– С Мися?… – Глаза Хибия блеснули за стеклами очков, а Киндаити сложил губы так, как будто хотел свистнуть от удивления, но сдержался.

Если подумать, не было ничего удивительного в том, что Мися и Маки проводили время вместе, ведь какое-то время он был ее отчимом. Но помощника инспектора Хибия, который не читал светской хроники, такое объяснение не могло удовлетворить.

– Судя по тому, что они говорили, – вновь заговорил Судо, глядя на Хибия, – Маки-сан получил приглашение на концерт, но идти не собирался. Но когда он встретил дочь Фуэкодзи, она его уговорила.

«Ну что за девушка! – с горечью подумал Хибия. – Если бы я был ее отцом, то не позволил бы ей так себя вести».

– И ты заходил в студию? – спросил детектив Кондо, воспользовавшись молчанием Хибия.

– Да.

– А почему об этом не знала Нэмото-кун?

– По словам Судо-сан, – на доброжелательном лице Нэмото появилась извиняющаяся улыбка, – он приходил в половине третьего, а я как раз в это время заходила к соседке, чтобы попросить у нее утюг, а то наш сломался.

– Во всяком случае, когда я пришел, прислуги не было. Подумав, что нехорошо заставлять господина Маки слишком долго ждать, я прошел в студию.

– Где лежало приглашение? – спросил Киндаити.

– На чайном столике.

– Студия была закрыта на ключ?

– Да, конечно.

– Когда выходил, то закрыл дверь на ключ?

– Да.

– Когда ты принес приглашение в «Дзиро», Мися была с Маки?

– Они сидели за столом друг против друга. Мне это показалось странным.

– Что именно?

– Эти отношения между ними… Ведь я слышал, что одно время они были как отец и дочь. – Судо с неопределенной улыбкой опустил голову.