Бал-маскарад

Екомидзо Сэйси

На твердой черной покрышке запасного колеса лежал раздавленный коричневый мотылек, похожий на инкрустированный перламутром фамильный герб.

Глава седьмая

Клинопись

Поразительно, как быстро рассеиваются враждебность и антипатия, стоит только людям оказаться в чрезвычайной ситуации. Когда на черной покрышке запасного колеса был обнаружен герб-мотылек, теснившиеся у багажника полицейские вспомнили, что первым на мотылька обратил внимание несносный

Коскэ Киндаити, и это их искренне удивило, но в какой-то степени и примирило с сыщиком.

– Киндаити-сэнсей, получается, что следы на блузе погибшего остались от этого мотылька?

В голосе Хибия уже не было слышно надменных ноток. Коскэ Киндаити обнаружил мотылька случайно, и все же эта находка была небольшим открытием: она проливала свет на некоторые загадочные аспекты преступления.

– Возможно. Впрочем, подобные мотыльки здесь повсюду.

В районе Минамихара, где сейчас жил Коскэ Киндаити, мотыльков было особенно много. Если ночью он забывал закрыть стеклянную дверь или опустить москитную сетку, то они тучами налетали на свет, и среди них встречалось немало вот таких, больших коричневых мотыльков.

– Все это так, но как он мог попасть в багажник? Да еще раздавленный?

Помощник инспектора Хибия, подавив волнение, со строгим выражением лица повернулся к молодому полицейскому.

– Фурукава-кун, отвези этого мотылька на экспертизу и скажи им, чтобы она была проведена особенно тщательно. В частности, важно определить, совпадает ли пыльца с крылышек этого мотылька с той, которая была взята с блузы погибшего.

– Слушаюсь, – ответил Фурукава и, осторожно собрав остатки тельца мотылька в виниловый пакет, побежал к дороге.

Провожая его взглядом, Кондо повернулся к Киндаити и спросил его, явно волнуясь:

– Киндаити-сэнсей, если пыльца и жидкость, которые были на блузе погибшего, совпадут с остатками мотылька, раздавленного в багажнике, что вы скажете?

В его тоне уже не было той язвительности, с которой он раньше разговаривал с Киндаити, а в глазах читались уважение и даже симпатия.

– А вы, Кондо-сан, что думаете на этот счет?

– Тогда получается, что погибший Кего Маки был засунут в багажник и… – Не договорив, он взволнованно посмотрел вокруг себя, понимая, что высказал слишком серьезное предположение. Если это действительно так, расследование надо начинать сначала, зато у следствия появляется важная улика.

К счастью, вокруг сновали прибывшие из города рабочие, и никто, кроме Киндаити, не услышал Кондо. Отсюда просматривалась задняя стена коттеджа, и до окна, у которого чуть раньше стоял Тадахиро, было рукой подать, но сейчас его не было видно. Кадиллак, на котором приехал Киндаити, был припаркован у входа в коттедж, за рулем, как и раньше, сидел Такудзо Акияма.

– Если это так, Кондо-сан, то что из этого следует?

– Маки был убит в другом месте, а затем преступник привез его тело сюда, да?…

Коскэ Киндаити посмотрел печально на связку ключей в руках Хибия.

– Хибия-сан,

в этой связке ведь есть ключ от коттеджа? Я прошу прощения, но не могли бы вы проверить еще раз? Если Асука и Отори собираются уезжать, не следует им говорить ничего лишнего.

Хибия хорошо понял, что имел в виду Киндаити, так как эти двое скорее мешали следствию.

– Хорошо. Кондо-кун, передай им, чтобы они на некоторое время задержались в Каруидзаве и что я немного позже заеду на виллу Асука.

– Слушаюсь.

Детектив Кондо вскоре, позванивая ключами, вернулся из коттеджа, и в этот момент от входа, разбрызгивая колесами воду, отъехала машина. Коскэ Киндаити обернулся и через заднее стекло кадиллака увидел красивое лицо Тиёко, которая слегка ему поклонилась. Тадахиро не было видно, его заслоняла Тиёко.

– Он что-нибудь спрашивал? О машине?

– Нет, особо не интересовался. Я ему только сказал, что ключи были обнаружены в машине. О мотыльке не сказал ни слова.

– Ну и что это за ключи? – спросил Киндаити.

– Это ключи Маки. Я показал их прислуге, и она подтвердила это.

– Получается, что в этой связке отсутствует только ключ от студии.

– Да, и Мицуко Нэмото говорит, что не понимает почему… Да, совсем забыл, Асука-сан просил передать вам привет и сказал, что будет ожидать вас у себя на вилле.

– Киндаити-сэнсей, может, нам пройти в студию для дальнейшего обсуждения ситуации? – Хибия подозвал молодого полицейского. – Фурукава-кун, а ты тщательно осмотри весь багажник. Киндаити-сэнсей, нам необходимо найти возможные отпечатки пальцев.

– Разумеется.

– Может быть, там будут найдены отпечатки пальцев погибшего, – тихо, почти про себя, сказал Кондо. Он получал все большее удовольствие от совместной работы с Коскэ Киндаити.

Покрывавшая территорию коттеджа вода постепенно уходила, стали обнажаться покрытые гравием дорожки, в некоторых местах они уже подсохли под жаркими лучами солнца.

Коскэ Киндаити, помощник инспектора Хибия и детектив Кондо, перепрыгивая с одного сухого клочка почвы на другое, добрались до студии и вошли внутрь. Тело Маки увезли, а в остальном здесь ничего не изменилось: свеча и спички лежали на своих местах на столе.

Помощник инспектора Хибия, проявляя осторожность, специально оставил входную дверь открытой и со строгим выражением лица повернулся к Коскэ Киндаити.

– Итак, Киндаити-сэнсей, что вы обо всем этом думаете?

– Может, мы лучше спросим мнение Кондо-сан? Не могли бы вы, как старший по возрасту, высказать свое мнение?

– Я чувствую себя неловко, когда вы так говорите… – засмущался Кондо, потирая загоревшее лицо. – Но раз уж вы настаиваете, я попробую. Если предположить, что погибшего сунули в багажник и привезли сюда, то многое становится понятным. Киндаити-сэнсей в прошлый раз высказал мнение, что мы не знаем точно, пришли сюда жертва и убийца вместе или по одному. Теперь ясно, что они появились вместе, причем Кего был уже мертв.