Бабочка

Л'Амур Нелль

Сегодня я не мог думать ни о чем другом. Не мог ни на чем сосредоточиться.

Вчера она была вдохновением.

Прекрасным вдохновением.

Сегодня отвлекала.

Чертовски отвлекала.

Мне нужно было снова ее увидеть.

Вот так легко и просто.

Почему я не записал ее номер телефона? Или электронную почту? Дурак, какой же я дурак.

Какой у нее был адрес? Ни хрена не могу вспомнить.

Она сказала, что работает мастером маникюра. В этом городе было до хрена маникюрных салонов. Это мог быть любой из них.

И вдруг за чашечкой утреннего кофе меня осенило. Я мог связаться

с ее подругой Харпер. Ее номер телефона у меня сохранился, как и адрес электронной почты. Схватив телефон, я написал ей.

Роман: Привет, Харпер. Мне нужна услуга.

Я нажал «отправить» и стал ждать ответа с затаенным дыханием.

Ничего. Аргх, тишина.

Я тупо пялился на экран. Так прошло тридцать долгих минут. Мой кофе уже остыл. И я так нервничал, что готов был выпрыгнуть из кожи.

Мне нужно было выплеснуть эту бешеную энергию. Мое разочарование.

В течение следующего часа я занимался в своем домашнем тренажерном зале, расположенном на верхнем этаже моего дома. Бегал на беговой дорожке и качал тяжести до боли в каждой мышце моего тела. Но больше всего болело мое сердце. И это еще не все, что болело у меня. Харпер до сих пор не ответила, и я уже собрался уйти в душ, чтобы освежиться, когда мой телефон пиликнул. Сообщение. Уже успев раздеться, я схватил свой сотовый с тумбы двойной раковины. Это Харпер!

Харпер: Привет! Как дела?

Прежде чем я успел напечатать ответ, она написала мне снова.

Харпер: Извини за поздний ответ. Я была на совещании сотрудников.

А потом еще одно сообщение. Пальцы этой девушки двигались со скоростью молнии.

Харпер: Кстати, всем понравилось твое интервью.:)

Роман: Отлично. Эй, не подскажешь, где работает твоя подруга Софи?

Харпер: В каком-то маникюрном салоне.

Иисус.

Роман: Ты знаешь его название?

Харпер: Кажется, он называется «Розовая леди» или что-то вроде этого.

Прогресс.

Роман: Где оно находится?

Харпер:

Не знаю. Они часто переезжают.

Черт.

Роман: Можешь написать мне ее номер телефона?

Харпер: Придется сделать это позже. Она на быстром наборе. Я опаздываю на встречу. Пока!

И связь оборвалась. Мне захотелось швырнуть телефон в стену, но он был нужен мне, чтобы узнать, где, черт возьми, находился салон «Розовая леди». Я нажал на значок Google и в строке поиска вбил: маникюрный салон «Розовая леди» на Манхэттене.

К моему полному разочарованию, на экране появилась дюжина ссылок. «Розовые леди» были по всему городу. Наверное, это какая-то сеть. Накинув халат, я начал обзванивать каждый из них, спрашивая, мог ли я записаться к Софи Локхарт.

И получал один и тот же ответ. Снова и снова. «Извините, у нас нет Софи».

Разочарование расползалось во мне, как армия муравьев. Мне осталось позвонить лишь в еще один салон. Если она и там не работала, то все вернется на круги своя.

Телефон на другом конце звонил и звонил. Мои мышцы все сильнее напрягались с каждым новым звонком. Я уже собрался сдаться, когда кто-то ответил. Голос с азиатским акцентом, похожий на все остальные.

— Алло. «Розовая леди».

— Могу я записаться к Софи сегодня утром?

Голос:

— Она сегодня очень занята.

Я вскинул кулак в воздух. Да! Я нашел ее!

— Вы хотите маникюр-педикюр?

Нет, я хотел ее.

— Да, — пробормотал я.

— Вы приходите, и мы постараемся вас устроить.

Звонок завершился.

Я легко нашел салон. Расположенный на оживленной Амстердам-авеню к северу от 86-й улицы, он приютился между какой-то невзрачной гастрономией и пунктом ремонта обуви. Распахнув дверь, я зашел внутрь.

А, осмотревшись, понял, что словно попал на фестиваль Красок «Холи». Заведение выглядело так, будто на его стены вылили галлоны «Пепто Бисмола» и «Молока Магнезии». В тесной приемной несколько девушек расположились на креслах из розового плиса, уткнувшись в свои мобильные телефоны либо в один из многочисленных модных журналов, разложенных на дешевом белом журнальном столике Formica. Я заметил один из заголовков на обложке свежего Vogue: «Кто такой Роман Херст?» Никто не знал… и уж точно ни одна из этих женщин. Хотя несколько из них посмотрели на меня. Но скорее всего потому, что я — единственный мужчина среди них, и было трудно игнорировать мое внушительное присутствие. На мне была моя обычная черная форма, и еще я добавил темные очки Ray-Ban, чтобы отвлечь внимание от моей повязки на глазу. После стольких лет я все еще стеснялся ее.