Бабник

Скотт Кайли

Моя тяжёлая голова раскалывалась, в ней не было никаких утешительных слов.

В конце концов Джейн издала долгий вздох.

— Как бы то ни было, ребёнок начал пинаться и разбудил меня. Обычно я не брожу по коридорам в такой час. Но если я пошевелюсь, то вскоре всё обычно затихает, и этот коридор длиннее, чем в моей квартире.

— Ха.

— Милое личико. — Женщина рассмеялась.

— Что?

— Это из-за мысли о том, что ребёнок брыкается, не так ли? — спросила она. — Не думаю, что ты мог бы

выглядеть более отвратительно, если бы попытался.

Дерьмо.

— Нет-нет. Я не испытываю отвращения. Это... это ужасные слова.

— Ты делаешь это снова прямо сейчас, — сказала она. — Каждый раз, когда ты смотришь на мой живот, ты зеленеешь, словно тебя вот-вот стошнит.

— Не-е-ет.

— Ты делаешь так, Эрик. Поверь мне.

Я выдохнул.

— Ты ошибаешься. Я думаю, это прекрасно, жизнь и всё такое, понимаешь?

Её тёмные брови сошлись вместе.

— И то, что ты создала эту жизнь, это... вау.

— О, правда?

— Абсолютно. — Я кивнул. Затем остановился, так как от этого у меня нехорошо закружилась голова. — Ты прекрасна, и ребёнок...

— Ребёнок — это что?

— Эм. Потрясающе. Да.

Теперь её брови превратились в одну тёмную линию.

— Я не думаю, что тебе следует идти на прогулку. Сколько ты выпил?

— Я не собираюсь садиться за руль. Теперь это было бы безответственно.

— Подожди. — Её подбородок вздёрнулся. — «Прогулка» кодовое значение «отправляюсь на поиски добычи»?

— Нет. Почему ты так решила? — я нахмурился, когда понял. — Погоди. Нелл наговорила тебе всякого дерьма обо мне, да?

— Ну, ты знаешь. — Джейн стояла, расставив ноги, раскачиваясь взад-вперёд. — Мы с Нелл подруги, поэтому я не могу повторить то, о чём мы говорим. Будет похоже на предательство её доверия, а это нехорошо.

— Она наболтала. — Я опустил голову. — Так и знал. — Мои колени подогнулись, и я опустился на пол. Нах*й. В любом случае это было удобнее, чем стоять. — Так что теперь мне придётся терпеть и от тебя то же самое дерьмо.

— Терпеть, что от меня?

— Ты тоже считаешь меня бесполезной шлюхой. — Я согнул колени и откинул голову назад, к стене. Было немного больно. — Все так думают. Я отстой, просто спроси мою семью и друзей.

Она открыла рот, затем снова закрыла.

— Эрик, она не считает тебя плохим человеком.

— Забудь.

Болезненный стон.

— Да ладно, у тебя похмелье. Тебе нужно выспаться, утром всё будет выглядеть лучше, я обещаю.

Свет либо погас, либо я закрыл глаза. Трудно сказать, что именно. Может быть, я всё-таки не стану утруждать себя прогулкой; каждый дюйм тела казался тяжёлым и усталым.

— Эрик, вставай.

— Мне и здесь хорошо, — угрюмо пробормотал я. — Не беспокойся обо мне.

Несколько вздохов.

— Может, мне стоит разбудить Андре или твоего брата и попросить

кого-нибудь из них помочь мне вернуть тебя внутрь.

— Нет, не надо. — Медленно, с трудом, я поднялся на ноги. Всё казалось расплывчатым, ужасным и печальным. Очень грустно. — Видишь, я могу встать сам.

— Хорошо.

— Они мне не нужны.

— Хорошо. — Джейн протянула руку. — Ключи?

— Хм? Ой. Верно.

Благословлённая трезвостью, Джейн в мгновение ока открыла дверь.

— Давай же.

Положив одну из моих рук на свои плечи, она направила меня к кровати. Её голова поворачивалась то в одну, то в другую сторону, разглядывая всё вокруг. Старые коллекционные пластинки в рамках и ультрасовременный проигрыватель. Штука больше походила на скульптуру, чем на что-то, на чём можно крутить винил. Полностью укомплектованный барный уголок и удобный серый диван, который гармонировал с тёмными стенами. Свет лампы был тусклым и только создавал настроение.

Джейн с интересом оглядывала спальню с лёгкой ухмылкой на лице.

— Что? — потребовал я.

— Ничего. — Она вздохнула. — Но для того, кто возражает, чтобы его называли шлюхой, твоя квартира выглядит так, словно создана для соблазнения.

— Всё это часть пакета. — Защищаясь, я махнул вытянутой рукой на свои простыни с пятью сотнями нитей. — Если девушка приходит в твою спальню, ты должен устроить ей хорошее времяпровождение. И это требует внимания к деталям. Одежда. Окружение. Освещение. Музыка. Всё должно быть сделано правильно. — Я попытался немного выпятить грудь, что было непросто, учитывая, что я всё ещё наполовину опирался на Джейн для поддержки. — Для меня это вопрос принципа.

— Я заметила. Ты очень принципиальный, — сказала она, поворачиваясь, чтобы бросить меня поперёк кровати.

— Не говори так саркастично. — Я подпрыгнул на матрасе, отчего голова закружилась ещё сильнее. — Вау. Всё вращается.

— Давай, поднимай сюда свои ноги.

Я поворчал, но сделал, как было сказано.

— Ты собираешься лечь спать во всей одежде?

— Зависит от обстоятельств. — Я одарил её сексуальной улыбкой. — Хочешь раздеть меня?

— Нет. Не думаю, что это хорошая идея.

Как угодно. Она не знала, что теряет.

— Давай всё же снимем ботинки, а? — не говоря больше ни слова, она начала дёргать за шнурки. — Тебе будет удобнее.

— Спасибо. Ты реально милая, Джейн.

— Не за что.

— Я не милый.

Она уронила один ботинок на пол.

— Ты не так уж плох.

— Всё в порядке. Тебе не обязательно упа... уса...

— Успокаивать? — предположила она.

— Да, это. Ты не должна так поступать со мной. — Я переплёл пальцы на груди и уставился в высокий потолок. — Даже мой собственный брат и его девушка думают, что я бесполезен.