Бабник
Шрифт:
— Членоголовый уехал на машине. У меня есть номерной знак.
Вопль девушки идиота, и она тоже выбежала, а за ней быстро последовала и её подруга. Хорошо. Мало того что моё лицо подёргивалось, так ещё мы определённо могли обойтись без драмы. Хотя она и её подруга, вероятно, только что нагрели нас на свой счёт за напитки. Чёрт возьми.
— Шоу окончено, — объявила Рози с улыбкой. — Извините, что прервали ваш вечер, ребята.
На смену тяжёлой рок-песне пришло что-то чуть более спокойное и радостное. В «Дайв Бар» был плейлист как раз для таких случаев. В конце концов, все любопытные
— Ты в порядке? — Джо похлопал меня по плечу.
— Больше всего раздражает, что он меня достал.
— Чего ты ждал? Ты стареешь.
Я просто показал ему средний палец, пока он шёл обратно к бару.
Курт подбежал со льдом, и я приложил пакет к глазу. Лучше спрятаться на кухне, пока я снова не буду выглядеть презентабельно.
— Что, чёрт возьми, случилось? — спросила Нелл, отодвигая лёд в сторону, чтобы проверить рану. — Крови нет. Только отёк и синяки.
Я хмыкнул.
— Что ты делаешь? Не снимайте пакет со льдом.
— Мудак обвинил меня во флирте с его девушкой. Затем он перегнулся через барную стойку и ударил меня.
— Ты к ней приставал?
— Нет, — огрызнулся я. — Мы с Джо болтали с парой женщин. Одна из них попыталась схватиться за меня, но я отошёл. Она, казалось, поняла намёк. Ничем не отличается от любой другой ночи.
— Хмм, — и вы должны знать, что этот её звук был полон сомнений.
— Я бармен, Нелл. Люди ждут, что я буду с ними разговаривать.
— Да, но насколько сильно ты включил обаяние?
— Нелл, хватит, — сказала Лидия с невозмутимым выражением лица. — Эрик здесь жертва.
Я только покачал головой.
— Забудь об этом.
Как только полицейские приехали, и я дал показания, я вышел оттуда. Какая ночь.
* * *
— Общение с людьми — это часть моей работы, верно?
— Не двигайся, — сказала Джейн, поднося к моему лицу новый пакет со льдом, так как предыдущий превратился в грязь. Я сидел, сгорбившись, на её диване, откинув голову на подушку, чувствуя глубокую жалость к себе. Всё это время она играла медсестру. Или, по крайней мере, встала на колени рядом со мной, держа лёд над моим глазом. Может быть, игра в медсестру была скорее плодом моего воображения. Но постучаться в её дверь определённо стоило. Если избитое лицо не может вызвать сочувствия у симпатичной девушки, то жизнь слишком мрачна, чтобы её выносить.
— Мы просто смеялись. Я понимаю, какая тонкая грань между небольшим безобидным флиртом и реальным приставанием к женщине, — объяснил я. — Я не идиот. Ничто из того, что я делал, не переходило эту черту. Я много размышлял об этом.
— Хорошо. Я знаю, ты приложил много усилий, чтобы уйти от разных частых сексуальных партнёров.
Я кивнул.
— В любом случае нет никакого оправдания для того, чтобы кого-то ударить, — заметила она. — Но если ты говоришь, что не подкатывал к этой женщине, то я тебе верю.
— Нелл не верит, — проворчал я.
— Да, что
Я промолчал.
— Похоже, та девушка встречается с жестоким придурком.
— Надеюсь, у неё хватит ума бросить его, — сказал я.
— Я надеюсь, что у неё есть люди, которые поддержат её на случай, если он решит отомстить ей, — Джейн тяжело вздохнула.
Клянусь, моё сердце перестало биться.
— Это случилось с тобой?
— Нет, — она покачала головой. — Но у моей подруги были некоторые проблемы с подобным парнем. Он просто не принимал «нет» в качестве ответа. Продолжал звонить ей и заезжать, иногда следил за ней. Какое-то время там было страшно.
— Что, чёрт возьми, заставляет людей так себя вести?
— Не знаю, — ответила она. — Раздутое чувство вседозволенности? Может быть, им просто сходит с рук такое поведение так часто, что это кажется им хорошей ставкой. Некоторые люди, кажется, просто думают, что насилие всегда является ответом. Попытка контролировать кого-то, когда кто-то боится его, заставляет их чувствовать себя лучше, я полагаю.
Я отодвинул пакет со льдом в сторону, стараясь разглядеть её получше. Не то чтобы это сработало, с такими-то опухшими веками.
— Хочу, чтобы ты знала, я никогда не желал, чтобы ты меня боялась.
— Я не думаю, что слишком много вложений в отношения — это недостаток характера, с которым ты когда-нибудь столкнёшься, — она ухмыльнулась. — Но я ценю это заявление.
Я нахмурился.
— Не то чтобы мы были вместе или что-то в этом роде... — Проклятие. — Я не имел этого в виду. Но если ты когда-нибудь попала бы в беду или что-то в этом роде. Если бы кто-то когда-нибудь причинил тебе боль, ты бы знала, что я бы помог, верно? Я поверю всему, что ты мне скажешь. Я бы в тебе не сомневался.
Её улыбка была медленной, нерешительной.
— Спасибо, Эрик.
— Просто хотел, чтобы ты знала.
Тишина.
— Адвил уже в действии? — спросила она, осторожно прижимая лёд к моему глазу.
— Я крепкий. Буду жить.
— Приятно слышать.
Я подавил зевок.
— Извини. Расскажи мне о своём дне.
— А, хорошо. Сегодня мы с Адой попробовали наше первое занятие мама-йогой.
— Тебе понравилось?
— Это было весело, — она прислонилась к моему плечу, расслабляясь. Это ничего не значило. Судя по тому, как она держала пакет со льдом, прижаться ко мне было проще всего. Конечно, я совсем не возражал. Это определённо была моя идея сыграть медсестру.
— Хорошо.
— Выходить с ней на улицу становится всё легче с каждой попыткой, — сказала она. — То есть мне всё ещё приходится таскать сумасшедшее количество вещей. У меня есть три отдельные сумки: одна для смены подгузников, одна для других чрезвычайных ситуаций и одна для игрушек и других отвлекающих факторов, — она удовлетворённо вздохнула, что наводило на мысль, что она перечислила и маркировала каждый компонент так, как душе угодно. — Но это выполнимо.
— Рад это слышать.
Внезапно она схватила меня за руку.