Азбука любви
Шрифт:
Оглядывая стеллажи, Мелисса пробормотала:
— О нет, за сто сорок с лишним лет…
— Прошу прощения? — нахмурившись, спросила Люси.
Мелисса тут же улыбнулась.
— Извините. Это я говорила сама с собой. В действительности же я почти исчерпала родительскую библиотеку, а потому страшно рада, что пришла сюда.
— Чудесно! Вот что, сегодня вы займетесь беллетристикой, а на следующей неделе мы познакомим вас с другими стеллажами и принципами систематизации.
У стеллажа с беллетристикой женщины остановились перед тележкой, полной книг.
— Ну вот, дорогая, можете начать
Мелисса же, заметив какую-то комнатушку, где в беспорядке были свалены, судя по виду, старинные книги, замерла.
— А, это комната изданий по местной истории, — перехватила ее взгляд Люси.
— Местной истории? — насторожилась Мелисса.
— Да. На самом деле большинство имеющихся здесь книг — это генеалогические исследования нескольких семей, живших в Мемфисе в девятнадцатом веке.
Мелисса побледнела.
— Боже мой! — вскричала она, бросаясь в комнату. — Я и понятия не имела, что сохранились такие записи! Здесь можно отыскать сведения о мемфисских семьях?!
— Конечно, не о каждой, — отозвалась Люси. — Но по крайней мере сведения о самых выдающихся семьях у нас есть.
— А есть что-нибудь о семье, построившей дом, в котором я живу, — о семье Джона Монтгомери?
Люси задумчиво покачала головой.
— Я хорошо знакома с этим материалом, но это имя мне ничего не говорит. И все же вы, вероятно, сумеете найти отдельные сведения в каких-либо источниках. — Она улыбнулась, — Если это вам интересно, дорогая, пожалуйста, приходите и занимайтесь, сколько вам угодно.
— Благодарю вас, миссис Френч. — Решительно кивнув, Мелисса взяла целую груду книг. И направилась к стеллажам. — Я обязательно приду сюда в понедельник, — пообещала она походя.
Глава 34
Мисси сидела рядом с Фабианом в пресвитерианской церкви; на шее у нее сверкало подаренное им жемчужное ожерелье. Выглядела она весьма элегантно — шляпа с перьями, новое платье, — а вот настроение у нее было далеко не безмятежным.
Сидящий рядом с ней Фабиан с виду казался просто ангелом; взглянув на него, никто не догадался бы, с какой страстью он ласкает ее каждую ночь. Теперь Мисси прекрасно понимала, что охвачена не только безумной любовью к этому человеку, но и вся, целиком и полностью, снедаема не менее безумной похотью. В самом деле, всякий раз, вспомнив о том, как он целует и берет ее с упоительным неистовством, она испытывает просто невыносимое желание. И что еще хуже, он обращается с ней так обескураживающе обаятельно, что сердце ее тает, как и ее одежда. Только вчера ночью он снова соблазнил ее в маленьком гостевом домике у них на плантации, в том самом, который теперь она со смехом называла не иначе как «горгульей».
Ей становилось с каждым днем все труднее противиться его чарам. Если так и дальше пойдет, она кончит тем, что окажется замужней и беременной, причем не обязательно именно в таком порядке! Всякий раз, когда она начинала просвещать этого сводящего с ума типа о мерах предохранения, он смеялся и задирал ей юбки. Ее решение тут же постигала та же участь, что и ее нижнее белье, — все это оказывалось неизвестно где. Нет, она должна бежать от него, бежать немедленно.
Но что она может сделать? Она понятия не имела
Доходят ли ее послания до кузины?
Но даже если та и понимает, что Мисси хочет вернуться, практически не существует способов проделать такой обмен еще раз. Без сомнения, как более пассивная из них, Мелисса ждет, чтобы способ этот нашла она, Мисси.
Но как?
И как при этом не дать Фабиану сделать ее новоявленной и беременной миссис Фонтено?
В последние дни она много размышляла о замешательстве, охватившем Фабиана в тот день, когда он ее отшлепал, а она заикнулась о двадцатом веке. До этого она боялась рассказать кому бы то ни было, откуда она взялась на самом деле, опасаясь, что ее поместят в сумасшедший дом.
И действительно, Фабиан решил, что она страдает временным помешательством. Мисси улыбнулась. Может быть, все же рассказать ему правду? Как понравится ему идея о женитьбе на сумасшедшей?
После посещения церкви Мисси и Фабиан обедали с се родителями и его дедом и бабкой в отеле «Гайосо». В конце приятной совместной трапезы Джон пригласил всех Посмотреть на запуск воздушного шара, который поднимается вверх под воздействием горячего пара. Запуск произойдет на обрыве у Пинча; это будет благотворительная акция в помощь масонской ложе. Старики тут же с восторгом согласились.
А вот Мисси отказалась. Кивнув Фабиану, она сказала отцу:
— Спасибо, па, но Фабиан обещал свозить меня на Публичный променад.
— Вот как? — удивленно спросил Фабиан.
— Да, нам нужно кое-что обсудить, — кивнула Мисси.
— Вот как? — снова повторил жених.
— Надеюсь, речь идет о вашей скорой свадьбе, — улыбаясь, вставила Лавиния.
— Кто знает? — бойко отозвалась Мисси. — Как бы то ни было, вы поезжайте. Желаю хорошо провести время, а мы с Фабианом посмотрим на запуск шара с променада.
Все распрощались, и Мисси потащила ухмыляющегося Фабиана из отеля.
— Я и не знал, что вам так не терпится побыть со мной наедине, — насмешливо заметил он.
— О, вы и понятия не имеете, как! — проворковала она в ответ.
Фабиан усадил ее в коляску, и они тронулись. Мисси молчала, собираясь с мыслями. Они миновали Меняльную площадь и свернули к Публичному променаду, который следовал вдоль извивов обрывистого берега в северном направлении. Мимо них проезжали всевозможные экипажи с элегантными парами или семействами; все они направлялись посмотреть на запуск воздушного шара либо просто совершали воскресную прогулку.
— Остановитесь, — сказала Мисси спустя несколько минут, — давайте выйдем и пройдемся.
Он подчинился, помог ей выйти из экипажа, после чего они под руку двинулись к обрыву. Цвели дикие фиалки, погода стояла чудная. Внизу по серебристым водам Миссисипи шел вверх речной пакетбот, с трудом преодолевая сильное течение.
— Я вижу, сегодня вы надели мой жемчуг, — прошептал Фабиан.
Она потрогала двойную низку у себя на шее.
— Да, надела Ну и что?
— В следующий раз наденете мое кольцо, — подмигнул он.