Август Хромер
Шрифт:
Инспектор задрал голову вверх, словно способен был разглядеть что-то сквозь доски, и ответил, что примечательно, без единой запинки:
– Тогда не будет медлить.
Глава XXII
Носящий маску
Минутная стрелка лениво колыхнулась и переползла на двенадцать – ровно три часа, а значит, открытая беседа начинается. Дичь уселась – охотник готов выстрелить.
Впереди вверх по лестнице широкими шагами прыгает Аксель, нервно пощёлкивая пальцами за спиной. Но если меня это сильно раздражает, то инспектора
Наверху нас ждал пустой заплёванный подъезд, заваленный мусором и залитый грязью. Определённо жить в нём никто не станет, кроме совсем уж обречённых бездомных. Опасностью здесь пока и не пахнет.
Подозрительный Аксель поднялся на лестничный пролёт чуть выше и проверил второй этаж на наличие засад, коих не оказалось. Только сейчас донёсся тошнотворный запах, полоснувший, как острая бритва пьяного цирюльника, но носу.
Снаружи раздались радостные выкрики и дружные аплодисменты – толпа ликует, увидев в лицо таких людей, как Саммарлейн, например. И никто не догадывается, что скоро им всем может настать конец, и жуткие твари из иных миров попрут по их трупам в город.
Я подскочил к окну, которое ещё уцелело и не встретилось с камнем вандала. Через его заляпанную поверхность ничего не видно, но одна небольшая лазеечка нашлась.
Как раз перед дверьми дома заканчивается растёкшаяся по здоровенному перекрёстку толпа зевак. А позади них, несколько отчуждённо, стоит не меньше полусотни подозрительных личностей, старающихся скрыть лица за воротниками чёрных плащей. Уверен, у этих господ под плащами найдутся и другие средства маскировки. Даже накидки взяли без крестов…
– Аксель, – подозвал я инспектора и уступил ему место у окна.
– Пятьдесят д-д-два человека, – быстро пересчитал обособившихся персон Аксель, – Т-т-требуется по-подкрепление…
– За ним уже едут мои друзья.
– Мисс Фе-фер и сэр Ш-шорш?
– Именно, инспектор.
– Т-тогда я с-спокоен.
Время понемногу тянется, а сектанты не сходят с места и не предпринимают никаких действий. Я, кажется, начинаю понимать, чего они дожидаются:
– Им нужен какой-то сигнал, – проронил я.
– За-зачем? – Аксель не покидает наблюдательного поста, но и пальцами щёлкать не перестаёт.
– Чтобы открыть Кровавых Бутон, им потребуется активировать артефакты в трёх точках одновременно, но точки расположены в двухстах ярдах друг от друга, поэтому им нужен какой-то сигнал, ориентир, видимый или слышимый во всех этих точках.
– Почти в-в са-самом начале беседы до-должны дать с-салют, – не выразил ни единой эмоции на каменном лице Аксель.
– Можно предотвратить его?
– Да-даже если удастся п-проскочить ми-мимо сектантов, то через т-толпу пробиться не успеем.
По-моему, за последний дни я уже растерял весь запас ругательств и проклятий, потраченных впустую. Сейчас, когда самое время смачно выругаться, делать этого не захотелось. Единственный шанс – остановить хотя бы одну группу сектантов, и вся их задумка рухнет, как карточный домик, который переехал поезд.
Неожиданно инспектор Джерманхаузер
– Ух-ходят, – пояснил мне Аксель и толкнул дверь.
Вывалившись на улицу, мы сразу же попали под удар звуковой волны, поднятой столпившимися. Для меня совершенно естественным является относиться с неприязнью к толпам людей: они опасны, шумны и бестолковы. По мне, так лучше прокатиться на корпусе дирижабля, чем лезть в гущу этого страшного стихийного бедствия.
Инспектор заботливо указал на совершенно неприметный узкий переулочек, куда стекаются сектанты. Углубляясь в полутьму внутренних дворов, каждый натягивает маску и шляпу. Комичные на вид выродки пошли делать свои нехорошие дела.
– Я по-пока со-соберу в помощь побольше с-сотрудников, – чётко проговорил на ухо Аксель, сумев по громкости затмить гомонящую толпу, – А в-вы с-с-следите за преступниками.
С этими словами интеллигентный Джерманхаузер ринулся грубо расталкивать зевак. Я остался один, но и дело у меня оказалось нехитрым – просто проследить за сектантами.
Другой вопрос: что мне делать с полусотней и двумя людьми, если те начнут ритуал? Надеюсь, торопыга Аксель успеет к этому времени с подмогой. А лучше, чтобы с подмогой подоспели Салли и Истериан. Конечно, пересказать всю последовательность выводов и следствий – дело долгое, а про оперативное реагирование сантибов так и вовсе можно сказать всего два слова – оно отсутствует. В лучшем случае, кавалерия в сияющих латах заявится через час.
Гольху, конечно же, ничего не грозит – сектанты же не такие дураки, как Хестер, чтобы отпустить Кровавый Бутон на волю Господа – у них всё под контролем. Более того, спаситель столицы от ада на земле уже определён, а спектакль со спасением отрепетирован. Этот хлыщ спасёт город, но не успеет спасти членов Парламента – какая досада! Придётся ему, как народному герою, получить абсолютное большинство голосов на выборах и занять вместе с товарищами опустевшие места.
Пулю для каждого выродка я бы подписал лично, но они обойдутся и безымянными виселицами.
Переулок оказался настолько тесным, что здесь не разошлись бы и два человека. Я держусь строго по центру, чтобы, не дай Бог, не замараться о позеленевшие гнилостные стены. Самое сердце дышащего собственными ядами Гольха. Здесь отчётливо можно увидеть кривое немытое лицо и нашей столицы, и всего современного цивилизованного общества.
И в переулках, к слову, сейчас полно фанатиков вперемешку с хитрыми интриганами.
Я осторожно выглянул из-за угла, чтобы рассмотреть творящееся на крупном внутреннем дворе. Свободного пространства здесь полно, однако сектанты двинулись дальше. У дальнего дома оказалась разворочена прилегающая к двору стена. Видны все этажи, разделение комнат, внутреннее убранство заброшенной развалюхи.
Все пятьдесят два человека перелезли через груды кирпичей и обломков рухнувшей стены, заняв, таким образом, импровизированные укрепления. Часть сектантов сразу же поднялась на второй этаж и занялась обороной. В целом, довольно успешное они выбрали укрепление – с наскока не возьмёшь.