Август Хромер

Жилин Сергей

Я ловко извлёк из ножен Серую Лисицу. На лестничном пролёте на четвёртый этаж я остановился и вслушался в происходящее внизу. Одновременно отметил, что лестничный пролёт держится на святом слове.

Вот туфли загремели на ступенях пролётом ниже – сигнал привести в действие ловушку. Я высоко прыгнул вверх, поджал ноги к груди и уже через секунду распрямил их с силой, вколачивая пятки в ступени. Как и ожидал, лестничный пролёт не выдержал и ухнул вниз, погребая под собой моих преследователей. Под обвалом оказались не все выродки, но отскочившему в сторону я доказал, что гибель от бронзового клинка окажется ничуть не

безболезненнее.

В который раз я отскочил под защиту лестничного пролёта. Выстрелы продолжают громыхать – сантибы никак не могут подавить сопротивление сектантов. Из соседнего здания ежесекундно высовывается то тут, то там стрелок и даёт один-два выстрела, после чего прячется, пока его самого не накормили до отвала свинцом.

Хоть сантибов и меньше, но у них преимущество – у врага в тылу сижу я и больно кусаю горбатую спину. На моём счету уже шесть скальпов, но можно ещё развить успех. И когда я начал страдать желанием вступать в перестрелки и рисковать своей жизнью? Дурная привычка – когда битва кончится, займусь её вымарыванием.

А пока я спустился вниз и выглянул из-за угла – на замену павшим бежит резерв. Я успел срезать бегущего первым своевременным выстрелом, и его труп сильно замедлил поднимающихся следом. Пока сектанты отталкивали с дороги мертвеца, я хорошо поработал пистолетом и изрешетил все видимые лестничные пролёты. Искромсанная конструкция пошла трещинами, и лестничные площадки с третьего по первый этаж сложились гармошкой. Возможность перемещаться между этажами тут же исчезла.

Квартира, в которую я попал, чуть ли не единственная, стены которой не обвалились. Правда, исследовав комнаты, я нашёл-таки небольшую дырку в стене, диаметром чуть меньше ярда. Прямо за ней спиной ко мне присел неприятель, осторожно выглядывающий из-за края громадной дыры, через которую ведёт стрельбу. Моё хладнокровие и инертная пуля меж лопаток лишили его жизни.

В два удара ногой я расширил небольшое отверстие и пролез к мертвецу. Случайность отвела от меня пулю, жахнувшую в стену справа, я поскорее нырнул в угол двух порушенных стен. Ловким отточенным движением выбросил пустую обойму вниз, пожелав ей стукнуть по голове какому-нибудь негодяю.

И тут раздался пронзительный свист… Доля секунды понадобилась, чтобы распознать в этом свисте шум взлетающего в небеса разноцветного фейерверка, и ещё доля секунды, чтобы грязно выругаться, пройдясь разом по всему, что я ненавижу! После этого я выскочил из укрытия, дал ответный выстрел на грохот слева и прыгнул через здоровенную дыру вниз. Лететь недалеко, я очень быстро оказался на первом этаже прямо за спинам сектантов. Цепочка стрелков, чуть поредевшая после метких выстрелов блюстителей закона, была так поглощена сражением, что проигнорировала моё появление.

Я не против, пусть палят себе всласть. Мне же следует направиться к центру открытой площадки, где стоят трое: один достаёт нечто из-под плаща, а другие двое закрывают его собой. Один из них заметил меня и решил размазать мозги по стенам…

И тут глухо хлопнуло, с небо брызнул тусклый красно-зелёный свет, люди радостно загомонили, что даже здесь слышно. Поднявшись высоко в небо, фейерверк взорвался ярким цветком.

Пуля царапнула по плечу – так косо выстрелил сектант. Больно и горячо, что даже линии на руках брызнули искрами. Мой ответ более весомый, поскольку смертельный.

Второй защитника открывателя портала обернулся в сторону упавшего товарища, и я прострелил ему голову уже на бегу.

Уцелевший не обратил на смерть товарищей никакого внимания и неторопливо достал из-под плаща агатовую иглу. Пустить её в ход он не успел, потому что я, совершенно не желая использовать пистолет, прыгнул на сектанта и повалил его на спину. Перехватив руку с артефактом, я дважды ударил её запястьем о крупный камень, отчего пальцы выродка разжались, и игла выпала из его руки.

Теперь, господа, ни о каком Кровавом Бутоне не может быть и речи. Вместе с реликвией Ордена из ваших рук выпала возможность уничтожить ко всем чертям половину Гольха. И никто из вас, ничтожества, больше не сядет на место Саммарлейна.

Сантибы, одухотворённые моим проникновением в тыл врага, бросились к зданию. Отдам им на растерзание рядовых сектантов, а мне предстоит разговор с хреновым выкормышем, который решил, что в этом мире всё элементарно! Не всё – приобщаться к тайнам Ордена, к его знаниям, не получая за это жестокого наказания, невозможно.

Я поднял парня прямо за горло и метнул от себя так, что толстая туша гада протаранила стену и исчезла в комнате. Бросившись следом, я приготовил Серую Лисицу, чтоб та показала, как умеет мучить людей…

Заскочив в проход, я обнаружил там поднимающегося на ноги безбожника, лишившегося шляпы и маски. Он выпрямился, его морда обернулась ко мне, и в голову ударило чувство узнавания. Полноватый, на лицо неприятный, носатый и лысый. Именно этого человека нам описывала Рене Рено, именно о нём рассказывал Джек Боллет, именно он является последним из четвёрки аронакесов, что затесались в секте. Мастер читать души Отфули собственной персоной.

Любопытно и то, что я уже однажды видел этого человека. Это было больше недели назад, в Доках, при зачистке складского помещения. Тогда мимо меня прошёл этот самый носач без маски и перчатки. Он ещё коснулся моей руки и… а уже вечером появилось письмо, в котором экзорцисты предлагали мне продать Дикобраза…

Я себя почти даже не виню, что не догадался раньше. Хотя появления падальщиков в рядах сектантов ожидал. Более того, среди них есть ещё как минимум один…

Если бы на месте него оказался кто-то из приспешников Гроула, объявившихся из ниоткуда со знаниями иоаннитов, я бы долго выбивал из них информацию, где же они всему этому научились. Но с Отфули всё ясно, как Божий день…

Поэтому аронакеса нужно просто убить.

Я перебросил нож в левую руку, а правой тут же достал Ниака. Сабля звякнула о Мада, выпорхнув на волю, и уставилась в сторону противника хищным жалом.

Носатый улыбается и скидывает плащ. Самоуверенное создание отступило на шаг и начало перевоплощаться. Кожа Отфули становится прозрачной, вздувается и выкристаллизовывается. Именно так, тело мрази уже через полминуты покрылось какой-то кристаллической коркой, но сам Отфули сохранил человеческие черты – даже нос остался всё таким же большим.

Кристаллический демон неторопливо двинулся в мою сторону. Пользуясь безоружностью оппонента, я подпрыгнул и криво рубанул по диагонали. От удара чтец мыслей отшатнулся, хотя ранение нестрашное: глубокая царапина на кристальном панцире, да куртка с рубашкой разрублены так, что тряпками повисли на аронакесе.