Авемпарта

Салливан Майкл Дж.

— Вы говорите так, словно процесс объединения уже завершен, — заметил епископ Тилдейл из Данмора. — Но в Аврине восемь королевств, и только Данмор, Гент и Уоррик принадлежат имперцам. Как быть с роялистами? Они не сдадутся без боя. Сейчас все не так, как было при Гленморгане, которому противостояла только кучка полководцев, речь идет о королях, правивших своими землями столетиями. Альбурн и Меленгар — древние и гордые королевства. Даже король Урит из Ренидда, несмотря на свою нищету, не преклонит колени перед Руфусом лишь потому, что мы так велели. А как насчет Маранона? Их поля кормят большую часть Аврина. Если

король Винсент воспротивится, он может уморить нас голодом. А Галеаннон? Король Фредрик нередко угрожал сдаться Калису, где он мог бы стать сильным вожаком слабой стаи, а не оставаться слабейшим среди сильнейших. Если мы будем настаивать, чтобы он отказался от тех крох независимости, которые у него есть, мы рискуем потерять его.

— Уверяю вас, король Фредрик преклонит колени перед императорским троном, когда придет время, — заявил епископ Галеаннона.

— И не стоит так волноваться о пшеничных полях Маранона, — подал голос епископ Маранона.

— Как видите, проблема роялистов решена, — объявил Гай. — На это ушло почти целое поколение, но церковь успешно внедрила имперцев на ключевые посты каждого королевства, за исключением Меленгара, где наши дела пошли не так, как задумывалось. Но это всего лишь единичная неудача, которая не влияет на общее положение дел. Когда Руфуса объявят императором, остальные королевства присягнут ему на верность, и Меленгар останется в одиночестве. Меленгарцам придется капитулировать или воевать против целого Аврина. Таким образом, за небольшим исключением можно считать объединение Аврина завершенным. Просто об этом еще не было объявлено во всеуслышание.

По зале разнесся шепот одобрения.

— Я знал, что проект продвигается успешно, — сказал Сальдур архиепископу, — но не думал, что мы уже так близки к цели.

— Назначение Браги королем Меленгара должно было стать завершающим шагом, — разочарованно ответил Галиен.

Из всех королевств, готовых к участию в становлении Новой империи, только королевство Сальдура потерпело неудачу.

— А как же патриоты? — спросил прелат Ратибора. — Их число растет, и нельзя закрывать на это глаза.

— Националисты — это проблема, — признал Гай. — Серет годами следил за Гонтом и его приспешниками. Их финансирует семья ДеЛур и несколько сильных купеческих картелей из республики Делгос. Делгос слишком долго наслаждался своей свободой, теперь его уже не убедишь в преимуществах централизованной власти. Их пугает сама мысль о возможности объединения в границах Новой империи. Конечно, они будут сопротивляться. С ними придется вступить в бой, и это еще одна причина, по которой Патриарх остановил свой выбор именно на Руфусе, превосходном и жестоком полководце. Он раздавит патриотов, и это будет его первое великое деяние на троне императора. Делгос вскоре падет.

— Но достаточно ли у нас войска, чтобы взять Делгос? — спросил прелат Криндел, официальный историк церкви. — Тур Дель Фур — тщательно охраняемая крепость гномов. Она выстояла в ходе двухлетней осады Дакка.

— Я работал над этими вопросами и полагаю, что нашел уникальное решение.

— И что же это за решение? — с подозрением спросил Галиен.

— Ах, архиепископ, как хорошо, что вы присоединились к нам, — сказал Луис Гай, подняв голову и встретившись с ним взглядом. — Я сообщил о начале встречи почти час назад.

— Будете

ругать меня за опоздание, Гай, или просто не хотите отвечать на мой вопрос?

— Вы еще не готовы услышать ответ на этот вопрос, — ответил куратор, за что архиепископ тут же наградил его укоризненным взглядом. — Вы не поверите мне, даже если я расскажу вам, и уж точно не одобрите. Но когда придет время, когда это станет необходимо, будьте уверены, крепость Друминдора падет, а вместе с ней и Делгос.

Столь пренебрежительное отношение к собственной особе отнюдь не понравилось архиепископу, но, прежде чем он успел ответить, заговорил Сальдур.

— А каковы настроения простонародья? Они готовы принять нового императора? — спросил он.

— Я объездил четыре государства вдоль и поперек, оповещая о предстоящих состязаниях. Глашатаи известили о них весь Апеладорн, начиная с Дагастана на юге и заканчивая Ланкстриром на севере. На рыночных площадях, в трактирах и замках их ждут с нетерпением. Как только мы объявим об истинном предназначении состязаний, народ будет вне себя от радости. Господа, наступают волнительные времена. Становление Новой империи теперь лишь вопрос времени. Основание заложено. Нам осталось всего лишь возложить на чью-либо голову корону империи.

— А король Этельред Уоррикский? — спросил Галиен. — Он с нами?

Гай пренебрежительно пожал плечами:

— Он недоволен, что придется отказаться от трона и стать вице-королем, но большинство монархов тоже этим недовольны. Даже те из них, кто был посажен на престол с нашей помощью. Удивительно, как быстро правитель привыкает к обращению ваше величество. Однако Этельреда заверили, что если он первым сложит корону, то станет первым лицом в новом государстве после императора. Вполне вероятно, он будет управлять империей как регент, пока лорд Руфус будет разбираться с восстаниями. Я также дал ему понять, что он может стать главным советником императора. Кажется, его это удовлетворило.

— И все же мне не нравится идея отдать власть в руки Руфуса и Этельреда, — сказал Сальдур.

— Мы и не отдадим, — заверил его Галиен. — Все будет контролировать церковь. Они всего лишь подставные лица, а мы всему голова. У церкви будет постоянный представитель в императорском дворце, который проследит за становлением нового порядка. — Он посмотрел на Гая. — Патриарх говорил вам об этом?

— Говорил.

— И он не сказал, не собирается ли он взять эти обязанности на себя?

— Преклонный возраст не позволяет Патриарху возложить на себя эту ношу, но он изберет кого-нибудь из совета, кому будет дана власть действовать самостоятельно от имени всей церкви. Этот человек станет вторым регентом наряду с Этельредом, по крайней мере в период реконструкции.

— В таком случае он будет наделен небывалой властью, — сказал архиепископ. — Не вы ли этот человек?

По его недовольному тону Сальдур и остальные присутствующие поняли, что этим человеком будет не Галиен и что ему это известно.

Гай отрицательно покачал головой:

— Моя задача, как и задача моего отца и моего деда, найти наследника Новрона. Патриарх просил меня оказать содействие в делах, касающихся скорейшего становления Новой империи, и я рад помочь ему, но я не откажусь от цели всей своей жизни.