Астерион
Шрифт:
— Задел за живое, смертная? Возможно, это то, что тебе нужно обсудить с Астерионом, если ты хочешь, чтобы он доверял тебе. Сейчас он думает, что ты сделала это из-за денег.
— Мне все равно, что он думает.
— Но ты боишься. Ты боишься, что Астерион никогда не полюбит тебя, если узнает, что ты сделала? — издевался Аид.
— Любовь? Кто бы мог подумать, что Бог подземного мира такой комик?
Улыбка Аида была беспощадной.
— Зачем же тогда ты хранила его рубашку, Удавка?
Ариадна нахмурилась.
—
— Я считаю людей и их эмоции беспорядочными и предсказуемыми, особенно когда дело касается секса. Нет смысла это отрицать. Я знаю, что его другая, более интересная сторона решила пометить тебя во время вашей первой… встречи. Синяк исчез, но любой, у кого есть капля магической крови, может увидеть метку и знать, что вмешательство в твою жизнь сделает его врагом. Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Ариадна. Астерион не тот, с кем бы ты хотела играть.
Какого черта? Магическая метка? Кто делает это с человеком, с которым только что познакомился?
— Нет, черт. Я не идиотка, Аид. Я рассказываю ему все, что он хочет знать, в том числе и о кроте в его окружении, — ответила Ариадна.
— Ты думаешь, что сможешь узнать, кто это? — с любопытством спросил Эреб.
— Я могу попробовать. Только небольшая группа имеет к нему близкий доступ, так что это тот, кому он доверяет. — Ариадна сложила руки. — Ты же знаешь, что он не сможет смотреть на них с подозрением. Между ними существует чрезмерно защитный кодекс братана, и он не поверит, что кто-то из них может его предать.
— Тогда ты должна его найти, — настаивал Аид.
— Как? Я даже не могу принять душ, чтобы Астерион не последовал за мной, — промолвила она, и Эреб подмигнул Харону. Она проигнорировала их и продолжила: — Никто из них не ответит на вопросы и не выдаст друг друга. Даже если я узнаю, кто это, Астерион не будет доверять мне настолько, чтобы поверить моему слову больше, чем их.
— Тогда ты должна заслужить его доверие, чтобы он поверил тебе, — спокойно сказал Танатос.
— Как я уже говорила… Что? Почему все продолжают это повторять, я чуть не убила его. Если бы его стражники добились своего, я бы сейчас сидела в камере под ареной.
— Ты всегда можешь заслужить уважение Астериона так же, как это сделали стражи, — задумчиво предложил Аид.
— Ты хочешь, чтобы я прошла Лабиринт? — ее охватило волнение опасности. Соревновательная сторона ее натуры начала подстрекать ее при одной только мысли об этом.
— У меня такое чувство, что для такой женщины, как ты, это не будет вызовом, но это, возможно, самый быстрый способ заставить их отступить и поверить, что ты на нашей стороне. Ну, а если ты умрешь, то справедливость восторжествует, я полагаю, — ответил Аид.
— И мы могли бы заодно сделать несколько хороших ставок, — подал голос
Дверь спальни Астериона открылась, и он вздрогнул, увидев, кто сидит на его диване.
— Боги милостивые, что вы тут делаете?
— Мы пришли не к тебе, — сказал Эреб с лукавой улыбкой. — Мы пришли к девушке, которая тебя убила. И теперь я понимаю, почему ты так одержимо охотился за ней последние недели. — Глаза Астериона сузились.
— Это из-за моего очаровательного остроумия, — ответила Ариадна.
— Ариадна как раз рассказывала мне, как она поможет нам найти Пифос и выследить твоего крота, — мягко сообщил Аид.
«И слушала нежелательные советы по отношениям», — мысленно добавила Ариадна.
— Я прочитал файлы на ноутбуке, но не знаю, как отследить их источники или происхождение, — сказал Астерион, садясь на диван рядом с ней.
— Отправь это Медузе. Если есть след, по которому можно пойти, она его найдет, — произнес Аид, вставая. Он бросил на Ариадну еще один задумчивый взгляд. — Я хочу, чтобы она отправилась в Лабиринт.
Астерион напрягся.
— Зачем?
— Я хочу знать, насколько она хороша. Когда все эти грязные дела будут улажены, если она еще будет жива, я хочу, чтобы она работала на меня. Я уверен, что Медуза заберет ее у тебя, если ты все еще чувствуешь себя обиженным из-за покушения на убийство. Ей всегда нужно больше женщин в Серпентайн.
— У нее и так достаточно женщин! — пожаловался Эреб. — Нам следует оставить хотя бы одну симпатичную.
— Ариадна моя, — отрезал Астерион, прежде чем опомниться. — Я не думаю, что это хорошая идея, Аид.
— Твое суждение затуманено, и поэтому не имеет значения, когда дело касается ее. Я хочу, чтобы она сегодня вечером была в Лабиринте. Мы вернемся в восемь, чтобы посмотреть, — сказал Аид, резкий звук приказа заставил их всех выпрямиться. Владыка Стикса поднялся на ноги, и трое братьев последовали за ним.
— Мы с нетерпением ждем возможности сделать ставку на тебя сегодня вечером, — проговорил Харон.
— За или против? — не удержалась Ариадна, чтобы не спросить.
— За, — отвтеил Эреб, когда Танатос вытолкнул его из квартиры, и двери за ними громко захлопнулись.
Астерион выругался себе под нос.
— Что ты им сказала?
— Все, о чем они меня спрашивали. Они же Суд Стикса, не так ли?
Астерион кивнул.
— Они, Медуза и я. Мне жаль, что они напали на тебя. У них проблемы с границами.
Ариадна поправила одежду и встала. Она ни за что не ляжет спать после этого гребаного визита.
— Мне понадобится моя одежда, если только ты не заставишь меня пройти Лабиринт голышом.
— Она в верхнем ящике шкафа. Я вообще не хочу, чтобы ты шла в гребаный Лабиринт, — упрямо сказал Астерион, словно у него был голос в принятии решения.