Астелия
Шрифт:
Это и ведет их к Аквитейну — самому неразборчивому в средствах, самому деятельному и, возможно, самому сильному из верховных лордов.
У Роланда свело судорогой живот.
Он предал Гая, Кодекс и курсоров. Предал свою ученицу Кэлен. Он отвернулся от них всех, чтобы поддержать человека, который мог стать самым беззастенчивым и кровожадным диктатором, каких только знала Астелия. Видят астелы, он перепробовал все, что мог, чтобы убедить Гая избрать другой путь.
У Роланда не осталось другого выхода.
Это было необходимо.
Это нужно
Живот сжался еще сильнее, когда на горизонте показались огни Аквитейна.
— Просыпайтесь, — буркнул он. — Мы почти прилетели.
Крэйг открыл глаза и уставился на Роланда. Рука его непроизвольно провела по роскошным волосам Кары, и та блаженно пробормотала что-то во сне и пошевелилась у него на коленях, прежде чем снова застыть. Крэйг смотрел на Роланда, не выражая никаких эмоций.
— Задумался, старик? — поинтересовался Крэйг.
— Немного. Как отреагирует Аквитейн?
Здоровяк задумчиво сжал губы.
— Это зависит не только от нас.
— А от чего?
— От того, чем он будет занят, когда мы явимся к нему с плохими вестями.
— Неужели все так плохо?
Олдрик ухмыльнулся.
— Будем надеяться, он просто пьянствует. В такие моменты у него, как правило, хорошее настроение. Обыкновенно он забывает про гнев к тому времени, как пройдет похмелье.
— Начнем с того, что план просто идиотский.
— Конечно. Это его план. Он вообще не силен по части скрытности или уловок. Однако я не встречал еще никого, кто мог бы вести людей за собой так, как делает он. Или кого-либо по крайней мере столь же энергичного. — Крэйг продолжал задумчиво гладить волосы спящей ведьмы. — Ты встревожен?
— Нет, — солгал Роланд. — Я все еще представляю слишком большую ценность для него.
— Возможно… пока, — согласился Крэйг и мрачно улыбнулся. — Но денег на тебя я бы не поставил.
Роланд на мгновение стиснул зубы.
— Открытые действия в любом случае преждевременны. Сбежав, девчонка, возможно, оказала самую большую услугу его светлости.
— Не сомневаюсь, — пробормотал Крэйг. — Но почему-то мне кажется, что он воспримет это совсем по-другому.
Роланд всмотрелся в лицо собеседника, но черты Крэйга оставались непроницаемыми. В серых глазах застыло презрительное выражение, рот скривился в усмешке, словно его забавляла неспособность Роланда проникнуть в его душу. Курсор нахмурился и принялся разглядывать город, к которому они приближались.
Первыми показались огни. Похоже, заклинателей огня здесь хватало, ибо улицы были ярко освещены. Вечерний туман расцветился всеми оттенками желтого, оранжевого и розового цветов, и холм, на котором вырос город, и сам казался огромным языком яркого пламени. Только на окружавших город стенах, которые они только что миновали, огни были другого цвета — холодно-голубые, отбрасывающие длинные черные тени.
По мере того как носилки снижались, Роланд начал различать детали. На улицах стояли безмолвными стражами статуи. Дома соревновались друг с другом в изящности линий и богатстве освещения.
До носилок долетели удары колокола: пробили поздний час. Роланд слышал цоканье копыт по каменным мостовым и пьяное пение, доносившееся из какого-то ночного заведения. Из сада, над которым беззвучно проскользнули носилки, донеслась музыка: струнные с флейтой исполняли мягкую, завораживающую мелодию. Вечерний ветер нес ароматы древесного дыма, пряностей, поздних осенних цветов и дождя.
Назвать Аквитейн красивым — все равно что назвать океан мокрым, подумал Роланд. Вроде бы верно, да только не дает о нем ни малейшего представления.
Когда они оказались на расстоянии полета стрелы от резиденции верховного лорда, расположенной в венчавшей холм крепости, их окликнул громкий, лающий голос. Мужчина в алом с собольей опушкой плаще аквитанской гвардии скользнул к ним сверху. Еще с дюжину зависли где-то над ними — Роланд не видел их в ночном небе, но ощущал движение воздуха, вызванное поддерживающими их на лету астелами.
Капитан сопровождавших Роланда воздушных рыцарей обменялся с патрульным условным паролем; обмен носил рутинный характер. А потом вновь прибывшие скользнули дальше, на крепостной двор перед входом во дворец. Со стен за ними наблюдали глаза часовых и ухмылявшихся изваяний — горбатых, долговязых мужчин. Стоило Роланду сойти с носилок и ступить на землю, как он ощутил слабую, но постоянную вибрацию земли, явно исходящую от скрытой в статуях энергии, и невольно покосился на них.
— Горгульи? — потрясенно поперхнулся он. — Это все горгульи?
Крэйг бросил взгляд на изваяния, потом на Роланда и кивнул.
— Давно ли их держат здесь?
— Сколько помню, они стояли здесь всегда, — буркнул Крэйг.
— Неужели Аквитейн настолько силен?..
Роланд задумчиво прикусил губу. Он не одобрял тех, кто держал астелов в такой смирительной оболочке, — и еще меньше тех, кто делал это на протяжении многих поколений. Однако это лишний раз подтверждало мощь Аквитейна, в которой они сейчас так нуждались.
Воздушные рыцари, сопровождавшие носилки в полете, скрылись в доме охраны подкрепить силы едой и питьем. А капитан аквитанской гвардии, молодой человек с открытым лицом и настороженным взглядом голубых глаз, отворил дверцу носилок и помог сидевшим в них выбраться наружу. Затем повел их во дворец.
Следуя за капитаном, Роланд привычно оценивал расположение дверей, окон, наличие или отсутствие охраны. Это была старая привычка, и отказываться от нее было бы глупостью. Он хотел знать лучший путь выхода из того места, куда их вели. Рядом шел Крэйг; без видимого усилия, как пушинку, он нес продолжавшую спать Кару.