Арзюри. Книга 2. Данк

Вереск Юнта

Провожали его всем лагерем. И даже те, кто обвинял его во всех прегрешениях на суде, теперь желали удачи.

И вот он вышел за пределы лагеря, обернулся, блеснув налобным фонариком, помахал рукой, и отправился в темноту ущелья.

Некоторое время свет от его фонаря был еще виден, а потом пропал и он.

* * *

Вадим шагал экономной, упругой походкой, как и положено опытному туристу. Единственное отличие от земных походов — рюкзак, увешанный разными вещами. Надо было привыкнуть, что справа закреплен чайник для продымливания, а к ремням привязаны подаренные арзюрянами пакетики и сумочки с «очень нужными в походе вещами».

Вскоре

начались самые скалы и вещи уже не цеплялись за кусты. Перевалив за очередной уступ, Вадим в изумлении замер.

В глубокой выемке был разложен костер, у которого сидели два человека.

— Эй, кто здесь? — окликнул Вадим.

Люди вскочили и кинулись к нему.

— Вадим! Класс! А мы не верили! Телиг сказал, что ты обязательно пойдешь сюда! Но мы не верили!

— Но все равно послушались!

— На других маршрутах тебя тоже поджидают, но мы решили идти туда, куда сказал Телиг! У него чутье звериное! Он все правильно вычислил!

С чувством изумления и восторга он обнимал Иду и Софи, которых сегодня в лагере не видел, но подумать об этом как-то и не успел. А они вот они, куда забрались! Отважные девушки! Сюда не ходят даже отряды, вооруженные дымилками!

Девушки усадили его у костра, помогли снять рюкзак и напоили горячим чаем. Это было приятно, ибо ночная горная прохлада была очень кстати для путника, но едва остановившись, он начал замерзать.

Девушки распотрошили рюкзак Вадима, поснимали все кулечки и чайник.

— Ты знаешь, этот чайник был самой первой дымилкой, которую сделали Химик и Винни-Пух. Твой двойник с ним много ходил. Наверное, поэтому тебе его и подсунули старожилы. Но мы решили, что наша дымилка гораздо удобнее.

— Мы сделали из стандартных дымилок более удобную для одиночки. Смотри.

Новая дымилка действительно оказалась гораздо более совершенной, чем чайник и даже чем те дымилки, которые он в свой первый рабочий день на Арзюри собирал вместе с Идой и Софи.

— Вот это действительно потрясающий подарок! Спасибо! — от души поблагодарил девушек Вадим.

Разобрав его вещи, они откинули «самое ненужное», упаковали оставшееся так, чтобы ничего не висело по бокам. А потом сказали, что ему нужно идти во-о-он туда. И лучше по другому берегу.

В общем, и пришли-то они сюда, чтобы помочь ему перебраться через реку.

Река была глубокой и широкой, почти как у лагеря. Привязав к поясу припасенный девушками тонкий прочный шнур, Вадим разделся и переплыл на другой берег. Закрепив веревку повыше, он перетащил и рюкзак.

Вадим с удовольствием вернулся и просидел бы с подругами всю ночь, но девушкам нужно было затемно вернуться в лагерь — пока не взошло солнце, ведь большую часть пути им придется идти по местности с враждебной растительностью. Он еще долго смотрел вслед Иде и Софи. Оглядевшись на новом месте, он понял, что скалы скалами, но лучше подняться повыше, там где точно нет никакой растительности. Смотал веревку, закрепил ее на рюкзаке, и отправился в путь.

А через четыре часа пути, вдруг обнаружил еще один костер, возле которого тоже сидели двое. Но на сей раз Телиг и Бафф.

— Мы тебе тут оборудовали место для палатки немножко. Вывели всю растительность подчистую. Вон там есть небольшая пещера. Не настоящая, но выемка приличная. Поставили большую палатку, прикроешься в ней и от солнца, и от ветра. Так что сможешь в ней спать даже днем.

Размеренный говор Баффа проходил сквозь Вадима и рассыпался

эхом по ущелью. Телиг, вопреки обыкновению, молчал и только грустно смотрел на друга.

Не снимая рюкзака, Вадим осел на землю, уткнулся лицом в колени и заплакал.

— Ну ты что, парень? — взволновался Бафф.

— Вы… вы хоть понимаете, что для меня делаете? — всхлипывая, спросил Вадим.

— Что-что… Что и для любого невиновного бы сделали. Суд этот их кривой. Тебя знатно подставили. Но мы сделать ничего не могли. Все последние дни, с момента твоего ареста, подыскивали подальше от лагеря вот такие тайники. Понятно же было, чем дело кончится. И не мы одни. Пахали как проклятые. Сделали четыре схрона. В трех других тоже тебя ждут сегодня.

— Но я же сам не знал куда пойду!

— Зато мы знали. Видать, лучше тебя знаем, чем ты сам, — подал, наконец, голос Телиг.

Чувство благодарности которое довело Вадима до слез, наконец, схлынуло. Он скинул с плеч рюкзак и обнял друзей.

Потом они до утра сидели и говорили о чем угодно, только не о суде и не о будущем житье. Вадим полночи объяснял свою новую идею с куполом, рассказывал, чем он отличается от речного. На рассвете все трое забрались в палатку, и уснули. Ближе к вечеру приготовили ужин, поели. А потом, сказав друг другу очень много и, в то же время, слишком мало, распрощались. Баффу и Телигу нужно было возвращаться в лагерь.

* * *

Слова о том, что друзья здесь соорудили схрон, Вадим понял лишь на следующий день, обнаружив неподалеку еще одну выемку в скале — глубже, чем та, в которой была разбита палатка. Туда были уложены припасы продовольствия, а также три коробки с разными полезными мелочами. Он обнаружил в них даже пакетики быстрорастворимых супов — невероятная редкость на Арзюри; их доставляли с Земли и выдавали только группам, которые уходили в разведку на несколько суток.

Самое поразительное, что в одной из коробок с продовольствием, Вадим нашел банку красной икры. Вероятно ту самую, что он вручил Баффу за победу в теннисном турнире. Это был даже не королевский подарок. Переоценить такое было невозможно. Вадим прожил здесь всего полгода, а Бафф — уже больше двух лет. И такой деликатес должен был бы оставить на какой-нибудь уж очень торжественный праздник. Невероятно. Ведь они с Баффом даже не были друзьями. Кроме работы их ничто не связывало. Да, Вадим уважал его как отличного работника и организатора. Во время строительства Аквадома, он был уверен, что там, где работает бригада Баффа, все будет отлично. Поэтому он и выбрал именно его для руководства строительством озерного купола. Но дружеских отношений между ними не возникало. Они не сидели вместе у костра, не пели песен, не вели задушевных бесед на берегу реки. То есть их ничто не связывало кроме работы. И вдруг такой подарок!

Вадим твердо решил, что постарается сохранить эту банку. И вручит ее Баффу, когда все уладится. Почему-то только сейчас он понял, что все будет хорошо: люди разберутся и вернут ему честное имя. Нужно лишь подождать. После того как вернется Химик или его прототип, он сможет что-то предпринять. Телиг об этом позаботится. Если же ничего не получится, то можно подождать возвращения Сорова — тот сумеет разобраться. Правда ждать придется несколько месяцев. Наверное с этим расчетом и делался схрон с припасами — одному человеку их хватит на полгода, не меньше. А ведь можно еще добывать пропитание самостоятельно, оставив припасы лишь на период ненастья.