Артефакт
Шрифт:
Уже ночью, когда Эльмариэн дремала, а Отец и не думал ложиться, в башню кто-то постучал. Мари слышала, как отец спустился по лестнице и отворил жутко скрипящую дверь. Девушка выскользнула из-под одеяла и прокралась в коридор. Оттуда было хорошо видно входную дверь.
Отец её уже закрывал. Рядом с ним стояла Молесса - смуглая черноволосая женщина среднего роста.
– Не хотела, чтобы в эту ночь ты был один, - спокойно говорила она.
Чем эта ночь была особенной, Мари не знала.
–
– Андмар, - нерешительно начала Молесса, - ты давно видел Осень?
– Месяца два назад, - он пропустил её перед собой на кухню.
К счастью для Эльмариэн, дверь они не закрыли.
– Я волнуюсь, - призналась менестрель, - с ней всё в порядке?
– Ты волнуешься?
– почему-то очень ядовито переспросил отец.
– Мне казалось, тебе уже два года всё равно.
"Два года?"
Мари напряглась. С отцом что-то не так. Молесса регулярно, раз в сезон, приходит поговорить об Осени...
Но ни разу они не были в башне одновременно.
– Я тебя прошу, Андмар...
– вздохнула Молесса, - держи себя в руках.
– Держать себя в руках?!
– гневно воскликнул принц.
– Я всё понимаю, - сохраняя спокойствие, говорила менестрель, - та самая ночь, всё такое... но ты должен взять себя в руки.
– Я никому ничего не должен, - холодно возразил Андмар.
Он выглянул в коридор и посмотрел прямо на дочь.
– Иди спать, - приказал он и закрыл дверь на кухню.
Мари отшатнулась от стены, к которой прильнула и послушно направилась в свою комнату.
Сна не было ни в одном глазу.
***
– Демоны!
– в полголоса ругнулась Осень, спотыкаясь о корень, торчащий из земли.
– Проклятые.
– Добавила она, поднимаясь и оглядываясь.
Вокруг был самый типичный смутно знакомый хвойный лес
– Демоны проклятые, - задумчиво пробормотала девушка, рассматривая ближайшее дерево, - и где я?
Дерево, сосна, отвечать не спешило.
– И что я здесь делаю?
– продолжила строго вопрошать у него Осень.
Сосна хранила молчание. Осень автоматически поправила длинную тёмно-русую косу, заплетённую в четыре пряди, и снова посмотрела вокруг. Лес оставался безучастен. Вокруг по-прежнему всё утопало во мраке.
Всё, что Осени удалось вспомнить: прекрасный золотой дракон, опускающийся с небес на землю.
Постояв ещё пять минут
– Ты чего орёшь?
– прошипел он.
Осень повернулась к незнакомцу. Это был молодой лит"маро среднего роста с растрёпанными короткими тёмными волосами и изумрудно-зелёными глазами, такими же, как у отца Осени. Или у самой Осени, когда она использовала свой дар.
– А ты вообще кто такой?!
– возмутилась она, откидывая косу на спину.
– Я Маркус, - гордо отозвался лит'маро, - лесной хранитель.
Значит, полукровка: имя слишком человеческое. В отличие от короля лас'маро, которых люди называли светлыми эльфами, местный король, Саамар, относился к полукровкам терпимо. Не то что бы в его стране их так сильно любили, но хотя бы публичные казни не практиковались.
– Ну и что тебе надо, Маркус?
– Это тебе от меня что-то надо, - возразил хранитель.
– Мне?
– вполне искренне удивилась Осень.
– Не подскажешь, какой сегодня день?
– Одиннадцатый день второго месяца весны, - несколько удивлённо пожал плечами Маркус.
– Одиннадцатый?
– недоверчиво переспросила девушка.
– Только что был восьмой.
Маркус посмотрел на неё с сочувствием.
– Вывести тебя из леса?
– предложил он, удобнее хватая Осень за локоть.
– Да, - кивнула она, - к какому-нибудь трактиру. Но как так?.. Три дня...
– Не переживай, - хранитель повёл её куда-то через кусты, - это, наверное, лечится.
Кусты почему-то раздвигались перед ними, не мешая проходить. И деревья. Осень поймала себя на том, что ощипывала косу, которая каким-то странным образом опять перелетела вперёд.
– Лечится?
– отстранённо пробормотала она, - Но я не больна.
Маркус посмотрел на неё с ещё большим сочувствием.
– Страшно представить, что я могла натворить за эти три дня, - пожаловалась Осень своему нежданному спутнику, - последнее, что я помню - дракон.
– Какой дракон?
– спросил Маркус.
– Ты не видел дракона?
– удивилась Осень, - Его трудно не заметить.
– Я видел трёх драконов за последние дни, - объяснился хранитель.
– Трёх?!
– менестрель резко остановилась.
– Я имела в виду золотого...