Артефаки
Шрифт:
Это была одна из самых тяжёлых недель за последние лет десять. Даже сессия с этим не сравнится. Я не успевала делать базу клиентов от слова "совсем".
Эван Дэппер выдал каждому пятьсот имён. По сто на один день недели. Красавчик Шэйн и альбиноска Айрис понедельник пропустили, но при этом мажор всё равно всё успел!
Я не знала, чего хочется больше: рвать и метать от отчаяния или выведать у него "секрет успеха". Шэйн весь день мог жаловаться на свою бедную и несчастную жизнь, ведь ему -- о, ужас!
– - приходится вставать
– - прийти сюда к семи и ждать -- о, ужас!
– - целых два часа своего руководителя. Его постоянное нытьё уже в печёнках сидело. Но, чёрт возьми, он каким-то образом умудрялся быстро заполнять карточки клиентов.
Я сидела в офисе до упора, мало ходила в туалет и столовку (явно меньше, чем Айрис), по компании гуляла только до архива, даже от плана встретиться с отцом на этой неделе отказалась, впритык бегала на последний поезд, и что же? Где справедливость?!
Почему безалаберным людям всё так легко даётся? А я стараюсь и мне в ответ кукиш с маслом?
– - Эрин! Ты чего так поздно?!
– - опешила мама, когда я появилась в прихожей.
– - Так получилось, -- устало буркнула в ответ.
Тяжёлым взглядом обвела кухню. Тусклый свет отдавал желтизной, окрашивая мебель в неприятные тона. На столе стояли две огромные коричневые бутылки пива, рядом с лампой беспорядочно суетились мотыльки. Отчим с мамой пыхтели сигаретами, наполнив помещение едким дымом.
– - Ты на последнем поезде?
– - Э-э... да, -- пробормотала я.
– - Есть будешь?
– - Нет, спасибо. Я спать. Завтра рано вставать.
– - Иди сюда, поцелуй маму, -- уже подпьянённым голосом обратилась она ко мне. Я вздохнула и на негнущихся ногах подошла к столу, чмокнула маму в щеку, а она в ответ притянула меня за шею и оставила на лбу слюнявую метку от своих губ.
– - Я эту девочку одна вырастила, хотя у нас тогда вообще ничего не было, -- сказала она Рэму. Тот в ответ только что-то промычал.
– - Спокойной ночи, -- вздохнула я.
– - Иди, отдыхай, бедный уставший ребёнок, -- с искренней жалостью она потрепала меня по руке.
Примерно в два часа ночи меня разбудил звук бьющейся посуды. Я вздрогнула и распахнула глаза, чувствуя, как гудит голова от усталости и недосыпа. Что происходит сообразила практически сразу, в отчаянии укрылась одеялом и тихо застонала.
– - Да я одна всё на себе тащила!!! А ты шляешься непонятно где! Только и можешь бухать и трахать каких-то шлюх!
– - Я один деньги зарабатываю! Я вас всех на себе тащу! Могла бы хоть спасибо сказать, сука неблагодарная!
– - Да вали отсюда, козлина! Чтоб ноги твоей в моём доме больше не было! Мне про тебя всё рассказывают! Ты думаешь, я не знаю, с кем ты кувыркаешься?!
– - Я тут вообще-то всю семью на себе тяну! И дочь твою одеваю я! И на жрачку я денег даю!
– - Хоть бы скрывался нормально, весь район знает о твоих похождениях! Меня уже как только не называли из-за тебя! Все почему-то думают, что я слепая дура, но я всё знаю!
После ночного забега у меня страшно гудели ноги. Я физически ощущала боль от прерванного сна. Но в то же время
– - Идём, -- тихо сказала Кайлу.
Тот лежал, отвернувшись к стене. Услышав мой голос брат быстро сел, закутался в одеяло и спешно выбрался из кровати. Шлёпая голыми пятками, перебежал коридор и залез ко мне в постель, свернувшись в постельном белье так, словно спрятался в кокон.
Я тихо закрыла дверь и легла рядом, обняв ребёнка.
Это было необходимо. Если я не вставала и не звала его к себе, когда родители устраивали пьяные ссоры, самостоятельно он никогда не приходил.
Глава 3
"Ох, товарищи. Вас ждёт серьёзный разговор.", -- взбодрило нас после выходных сообщение от Эвана Дэппера в чате. Он написал с точкой! С точкой!
Я ехала в "Берлингер" с таким настроем, что в одной руке у меня должна была быть верёвка, а в другой мыло. В вагоне поезда моя убийственная мина не сильно отличалась от других гримас, которые с трудом можно было назвать человеческими лицами. А вот в компании на меня начали подозрительно коситься. В "Берлингер" не положено приходить с таким отвратительным настроем.
Эван Дэппер по такому случаю приехал не в девять, а в восемь и даже заказал переговорную.
Когда мы расселись, он сухо сказал:
– - Я просмотрел всё, что вы сделали за ту неделю.
– - Он поднял в руках листочек, который принёс с собой и зачитал: -- Шэйн сделал пятьсот клиентов. Айрис -- четыреста девяносто пять. Уош -- пятьсот. Джул -- четыреста девяносто. Эрин... четыреста.
Мне достался уничижительный взгляд.
– - Как я уже говорил, эта стажировка не оплачивается ни с нашей стороны, ни с вашей. Вас никто не будет держать тут просто так. Если вы не делаете ничего полезного для компании, то вам тут банально не место. Пятьсот клиентов -- это немного. Почему-то предыдущие стажёры справлялись с этой нормой. А тут я захожу в статистику и вижу, что кто-то из вас позволил себе расслабиться. Если я сказал "сделать пятьсот клиентов", это значит сделать пятьсот клиентов. Не четыреста девяносто девять, и уж тем более -- не четыреста. Пятьсот.
Эван Дэппер лёгким движением придвинул к себе стул и сел, закинув ногу на ногу. Одна его штанина задралась, обнажив чёрные носки. Мужчина недовольно положил листок на стол.
– - Вы не первые, кто думает, будто здесь можно похалявить. Нельзя. В прошлых группах тоже были личности, которые пришли сюда сразу стать генеральными директорами. Просто так лавры с неба никто никогда не хватает, запомните это раз и навсегда. У меня уже были ребята, с которыми мы отказались сотрудничать и действительно выгоняли их со стажировки. Хотите оказаться на их месте?