Артефаки
Шрифт:
– - Так, а куда тебя определили? Что от тебя требуется?
Вряд ли в мире найдётся хоть один ребёнок, который не врал родителям. За мной такое водилось часто. Я освоила искусство лжи с блестящим результатом. Слова полились мягким журчащим потоком:
– - На швейную фабрику. Буду помогать главной швее. Мне, конечно, дорогие костюмы не дадут шить, но хотя бы посмотрю, как там всё работает. Я считаю, что это большая удача. Главное, что по профессии.
– - Главное, что по профессии, -- зачем-то повторила мама.
– - Обзаводись связями,
– - Да, так я и собиралась сделать.
– - Умничка моя, -- похвалила она. Встала возле плиты, начала помешивать макароны и рассуждать вслух: -- Будешь шить костюмы всему городу. У меня как раз есть несколько знакомых на примете, они точно будут делать заказы. Ну а что? Все мы начинали с малого. Потихоньку будешь расширять клиентскую базу, а там, глядишь, всю оранжевую ветку обеспечишь своей дизайнерской одеждой. Уверена, откроешь собственный магазин, или даже сеть магазинов, можно даже салон...
– - Да, точно. Мне придётся приходить туда к семи утра, -- словно невзначай сказала я.
– - К семи утра? А почему так рано?
– - Это даже поздно, фабрика открывается ещё раньше, -- развела я руками.
– - Логично. Они же шьют одежду для всего города. Даже странно, что не работают круглосуточно.
– - Я тоже удивилась.
– - Ну ладно. Тебя потихоньку устраиваем, надо теперь ещё Кайла пропихнуть в институт. Рэмми говорит, что этим стоит озаботиться уже сейчас. Даже не знаю, хоть деньги начинай копить, чтобы по блату попасть...
– - Угу. А... мам, дашь мне денежку на неделю?
– - осторожно спросила я.
Она сильнее, чем следовало бы, ударила крышкой по кастрюле, и удивлённо повернулась.
– - Я же тебе давала денег! Ты что, всё потратила?!
– - Да, -- с неизбежностью утопающего, который понял, что спасательного круга уже не дождётся, созналась я.
– - Эрин! Ты хоть понимаешь, что мы не живём на оранжевой ветке? У нас нет личного автомобиля! Твой родной отец богат, но ему плевать на дочь, он не осыпает нас горой денег! Работает только Рэм! На эти деньги мы содержим тебя, Кайла, и заботимся, чтобы вам было, где спать и что есть.
– - Да, я знаю. Прости, пожалуйста.
– - Куда ты транжиришь деньги? Это уже переходит все границы!
– - Прости.
– - Ты что там, шоколадки покупаешь, что ли? Или с подружками шляешься по магазинам?
– - Прости. Я знаю, что мы в тяжёлом положении. Но у меня на счёте вообще ничего не осталось.
– - Замечательно! Совершенно никакого уважения ни к моему труду, ни к труду Рэма!
– - Прости.
– - Может, хочешь попроситься к родному папочке? Уверена, он может давать тебе много денег. Только ему плевать и на меня, и на тебя. Между прочим, в твоём возрасте я уже работала, и зарабатывала на жизнь сама!
– - Прости, пожалуйста.
– - Двадцать лет. Взрослая девчонка. Нормальные девушки в двадцать не сидят на шее у родителей, они либо работают, либо замуж выходят.
Я
– - На! Переведи по моему номеру себе 50 э.е. [электронных единиц, прим.авт.]. И уж постарайся не транжирить, ладно?!
– - Ладно.
Я устало открыла на планшете нужное окно и приняла вбивать идентификационный номер. Затем услышала, как хлопнула входная дверь. Рэм вернулся с работы.
– - Привет всем!
– - низким басом проголосил он на всю квартиру.
– - Папа!!!
– - заорал Кайл и побежал со второго этажа. Нас оглушил его топот.
Рэм прошёл на кухню и поставил пакет на стол. Из него выглянули две полуторалитровые бутылки пива.
Мой отчим выглядел, как типичный житель синей ветки. Высокий, крупный мужчина, не умеющий воспринимать предложения, в которых больше семи слов. Сам он выражений не подбирал, за что часто получал полотенцем от мамы, считающей, что Кайлу таких слов знать еще рано.
Рэм поцеловал жену, потом подхватил сына и чмокнул того в лоб.
– - Ты мне что-нибудь купил?!
– - капризно осведомился ребёнок.
– - Конечно. В пакете сюрприз!
– - Сюрприз!!!
Я перепечатала номер, взяла планшет и отправилась к себе в комнату. Не хотелось нарушать семейную идиллию.
Глава 6
Я жутко трусила. Не стоит загадывать что-нибудь о сегодняшнем дне. У меня всегда так: только представлю хорошее, как оно тут же обломится.
На красной ветке мне приходилось покупать билет. Перед платформой были турникеты, и при небольшом количестве людей прошмыгнуть в них невозможно. Зато на моей синей ветке турникетов не было, билет можно было не покупать. Я выезжала в шесть утра, чтобы к семи быть в офисе. Это время -- час пик, людей много, так что затеряться в толпе несложно.
Вагон поезда покачивался, убаюкивая сонных пассажиров. Я держалась за поручень и рассматривала чужую обувь. Меня забавляло, что мыски моих синих тряпичных кед почти соприкасались с чужими изящными туфельками на каблуке. Это был стык несочетаемого. Новое и сияющее против старого и потрёпанного.
Я выбрала кеды, потому что в них, во-первых, удобно бегать от контролёров; во-вторых, они лучше всего подходят к шортам и футболке; в-третьих, можно взять с собой рюкзак вместо сумки. Наблюдая в окно за переплетениями железных балок, из которых состояла железная дорога, я искренне надеялась, что не вспотею, и на розовой кофте не проступят характерные пятна. Вот позорище-то будет.
– - Приготовьте билеты, пожалуйста!
– - злорадный голос одного из контролёров заставил вздрогнуть.
Я удивлённо уставилась на вход в вагон, мои ошарашенные мысли сопроводил громкий хлопок дверей. На голубой ветке?! Так рано?!