Аптекарь Нерсес Мажан

Симонян Карэн Арамович

– Или шарообразный квадрат,- невозмутимо заметил Нестор.- Это одно и то же.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Девушка неторопливо вышла из кабины. Взгляд у нее был рассеянный.

Нерсес Мажан улыбнулся ей.

Но девушка, похоже, вообще его не заметила. Нерсес подумал, что со стороны он довольно глупо выглядел со своей натянутой улыбкой. Рассердившись на себя, он решительно открыл дверь и вошел в кабину. Усевшись на стул, Нерсес украдкой посмотрел на улицу, не следит ли ктонибудь за ним.

Но, прозрачная снаружи, изнутри кабина была матовой.

Улица и

люди не просматривались, а аптекарь вздохнул с облегчением. Хотя, казалось бы, здравый смысл должен был подсказать нечто прямо противоположное: сидящий в кабине должен иметь возможность видеть улицу, сам оставаясь невидимым. Однако, как Нерсес успел заметить, не все на этой планете подчинялось здравому смыслу.

Поудобнее устроившись на стуле, он оглядел кабину. На стене, напротив него, висел плоский ящик, на котором мигал глаз, похожий на кошачий.

Пока ничего смешного не было.

Оа терпеливо ждал, недоумевая, чему же так смеялась недавно сидевшая здесь девушка.

– Меластр,- тихонько произнес чей-то голос.

– Да?
– Нерсес Мажан посмотрел вокруг.

– Долго ли вы собираетесь так сидеть?

– Нет!

И вдруг Нерсес Мажан вспомнил, что он виден снаружи.

Боясь, что он производит на прохожих впечатление тупого человека, Нерсес громко засмеялся, стараясь, чтобы смех звучал как можно естественнее.

– Чему вы смеетесь?
– робко спросил тот же голос.

– По-вашему, я зашел в кабину для того чтобы плакать?
– с вызовом сказал Нерсес Мажан.-Я как все - смеюсь. Вот так...- он поднялся.

– Вы уходите, меластр?

– Да. Наверное, есть и другие желающие посмеяться.

– Но я еще ничего не рассказал вам.

– А это необходимо?

– Конечно, меластр.

– Постойте, а кто вы, собственно, такой?
– спросил Мажан, усаживаясь перед кошачьим глазом.

– Не уходите,- прошептал голос.

– Хорошо, хорошо,- успокоил его Нерсес Мажан.

– Опустите монету в щель, и я расскажу вам нечто очень смешное,кошачий глаз энергично замигал.

Аптекарь порылся в карманах и отыскал монетку.

– Это подойдет?
– он поднес ее к кошачьему глазу.

– Не знаю... Не вижу... Я вообще не вижу посетителей. Отец впервые послал тебя посмеяться?

– Отец?

– Ничего, мой мальчик,- в голосе зазвучала нежность.- Ты пока еще не умеешь смеяться. Уж очень искусственно получается. Да и не знаешь, чего стоит каждая история. Со временем ты наберешься опыта, и все станет обычным, естественным, а значит, и приятным. А на этот раз послушай то, что выбрал для тебя отец. А ну-ка... брось монету в щель. Посмотрим, какая история тебе достанется.

– Посмотрим? Но ведь вы же ничего не видите.

– Не обращай внимания, мой мальчик. Это только так говорится. Вот подрастешь немного, узнаешь, как много в мире таких противоречий. Люди говорят о вещах, совершенно им недоступных. Но когда говорят, у лих возникает иллюзия, будто все это существует в действительности.

Голог умолк.

Нерсес Мажан бросил монетку. Кошачий глаз мигнул еще несколько

раз и исчез.

А в кабине раздался голос.

– У одного человека была очень легкомысленная жена. Молва о ней дошла до ушей мэра. Он вызвал мужа ветреницы и спросил его: "Как ты можешь терпеть и любить такую беспутную женщину?" - "О меластр!
– воскликнул муж.
– Как же мне не любить свою жену, если ее любят все мужчины города?" Нерсес Мажан улыбнулся. История показалась ему весьма так себе.

– А дальше?

– Все,- ответил испуганный голос.- Скажешь отцу, чтобы в следующий раз дал тебе более мелкую монету.

– Почему?

– Пртому что ты еще мал слушать дорогие истории. Тебе они непонятны и неинтересны.

– С чего это вы решили?
– запротестовал Нерсес.

– Ты, мой мальчик, хочешь знать все... раньше времени,- заметил голос.Я это понял потому, что ты не засмеялся.

– А это обязательно - смеяться?

– Смеяться полезно. Тот, кто смеется, всегда остается человеком.

– Так расскажите что-нибудь еще.

– Видно, твой отец щедрый человек.

– Что-нибудь такое, чтобы я устал от смеха.

– Это стоит дорого... Столько денег у тебя нет.

– А сколько нужно?

– Не знаю,- прошептал голос.- Ты хочешь запутать меня, мой мальчик?

– Я не мальчик. Я аптекарь. Приехал позавчера.

– Извините,- произнес голос смущенно.- В наш город давно уже никто не приезжает. Простите, меластр... До свидания.

И замолк.

– А кто вы такой?
– заговорщическим шепотом спросил Нерсеc Мажан.

Голос не ответил.

– Кто вы такой?
– громче повторил Нерсеc.

Кошачий глаз моргал так испуганно, что аптекарь не мог удержаться от смеха.

– Мы с вами соседи,- объяснил он, смеясь,- Моя аптека как раз напротив. .Мы встретимся снова. Я должен обязательно выслушать вашу самую дорогую историю.

..."Мы тогда только познакомились и всего несколько раз встретились за игорным столом",- рассказывал Оскар, показывая аптекарю единственную имевшуюся у него фотографию Зенона Джабеза. Они сфотографировались в фойе "Капеллы". У Зенона был необычайный, запоминающийся взгляд. Да, подумал Нерсеc Мажан, не часто встретишь такие выразительные глаза.

Если судить по лицу, то непринужденность светского человека сочеталась в Зеноне Джабезе с тайной грустью.

Неуемная жажда наслаждений с гнетом постоянных забот.

А некая Урсула с узором планеты Топе на груди не мешала ему, должно быть, тосковать по своей далекой планете.

"Интересно, какой взгляд у Зенона теперь!" - подумал Мажан и тряхнул головой, отгоняя эту нелепую мысль.

Потому что "теперь" не было. Было прошлое.

И в этом прошлом - виланкская трагедия: повесившаяся в тюремной камере девушка и покончивший самоубийством Зенон Джабез. Правда, с легкой руки Линды Ло, которая приняла странную телеграмму из муниципалитета города Сонт за чудодейственный жизненный элексир, теперь он считался воскресшим.