Апостол
Шрифт:
— Серьёзно, конечно. Но это наверняка псины снизу приходили. Получили своих тумаков и уже ушли. Да и потеря часового — это не так страшно, как все толкуют.
— Как же не страшно? А если монстры нападут?
Голос второго собеседника стал чуть тише, и я с трудом стал различать слова:
— У меня двоюродный брат инженер в кузне. Так знаешь, что он говорит?
— Ну?
— Ты только никому! Потерянный часовой — это уже устаревшая модель. Его всё равно собирались утилизировать. В кузне уже делают сразу двух более совершенных.
— Правда?
— Точно никто не скажет. Но кажется, что основные этапы производства уже пройдены. А учитывая обстоятельства, их выпуск должны ускорить.
Дальнейшая их болтовня меня не особо интересовала. Главное, что я понял, так это то, что над городом был какой-то невидимый защитный купол. И это очень усложняло дело. Можно было попробовать его пробить. Но с таким же успехом можно было пробить стену и просто войти внутрь. А я хотел хоть раз сработать по-тихому.
И тут я подумал: если над городом висит купол, то как в него попадает лава? Она же должна просто его обтекать. Возможно, там в средине есть какое-то отверстие? Надо было это проверить.
Я удостоверился, что скучающие стражники отошли в сторожку и за мной никто не наблюдает. После этого я совершил стремительный прыжок вверх, с выставленным вперёд мечом.
Я едва не угодил в поток лавы, ползущий к вулкану. Но, к счастью, обошлось. Клинок вонзился в небесную твердь дальше чем до половины, и я повис, держась за его рукоять. Далее освободить меч и спрыгнуть обратно вниз, но уже метя ближе к центру города, проблем не составило.
Мои ноги ощутили под собой вибрацию и электрическое покалывание, когда я оказался на куполе, а подо мной раскинулся спящий двергарский город. Надо было торопиться, но и снова поскользнуться тоже не хотелось. Поэтому в полусогнутой позе я быстренько подбежал поближе к потоку лавы, но какого-то отверстия так нащупать и не смог.
Тем временем на стенах началась какое-то оживление. Тут и там зажигались огни, а из сторожек выходили обеспокоенные стражники. Видимо, купол имел какую-то сигнальную систему, и нельзя было так просто по нему разгуливать. Вот-вот меня должны были заметить и действовать надо было быстро.
А я не люблю думать быстро. Тогда в голову мне приходят всякие дурацкие идеи. Например, как та, которую я реализовал дальше.
Глава 19
На завод!
Когда меня потащил вниз падающий поток лавы, главное, о чём я в этот момент думал: «Блин! А штаны у меня огнеупорные или нет?!»
А ещё перчатки же! Комбинация их с цепью и мечом была очень удобной, чтобы выкашивать мелких врагов пачками, да ещё и на некотором расстоянии. Сапоги, кстати, также были неплохими. Не хотелось бы их потерять.
Прыгая в лаву, я был почти уверен, то у них было свойство устойчивости к огню. Но сейчас, вот это «почти» не давало мне покоя. Как неточные воспоминания о том, выключил ты утюг дома или нет.
Поэтому, когда ощущение падения пропало, я начал активно загребать руками, чтобы выплыть из лавы. Но эта
Кстати, ощущения от лавы после возвращения на божественную выносливость, стали даже приятными. Я будто попал в очень сильно раскочегаренную сауну. Правда, было страшно подумать, что там творилось с моей кожей. Но оказалось, всё не так плохо. Всё-таки божественный ранг, есть божественный ранг. А ещё, как я понял, лава имела какое-то магическое начало, потому как от неё внезапно защитило [Порождение презрения]. Так что, когда я буквально выпал из какого-то лавового бассейна, я обнаружил, что кожа даже не покрылась волдырями. Скорее было похоже на то, будто я очень долго просидел на солнце без солнцезащитного крема. Ну знаете, вот эти солнечные ожоги, когда тебе в итоге даже двигаться больно? Что-то похожее я ощущал и сейчас. Причём лава вытекала даже из штанов, которые, к моей огромной радости, были целы и невредимы. Как и перчатки. А вот сапоги остались где-то там в бассейне.
Ещё удивительнее было то, что даже волосы почти не пострадали. Просто укоротились в два раза. Ну и когда я хлопками потушил горящую голову, обнаружил, что кончики теперь были опалены.
— Стрижка-вспышка, — пошутил я и осмотрелся по сторонам.
Это было какое-то тёмное, зловещее место, пропитанное потом, кровью и отчаянием рабочих, трудящихся не покладая рук. В общем, выглядело это место, как типичный завод где-нибудь в Челябинске. Огромных масштабов и размеров конвейерные линии тянулись практически на километры. Какие-то монструозные чаны черпали ту самую падающую лаву, чтобы увезти неизвестно для чего.
Но это было ещё не всё. Из любопытства я запрыгнул на возвышающуюся конструкцию, похожую на основу строительного крана, и осмотрел всё это пространство сверху. Сотни, а может и тысячи осадных танков. Про мотоциклы и говорить нечего. Здесь они, похоже, делались просто на сдачу от стружки металла, оставшейся при производстве. Но самое главное, это два громадных робота-часовых, которые превосходили свой прототип размерами раза в полтора. И несли с собой не примитивные цепи, а по боевому молоту и встроенные в руки осадные орудия как в танках.
Но два это были уже полностью собранные. На линиях я видел уже готовящиеся новые детали для гигантов. Так что скоро, их должно стать значительно больше.
Я аж потерял дар речи, глядя на всё это. В голове тут же пронеслись услышанные двергарские разговоры, и пазл сложился. Ну не нужны были такие силы для того, чтобы уничтожить каких-то там кинокефалов. Уж явно не такой громоздкой техникой. Для отлова кочевников нужны быстрые мобильные отряды. А не танки и человекоподобные мехи. Здесь явно всё сложнее. Ощущение, будто двергары собирались подчинить себе всё пространство бездны. Но только ли его?