Апофеоз
Шрифт:
— Привет, Ан, — помахала мне пальчиками Лиса. — Рада видеть, скучала. Дживс мелькал уже…
— Рад, скучал, сводку!
Кстати, девчонка хоть и хотела казаться бодрой и уверенной, но видно, нервничала, что не удивительно.
— Лови, примерное состояние, — сосредоточено выдала она.
И я буквально с гудением перегревающихся мозгов стал вчитыватся в данные.
В систему вошли суда Сиртона, выстроились в боевой ордер. И двинули к станции, которая предупредительно обстреляла молчащие (для ударных судов был свой протокол), кроме как передающие опознание суда. Ну, обстреляла — сильно сказано.
Собственно, это был момент, в который мы получили сообщение — Лиса не совсем понимала, что творится, но на реально опасном расстоянии дала добро центральному компу станции на предупредительный выстрел, скороговоркой отправив нам сообщение, из которого мы получили только огрызок.
Далее корыта маневрируют, ложатся в дрейф, точнее на орбиту, сохраняя формацию, на границе «опасной зоны». В пределах которой не представившийся корабль (неважно, боевой или торговый — в принципе) Торгово-Транзитная имеет полное право нахер разнести, оберегая «пустотный объект социальной значимости».
И, через полчаса висения, разродились паразиты объявлением конфликта. Причём именно планетарного. И пока девчонки пытались понять, что это вообще за хрень, транспортные суды изрыгнули орду десантных челноков.
И вот тут случилась жопа — сбивать челноки средствами ПКО и ПРО станции значит усугублять конфликт. Может быть, и стоило, конечно… но девчонки не стали. И пока Кистень и Клешня судорожно влезали в Досы, а рачьё пыталось хоть что-то сделать не менее судорожно расконсервируемыми и выводимыми на обшивку станции платформами — было уже поздно. Не «всё пропало», конечно, но первая волна нападающих высадилась, начав сшибать антенны и орудийные системы.
Попытка проникнуть на Станцию через обшивку не предпринималась, что и не удивительно: уровень конфликта подобного не предполагал в принципе.
Но вот не через обшивку — была. У сиртонцев на станции оказались сторонники, наймиты, да хер знает кто. И не очень интересно, если честно.
Так вот, эти паразиты «захватили» один из причальных ангаров. В кавычках, потому что они отрезали и взяли под контроль только систему шлюзования. А вот система контрабордажной обороны (которую я, видно по ошибке, клял нехорошими словами, с ней мудохаясь) была вещью отдельной и «гостям» напоказ не выставлялась.
Более того, станционный комп, «прокаченный» Дживсом и Котей, ситуацию обнаружил и выдал «решение вопроса враждебных сил на станции». На что, как я понимаю, получил от Лисы с Лори «решай, если можешь, только побыстрее!»
И он решил. Для начала, загерметизировал переходный от захваченного ангара отсек. Повысил там давление почти до сотни атмосфер, после чего произвёл аварийный отстрел внутреннего шлюза.
Вражин просто выдуло, в самом прямом смысле слова, в ими же открытый внешний шлюз. И, учитывая, что они в простых пустотных скафандрах, то… заслужили, в общем-то. Их гнусные жизни забота их нанимателя, а так как он на них забил — то и их мучительная, заслуженная смерть на его руках же.
А далее комп отжёг контрабордажной системой. Закрывать люк не стал, дождался посадки двух полных челноков… И протоколируя, превратил их вместе со всем содержимым в оплавленные болванки.
Подождал
Далее, Клешня и Криль, поддержанные организованным рачьём, вылезли на обшивку. Поддержали отбивающихся вокруг основных орудий донных, посбивали летающих, как у себя дома, челноков. И продолжали это веселье уже десять часов.
Боевая сводка не просто впечатляла — я охуел, внешне и внутренне, от цифр. На станцию напало восемь сотен Досов! Больше половины которых нахрен разнесено! А у нас — семь человек Криля и Соболь в медотсеке, двадцать четыре Доса с нашей стороны чинит Лори в поте лица, тогда как не госпитализированные пилоты — на новых Досах, хорошо их дохрена.
И это какой-то пиздец и так не бывает! ОТКУДА столько Досов?! И… Клешня и Криль круты, факт. Да и через пару часов после нападения несколько десятков пилотов с бурчанием «поможем» реально начали помогать. Те же Турмалиновые Падальщики Зоги, например.
Но так не бывает. СЛИШКОМ много врагов. Клешня и Криль не могли справится, это фантастика! А уж с текущими, весьма условными, потерями — слов таких нет, одни эмоции.
И эту фантастику я наблюдаю не только в отчёте, но и на фрагментах тактической карты, да и своими глазами.
Глава 7
— Лиса, нападают бойцы Арены? — уточнил я.
— Да, Ан, — кивнула Хелиса.
Просто единственное место, где Сиртон мог найти столько пилотов — Боевая Арена Сектора Саргас. Досы — херня, вопрос денег. А вот пилоты товар штучный, за исключением, как раз, Арены. Пилотский имплант, подчас меняющий десятого владельца. Гипнообучение, вместо десятка лет оттачивания навыков и рефлексов. И на выходе, в шестидесяти процентов случаев — ОЧЕНЬ херовый пилот, с некоторыми проблемами с крышей. В сорока — трупы и клинические психи, неизлечимые.
И вот из этого тупорылого, в самом прямом смысле слова, мяса и состояли нападающие. Теоретически, неплохие пилоты на Арене встречались. Неплохие аренные пилоты. А вот в реальном бою… Ну, в общем, сводка говорила сама за себя.
Видно ситронцы рассчитывали «задавить числом», потому что число внушало. А аренные воротилы… Дело в том, что я этим упырям подложил, в своё время, свинью. И, кстати, нихера не жалею: правильно сделал. И интервью о том, что аренные пилоты — хрень, это опасно и глупо, не лезьте под гипнообучение… Ну, на момент произнесения — может парочку молодых ребят от аренной психоломки оттолкнуло.
Вот только со становлением Дома Форфис и сопутствующими явлениями, в том числе в информационной среде Сектора, похоже то интервью стало приносить людям пользу. И ударило аренных упырей в самое уязвимое место — в их кошельки. Ну и последствия я наблюдаю сейчас. И… надо дождаться Дживса и вместе подумать.
На станции, невзирая на затяжной бой — всё неплохо. Самое забавное, что аренники, с рефлексами, заточенными на, как не удивительно, арену, сливаются закономерно. Самое уязвимое место аренного Доса — ложемент. Делягам плевать на жизнь пилота, это гроши, а имплант, скорее всего, не сломается. И после извлечения из кровавой каши, оставшейся от пилота — найдёт место в следующем смертнике.