Анжелика в России
Шрифт:
Крис утвердительно кивнул.
Путь до моста оказался гораздо более долгим, чем казался с первого взгляда. Дорога изрядно попетляла между канавами и разрушенными земельными укреплениями. Раньше здесь, судя по всему, располагалась лагерем какая-то армия. В нескольких местах дорога оказалась специально перерыта, но потом засыпана. Молодой кустарник вырос меж редутами и контрэскарпами, и казалось, что уродливому лабиринту не будет конца. Карета колыхалась и кренилась. Крис, поджав губы, следил за дорогой. Майгонис беспокойно
Карета пересекла поляну за укреплениями, оставалось перебраться через полузасыпанный ров. Но легкий мост затрещал, прогнулся и вдруг с треском осел, подняв тучу пыли. Карета медленно завалилась, одно колесо, сорвавшись, покатилось, подпрыгивая на кочках, и, покружившись, упало в стороне. Шарахнулись лошади, звучно лопнула одна постромка. Крис успел соскочить и ухватить передних под уздцы. Свалившийся Майгонис копошился в пыли, высоко поднимая руку с пистолетом, как будто оказался не в пыли, а в воде и боялся подмочить заряд.
«Это неспроста…» — подумала Анжелика.
— Жаннетта, милочка, достаньте шкатулку с пистолетами, — мягко и весело прощебетала она, готовая отбиваться.
Перепуганная Жаннетта, вытаращив глаза, заметалась, довершая разгром внутри кареты.
От леса донеслись крики. Приподнявшаяся Анжелика увидела, что через поляну к их упавшей карете бегут какие-то люди.
— Пистолеты! Ну!.. — оттолкнув бледную Жаннетту, она сама схватила шкатулку с дорожными пистолетами.
За каретой раздался выстрел. Это поднявшийся Майгонис встретил нападавших огнем. Подбегавшие люди замешкались. Это позволило Анжелике раскрыть шкатулку, проверить, заряжены ли пистолеты и взвести курки.
— Возьмите один, — протянула она пистолет Жаннетте.
— Я не умею, мадам… — прошептала готовая разрыдаться служанка.
— Вы несносны, милочка. На меня покушаются уже который раз, и если б я не умела постоять за себя…
Громкие крики прервали рассуждения Анжелики. Она откинулась к стенке, готовая стрелять в любого, кто заглянет в карету. Крис щелкал бичом, не подпуская нападавших близко. С другой стороны, судя по возгласам, стонам и звукам ударов, отбивался Майгонис.
Нападавшие кричали и ругались на незнакомом языке. Но вот чей-то начальнический голос воскликнул:
— Бардзо!.. Жолнежи!..
Нападавшие бросились врассыпную. Со стороны переправы донесся выстрел, другой… Анжелика выглянула в окошко, держа пистолет наготове. Нападавшие стремглав неслись к лесу по поляне, наперерез им во главе своих слуг бежал с обнаженной шпагой в руке белокурый юноша, которого Анжелика видела утром на постоялом дворе. Еще один выстрел, уже ближе, раздался со стороны переправы. Разбойники, попав меж двух огней, заметались и рассыпались, надеясь прорваться по одиночке.
На глазах Анжелики белокурый юноша настиг одного, судя по более богатой
— Пане… — донеслось до Анжелики. — Чи пан…
В следующее мгновение шпага юноши пронзила горло разбойника, брызнула кровь, и все кончилось.
Со стороны переправы подбежали несколько солдат, они бестолково орали и метались вокруг кареты, не лучше разбойников, подняли с земли избитого Майгониса, влили ему в рот несколько глотков водки из фляги и убежали к лесу за разбойниками.
Анжелика выбралась из стоявшей под углом кареты, вслед за ней выползла на четвереньках Жаннетта. В стороне на поляне юноша и его слуги обыскивали убитого разбойника. Огромный, звероподобный, волосатый слуга поднял покойника за ноги и тряс. Из-за пояса что-то выпало. Второй слуга проворно нагнулся, поднял и протянул с поклоном хозяину. Анжелика разглядела, что это был увесистый кошелек. Юноша отрицательно покачал головой и показал пальцем куда-то назад. Слуга с кошельком убежал. «Там его карета», — догадалась Анжелика.
С видом полководца, оглядывающего поле битвы, юноша окинул взглядом окрестности и, спохватившись, направился к карете Анжелики.
— Встаньте, милочка, — Анжелика подтолкнула носком туфли все еще ползающую у нее в ногах Жаннетту. — Посмотрите на меня внимательно. Не в глаза, а на платье… Не помялось?..
Песочного цвета дорожное платье Анжелики пострадало гораздо меньше кареты. Волосы ее слегка растрепались от падения, но были в своем беспорядке еще живописнее. И вообще раскрасневшаяся, возбужденная, приключением маркиза выглядела превосходно. На юношу это сразу же произвело должное впечатление. Он остановился, не доходя кареты, снял шляпу, некоторое время помедлил, как бы в нерешительности.
— Надеюсь, вы не пострадали, сударыня, — произнес он по-французски.
— К счастью, я не пострадала, сударь, — улыбнулась ему Анжелика.
— Мои слуги помогут исправить вашу карету. А пока не угодно ли вам будет воспользоваться моей? Мы думали остановиться на отдых в деревне Шумилино. Там вы могли бы дождаться, пока вашу карету исправят.
Он говорил с милым пришепетыванием, которое показалось Анжелике провинциальным. Потом, присмотревшись внимательнее, она решила, что он и вовсе не француз.
— Вы из Германии? Из Лотарингии? — спросила Анжелика, всматриваясь в роскошный, но несколько старомодный костюм юноши.
— Я поляк. Позвольте представиться, мадам… Граф Станислав Раницкий.
— Поляк?!
Анжелика вспомнила детство, Пуату, грабеж, который устроили кондотьеры Жана де Верта. Рассказывали, что среди них был поляк, желтолицый, в высокой меховой шапке. Он обладал неистощимой мужской силой, и ни одна женщина из разграбленной деревни не избежала его.
— Я разочаровал вас, мадам?