Антитезис
Шрифт:
Удача улыбнулась ему в безымянном автосервисе неподалеку от «Голубого кристалла» на Юго-Западной. Причем улыбнулась дважды, хотя складывалось поначалу все не лучшим образом — мастер осмотрел машину, сообщил все то же про яму и сильный удар, а когда Дима собрался уезжать, безразличным голосом потребовал пятьсот рублей «за осмотр ходовой и диагностику». Дима, поскучнев, полез в карман, потом вспомнил, что рублей у него в кармане и сотни не наберется, значит, надо искать банкомат, снимать деньги с карточки. Представив выражение
— Я совершенно уверен, что не просил делать ни осмотр ходовой, ни диагностику, — сказал он, разворачивая перед озадаченным лицом мастера красную книжечку с надписью «ПРЕССА», — кстати, я как раз пишу статью об автосервисах.
Лукшин заглянул в оторопелые глаза сервисмена и, воодушевленный, продолжил:
— Вы осведомлены о том, что только что попытались совершить правонарушение, предполагаемое статьей номер сто шестьдесят пять КОАП РФ? — вопрос вышел кривоватым, за «предполагаемое кодексом правонарушение» ему любой редактор бы руки вывинтил, да и номер статьи он взял с потолка, но работяге этого хватило — он моментально утратил уверенность и начал нервно крутить головой, словно подыскивая пути к бегству.
— Еще мне интересно, осведомлено ли об этом ваше начальство. Я бы хотел задать пару вопросов вашему… э-э… бригадиру, — Дима продолжал добивать мастера. Тот вжал голову в плечи, стрельнул взглядом в красную книжечку, потом полез в карман. Сунул что-то Лукшину в свободную руку и зло прошипел:
— Ты меня не видел, я тебя не знаю, — после чего развернулся и, сутулясь, быстрым шагом ушел куда-то вглубь автосервиса. Лукшин развернул ладонь и оторопел — там лежали деньги. Скомканные и замызганные, несколько купюр по сто рублей и пара пятисотенных. Видимо, плату за осмотр мастер взимал по собственной инициативе.
Лукшин ухмыльнулся, спрятал деньги в карман и повернулся к своей машине.
— Клево ты его отшил, — сказал кто-то сбоку.
Дима, холодея и предполагая какую-то зловещую подставу, быстро повернулся и увидел широко улыбающегося мужика с короткой стрижкой и характерным пивным брюшком, рельефно проступающим на дорогом кашемировом свитере.
— А?
— Клево хмыря отшил, говорю, — мужик кивнул, указывая взглядом на красную книжечку, которую Дима продолжал сжимать в руке, — ксиву не покажешь?
— А? На… — Дима протянул удостоверение.
Мужик покрутил книжечку в руках, хмыкнул, вернул Лукшину.
— Прикольно. Надо будет тоже себе такую сделать. Или у тебя настоящая?
Лукшин неопределенно кивнул. Мужик восхитился.
— Да ну? Журналист что ли?
— Ну да, — ответил Дима и испугался, не подумает ли мужик, что Лукшин над ним издевается. Но мужик то ли не заметил, то ли не обратил внимания.
— Крута, —
— А, шланг тормозной порвался, третий раз уже. В сервис-центре говорят — на бордюр заехал или в яму. Задолбали, блин, я не то что на бордюр — на зебру пешеходную уже заехать боюсь, — Дима раздраженно махнул рукой, и сам восхитился тому, как хорошо он вжился в роль и насколько естественной у него получилась эта тирада. «Хотя», — мелькнула у него мысль, — «будь это на самом деле моя машина, мне бы так в кайф не было сейчас».
— Хе-хе, — хохотнул мужик, — а че сюда заехал? Думаешь, кинули тебя в твоем сервис-центре на левые детали?
— Не, — Дима поморщился, — там не кидают. Но они мыслят узко, понимаешь? Шаблонно. Заменить сломавшуюся деталь — запросто, а мозгами пошевелить — никак. Я каких-нибудь народных умельцев искал, вдруг есть такие.
— А… — сказал мужик и звучно поскреб пальцами затылок, — бывают и такие. Ты на фронтовых бригад был в автосервисе?
— Нет.
— Так съезди, — удивился мужик.
— А где это? Я даже улицы такой не знаю, — сказал Дима.
— А то! Они ж рекламу нигде не дают, вот и не все про них знают — им клиентов и так хватает.
«И где логика?» — Подумал Лукшин, — «сначала удивляется, что я не знаю про этот сервис, теперь говорит, что мало кто про него знает. Темнит чего-то, что ли?»
— Вот как по Варшавке от центра едешь, не доезжая Профсоюзной налево и будет эта самая фронтовых бригад, — продолжал мужик, — поворачиваешь, но не разгоняешься, там почти сразу будет поворот налево и вывеска «Автосервис». Там еще заправка — не потеряешься.
— А сам что там не ремонтируешься? — спросил, заподозривший неладное, Лукшин.
— Да просто тут у меня кореш работает, он мне должен, — собеседник хихикнул, — по жизни. Так я всегда без очереди и забесплатно ремонтируюсь. Да и делает он на совесть — если че поломается я потом ему же предъяву и выкачу.
— Неплохо устроился, — польстил ему Дима.
— А то! — мужик широко осклабился, потом оглянулся и махнул кому-то рукой, — ладно, братан, бывай здоров. Вон он — кореш мой.
Мужик повернулся и поспешил к стоящему неподалеку «Паджеро», крича на ходу:
— Ну Тёма, ну е-мое, я тебя уже полчаса жду! Ты где бродишь?
Подошедший с другой стороны к тому же «Паджеро» невысокий мужчина в спецовке — видимо, тот самый Тёма — что-то негромко отвечал извиняющимся голосом. Лукшин хмыкнул и полез в «свой» джип.
— Да мне похрен где ты был! — гремел под сводами автосервиса голос его недавнего собеседника, — я из-за тебя полчаса потерял, ты понял меня?
Дима сморщился, захлопнул дверь и аккуратно развернулся — он отлично понимал, что старому — «шестерочному» — чувству габаритов доверять не стоит, поэтому назад сдавал с очень большим запасом.