Антипара

Нария Полли

Сложив дары в набедренную сумку, поблагодарил новых знакомых.

— Ножи, — прикрыв глаза и разведя руки в стороны, церемониально вопросил главный кобник и его прислужники поспешили отстегнуть от своих набедренных повязок церемониальные артефакты.

Я замер, изумленно наблюдая за процессом. Еще никогда мне не приходилось видеть, чтобы, будь то колдун, ведьмак или ведун, использовали сразу два ножа. Это как будто находилось за гранью возможностей. Но не зря об этих шаманах слагали легенды и сказания, не зря люди не верили в их существования, и не зря сами кобники

скрывались в Нави, ведь любой одаренный захотел бы обучиться такой необычной магии.

Тем временем шаман, так и не открывая своих глаз, получив в свое владение оружие, стал вырисовывать руками дуги, которые образовывали идеальный круг. Он махал руками, словно был птицей, словно собирался улететь или покинуть этот мир. Туман вокруг главного кобника сгустился и потянулся к прорезям пространства, заполняя собой центральный круг. Он темнел, наливался тьмой, поглощая свет вокруг себя. Пространство вокруг портала искажалось, все плыло и приобретало странную форму. Даже сам шаман как будто удлинился, конечности его растянулись, а лицо исказилось.

— Быстрее! — крикнул кобник. — Это путь в самый низ.

— А обратно? — задал я резонный вопрос, прежде чем сигануть в неизвестность.

— Обратно мы тебя достанем. Главное, не теряй клубок. Иначе…

Слушать не стал. Разве важно, что будет, если я не справлюсь? Ведь у меня был только один шанс на спасение Вели, и я не собирался его лишаться.

Мир вокруг меня закрутился, сжался, разжался, и в какой-то момент я почувствовал боль в ступнях. Меня выкинуло из портала на твердую землю, усеянную мелкими камнями. Нижний мир встретил меня непроницаемой тьмой и полной, могущественной, всепоглощающей тишиной.

— Ну что, клубочек, настал твой час.

Глава 65

Богдан

Тьма перестала быть тьмой спустя пару мгновений, когда мои глаза привыкли к сумраку. Теперь я мог различать вещи вокруг себя: скрюченные покосившиеся деревья, серую траву, шелестящую и как будто поскрипывающую от моих шагов. И вездесущие камни. Они были повсюду. Мелкой крошкой, огромными валунами, глыбами и в отдаленности — горами. Весь нижний мир Нави состоял из закостенелой тверди, мглы и безжизненного одиночества.

Кинув на землю клубок, я стал вслед за ним петлять по тропинке, то и дело оглядываясь по сторонам. И хоть никого видно не было, я не мог отделаться от ощущения, что тысячи глаз наблюдают за каждым моим движением. Оно липким потом стекало по моей спине и давило тисками на виски. Но я гнал от себя дурные мысли, потому что не мог себе позволить медлить.

Пусть смотрят, пусть удовлетворяют свое любопытство. Но стоит им показаться у меня на пути, я разделась с каждым — будь то одно существо или целая свора. Ничто не могло меня остановить.

Клубок крутился резво, мне пару раз даже приходилось переходить на бег, чтобы не упустить его из виду. Я ведь помнил, что этот магический артефакт был единственной вещью, способной вернуть меня обратно к кобникам. А от них — к Величке.

А время текло… Медленно и быстро, застывая,

будто замурованное в янтаре, и вновь пускаясь вскачь. Сложно описать это ощущение, ведь я продолжал двигаться, но словно все вокруг при этом жило урывками. И как бы я старался не подпускать к себе сумрак, нижний мир Нави все равно стал влиять на меня.

В груди, в том самом месте, где еще вчера я отчетливо чувствовал связь с Вели, зияла пустота. И это ощущение незаполненности угнетало. Мысли были лишь о том, что все, что я делаю — бессмысленно и бесполезно. Что я не успею… Что Бесяш предаст… Что бороться больше не имеет смысла. И что Велислава умрет из-за меня.

Шагать стало тяжелее. Я вяз в невидимой трясине, и лишь бегущий впереди клубок, как маяк, напоминал мне о цели, заставляя и дальше переставлять ноги. Шаг за шагом.

И вот я взошел не пригорок и увидел ее. Реку, что текла из-под Алытарь камня. Сам же «всем камням камень» возвышался огромной глыбой, словно говоря, кто здесь хозяин земель. И весь он был исписан древними письменами Сварога. Законами, которые светлый бог повелевал исполнять всем жителям Нави. Бороздки надписей переливались в сумраке серебристыми бликами, манили подойти ближе и дотронуться, дабы познать все тайны великого бога. Да только я знал, что этого делать нельзя.

Знания эти настолько мощны, что не оставят от меня ничего, кроме безжизненного тела.

— … и не мог тот камень никто познать, и не смог никто от земли поднять… — вспомнил я слова магистра. — Алатырь — так же алтарь, камень-жертвенник Всевышнему. На нем Всевышний Сам приносит в жертву Себя и обращается в камень Алатырь… Это не только гора либо камень — это сакральный центр Мира. Он триедин, потому означает путь Прави между Явью и Навью.

Что-то ударилось мне в колено. Я поморщился от боли и опустил взгляд вниз. Клубок подпрыгивал на месте и весь дергался, как недовольный щенок, на которого хозяин не обращает никакого внимания.

— Иду я. Иду, — стерев капли пота со лба, двинулся за артефактом по узкой извилистой тропе, ведущей прямо к бурлящим водам реки.

Я шел и думал, что путь мой гладок и что, быть может, я не встречу на своей дороге препятствий. Видимо, боги благоволят мне и хотят помочь спасти золотую вязь. Зачем-то же они ее создали? И стоило этой мысли закрутиться в моей голове, как рядом мелькнула чья-то темная, мглистая размытая тень. А до реки оставалось всего с десяток шагов.

— Черт! — ругательство сорвалось с губ, и я кинулся бежать вперед.

Мне нужен был всего один бутылек с водой. Всего один. Клубок уже достиг берега и прыгал на месте, взывая ко мне. И я был рядом. Капли от бурных потоков попадали мне на лицо, от шума воды закладывало уши. Я достал из набедренной сумки бутыль и, упав на колени, потянулся к воде.

Да только не успел. Кто-то с силой вцепился мне в волосы и загнул мою голову назад. Острые когти впились в мою шею, и кровь потекла по коже, впитываясь в ткань рубахи.

— Ни один смертный не посмеет испить живой воды, пока я нахожусь на страже! — прошипела неизвестная тварь мне прямо на ухо.