Антикиллер-2
Шрифт:
– Колдую, – равнодушно сказал главарь. – Хочешь, скажу, о чем ты думаешь?
– Не надо! – испугался координатор. – Мало ли что в голове плетется... Я за все мысли не ответчик!
И перевел разговор с щекотливой темы.
– Новые люди нужны, тогда и сил больше будет.
– Есть у меня два стажера... Сейчас каждый себя проявит, тогда и будем решать. А вообще, хватит нам прятаться! Пора о себе заявить, да так, чтобы всякая сраная борзота хвосты поджала...
Поговорив еще десять минут, Колдун и координатор поднялись, разошлись в разные стороны и вскоре растворились в весенней толпе.
Дежурство
Богатенькие бросали побольше: стольник, полтора, а то и два. Бедные, естественно, уповали на страховые полисы и бесплатное обслуживание, которое и получали, хотя невысказываемая, но хорошо известная бригаде мудрость гласила: «лечиться бесплатно – это бесплатно лечиться».
Сначала раскидали деньги: большая часть врачу, чуть поменьше – фельдшеру, еще меньше – шоферу. Круг сухой колбаски разрезали по-братски на три равные части, так же поделили шмат сала, сайру в масле отдали водиле, банку варенья оставили для общего чая. Водки эта смена не принесла, для традиционного расслабления использовали марочный коньяк, подаренный женой профессора, у которого сняли почечную колику.
Со всеми делами закончили как раз к восьми. За ворота подстанции Сергей вышел в отличном расположении духа. Ласково светило солнышко, мягкий ветерок обдувал через распахнутую рубаху богатырскую грудь. Особых дел на сегодня не было, только переболтать с парнями, которые могут выполнить Кривулин заказ. Его все это мало колышет: возьмутся – хорошо, он передаст башли, отмусолив кое-что и себе, не возьмутся – извините, так и скажет ребятам. Ребята классные, отдыхают с телками – закачаешься, так это первый раз, а дальше можно такие фейерверки устраивать!
Встреча произошла в полдень, в маленькой кафешке на углу Большого проспекта и Садовой. Кафешка называлась «Деймос» – Ужас. Мудила хозяин, погнавшись за красивым иностранным словцом, смысла его явно не понимал; Проучившийся три года в мединституте Сергей знал, что в переводе оно должно не привлекать посетителей, а отпугивать; ибо вряд ли кто-то пойдет в кафе за кулинарными или какими-либо другими ужасами. Положение спасало то, что большая часть сограждан тоже не знала, что такое деймос.
Он заказал соточку водки, к которой полагался обязательный бутерброд с сыром. Залпом махнул, лениво зажевал, посмотрел по сторонам. Три непригодные для съема девчонки налегали на груду румяных, подбеленных сахарной пудрой пончиков. Даже на расстоянии горько пахло пережаренным жиром. У окна прилично одетая парочка баловалась шампанским с пирожными. Угрюмый мужик с остервенением жевал отбивную, так что в такт с челюстями двигались вверх-вниз оттопыренные уши. Только что вошедшие молодые ребята делали заказ. Официантка привычно черкала в маленьком блокнотике. У нее были ровные ноги, оттопыренная попка, тонкая талия и строгое лицо.
«Задуть бы ей, – лениво подумал Сергей. – Или в „угадайку“ поставить...»
Ровно в двенадцать внутрь проскользнули два спортивных парня, его сверстники, лет по двадцать пять, но с непроницаемыми «деловыми» лицами и суровыми глазами, которые делали их гораздо старше на вид. Не останавливаясь, они сразу подошли
– Ты Каратист? – не то спросил, не то констатировал круглоголовый крепыш в черной лайковой куртке и, не дожидаясь ответа, придвинул ногой стул и сел напротив. Второй, такого же телосложения с белым шрамом на подбородке, внимательно осмотрел зал и тоже опустился на стул сбоку от Сергея, так что тот оказался под перекрестными и не очень доброжелательными взглядами.
«Видать, настоящие...» – подумал он.
Историй о том, как наглые кидалы выдавали себя за киллеров, ходило в определенных кругах множество. Возьмут башли, напугают предполагаемую жертву и отправят ее в другой город. Или сфотографируют на земле в луже крови и представят для отчета. А потом, когда «заказанный» объявляется, их уже и след простыл. Правда, такие штуки можно проделывать только с лохами, серьезный человек за них яйца оторвет.
Но Сергей по большому счету и был лохом. Самое серьезное преступление, которое он совершал, – это продажа ампул с промедолом Вовке-массажисту. Ну и разная мелочевка: выбивал не очень серьезные долги, за разовую оплату ездил на «стрелки», изображал «крышу» для начинающих лоточников, пока не появлялись настоящие «крыши». Хотя наплел он Кривуле много всякого: смесь чужого опыта и выдумок чистой воды. А на этих парней вывел бывший сосед по коммуналке Петя Хичкок, он и вправду блатной в доску...
– По соточке для разгона? – спросил Каратист, чтобы нарушить неприятное молчание.
Круглоголовый отрицательно качнул головой:
– Давай к делу. Петр сказал, что у тебя к нам базар. Говори, что надо.
– Есть «заказ»... – все оказалось не так просто, как он представлял. Одно дело трепать про «заказ», а совсем другое – делать его в действительности. Сергей чувствовал себя не в своей тарелке.
Если сейчас они спросят: «Какой такой заказ?» Что отвечать? «Надо завалить одного мужика?» На полном серьезе сказать такое и язык не повернется...
Но ответная реакция на нейтральное и в то же время очень много значащее слово «заказ» его ободрила: ребята слушали с пониманием, и лица у них вроде бы стали доброжелательнее, и атмосфера заметно смягчилась...
– Один чувак другу перекрыл кислород, – ободренно продолжил Сергей.
– Это не наши дела, – отмахнулся круглоголовый. Очевидно, он был старшим. – Сколько платите?
– Три «тонны» «зеленых»... Парень в куртке кивнул.
– А кто он?
– Друг мой? – переспросил Сергей.
– На хер нам твой друг! Кого он заказывает?
– Сейчас, сейчас... Пошарив по карманам, Сергей нашел обрывок бумажки, развернул его.
– Вот... Желтый Николай Иванович. Живет на Марксистской, дом пять.
Киллеры переглянулись.
– Кто, кто?! – угрожающая интонация Сергея не насторожила. Он ее просто не зафиксировал, потому что сосредоточился на другом: как можно лучше и подробнее объяснить, что от его собеседников требуется.
– Это фамилия такая, – пояснил Сергей. – Желтый. А зовут Николай Иванович.
– Слышь, что он гонит?! – спросил тот, что со шрамом. Его напарник молча разглядывал Каратиста, как юный натуралист жука перед тем, как ткнуть булавкой; Атмосфера снова стала враждебной. Сергей непроизвольно поежился.
– А ты знаешь, кто такой Желтый? – спросил круглоголовый. Его глаза сузились, и рот сжался в тонкую линию.
– Нет, – растерянно отозвался Сергей. – Какой-то с рынка. Я вообще-то не при делах...
– Че ты гонишь, придурок? – зло окрысился тот, что со шрамом. – Ты нас сюда вызвал? Ты здесь сидишь? Ты заказ делаешь? Отвечай, гниль!