Антикиллер-2
Шрифт:
– Ни фотографии, ни дактилокарты... Вот только протокол задержания: Колеров Василий Петрович, тридцать девятого года, подозрение в грабеже... И постановление об освобождении: за недоказанностью... И то и другое подписал подполковник Коренев из РУОПа. С ним и разговаривайте. А что в документах непорядок, так это не в нашей смене... Петров и Тимшин сегодня утром сменились, может, они вам что расскажут...
Названов «пробил» Колерова по адресному бюро, но оказалось, что такой гражданин на территории области не проживает. Поскольку дело принимало непривычный оборот и было связано с подполковником из РУОПа, опер принес полученные
– Отрабатывай пока другие линии, – наконец сказал он. – А я разберусь, что здесь к чему...
Собственно, разбираться можно было только двумя путями. Позвонить самому Кореневу или пойти на доклад к начальству. Картина вырисовывалась совершенно ясная: двойное убийство совершил агент Лиса. Звонок подполковнику, по сути, будет предупреждением... Если бы этот Колеров разбил кому-нибудь голову или что-то украл, предупредить и «отмазать» коллегу явилось бы святым долгом. Но при двух трупах никого «отмазать» нельзя: Колерова надо сажать, а Коренева выгонять из милиции.
Рожков все прекрасно понимал, но они с Лисом знали друг друга много лет, и если покопаться в памяти, то майор мог вспомнить один-два случая, когда тот крепко прикрыл его задницу... Поэтому он выбрал первый путь и набрал номер, который помнил наизусть.
– Ты знаешь, кто такой Колеров? – не здороваясь, спросил он.
– Колеров? – переспросил Лис самым незаинтересованным тоном. – Да, был такой подозреваемый. Проходил по соучастию в грабеже. Но я заинтересовался им как связью Хромого... Пустой номер и там и там, пришлось выпустить... А что?
– Да ничего особенного. Похоже, это он завалил двоих неподалеку от ИВС.
– Ты посмотри какой мерзавец! – возмутился Лис. – Я думал, он «в завязке».
– В его деле нет ни дактилокарты, ни фотографии.
– Все было. Наверное, ивээсники куда-то засунули. Знаешь ведь, какие они долдоны.
– Знаю.
Они помолчали. Тишину нарушал только шорох в телефонных проводах.
– Ну ладно, до связи.
– До связи.
Оба положили трубки и некоторое время сидели у своих аппаратов неподвижно.
Рожков понял, что, если Лис не встревожился и не высказал желания немедленно подъехать для переговоров, значит, он уже подготовил запасные позиции. А Лис понял и оценил предупреждение коллеги.
Потом Рожков вызвал Названкина и вернул ему материал.
– Похоже, ты на правильном пути, продолжай раскрутку. Сделай поквартирный обход во дворе по месту убийства, может, найдутся еще свидетели. Да изучи уголовное дело, по которому проходил этот тип, отработай его связи... Потом снова потряси ивээсников, скорей всего они просто потеряли фотографию и дактокарту. Поговори с Кореневым, он наверняка что-то подскажет...
Рожков дал подчиненному совершенно правильные советы. Только поквартирный обход, теоретически необходимый на данной стадии розыска, ничего добавить не мог. Майор просто создавал своему коллеге резерв времени.
Но Лис всегда полагался только на себя и не ждал подарков. Поэтому он с раннего утра зачищал все нестыковки и шероховатости этой истории, побывал в нескольких местах и сделал то, что считал необходимым.
Следователь Нахичеванского РОВД Апресян легко согласился выполнить просьбу, которая ему ничего не стоила:
Кроме того, Апресян задним числом написал на имя Коренева отдельное поручение: «Прошу принять меры к розыску и задержанию подозреваемого в соучастии в грабеже Василия Колерова, который предположительно является близкой связью преступного авторитета Хромого». Никаких вопросов у следака не возникло: оперативный интерес подполковника Коренева выглядел вполне оправданным.
Теперь непреложный факт водворения Лисом Колерова в камеру получал официальное объяснение. Документы о том, что он многократно проделывал это и ранее, не сохранялись, поэтому оставалась только одна неувязка: неполно оформленное личное дело задержанного. Если Колеров попал в ИВС на общих основаниях, в деле обязательно должна быть дактилокарта и фотография.
Через несколько минут Лис мчался в пригородный поселок Грушевка, где проживал старшина Тимшин. Тот возился в огороде у небольшого, но крепенького домишки и, увидев подполковника выронил из рук лопату.
– Как жизнь, дружок? – Лис приветливо помахал рукой. – Иди сюда, раз в дом не приглашаешь!
Старшина на негнущихся ногах двинулся к нему. Так кролик против своей воли ползет к разинувшему пасть удаву.
– Садись в машину, разговор есть, – Лис гостеприимно распахнул дверцу. Если бы кто-то наблюдал эту сцену со стороны, то решил бы, что к Пахому Тимшину прибыл закадычный друг или скорее родственник, потому что откуда у деревенского мужика такие солидные и красиво одетые друзья?
– Ну что, иуда, – совсем другим тоном заговорил Лис, когда предатель захлопнул за собой дверь. – «Наседок» сдаешь? А про подписку забыл? И присягу не помнишь? Это лет на шесть-семь потянет...
Тимшин икнул. Он понимал, что просто так сделанное им не обойдется, и даже хотел скрыться, но никакой другой жизни, кроме как в своем домике с живностью иогородом, он не представлял, а потому приготовился покорно встретить любой поворот судьбы.
– Если бы двух трупов не было, – продолжил Лис. – А так соучастие в убийстве корячится – лет на пятнадцать...
Он «брал на понт», но старшина не разбирался в юридических тонкостях, зато отлично знал, что такое тюрьма...
– А может, и по-другому закончиться, – обнадеживающе улыбнулся Лис. – Вдруг Колеров дознается, кто его сдал? Дело-то нехитрое! Или дружки убитых к тебе придут за товарищей спросить? И домик твой сгорит синим пламенем, и скотина... Да и тебя, я думаю, спалят! Как считаешь, спалят тебя бандюки или оправдаешься?
По морщинистому лицу старшины покатились крупные слезы. Он влип в скверную историю, теперь приходилось держать ответ. Он не мог рассчитывать на могучих покровителей и высокооплачиваемых адвокатов, да вообще ни на кого. Никому на этом свете он не был нужен, кроме своего кабанчика, который регулярно получал пищу из его натруженных рук.