Антикиллер-2
Шрифт:
Глава пятая.
КОМБИНАЦИИ ЛИСА
«...Гораздо вернее внушить страх, чем быть любимым: люди меньше боятся обидеть человека, который внушал любовь, чем того, кто действовал страхом. Ведь любовь держится узами благодарности, но так как люди дурны, то эти узы рвутся при всяком выгодном для них случае. Страх же основан на боязни, которая не покидает тебя никогда».
Лис принял звонок Мальвины уже за полночь. Он думал,
Еще днем в кабинет вошел несколько обескураженный Гусар, выезжавший на обыск в квартиру Фитиля.
– Ничего не нашли, – сообщил он, однако только эта неудача не могла вызвать у него такой озабоченности: преступники умеют прятать опасные улики, и вовсе не каждый обыск дает результат.
– Что-то у нас не стыкуется, – продолжил Гусар. – Проверили его по датам нападений – в трех случаях у него железное алиби! Последний раз он вообще с утра напился и попал в вытрезвитель!
– Вот так штука! – изумился Лис.
Но на этом сюрпризы не кончились. Через несколько часов аналогичное сообщение привез Волошин, отрабатывавший Самсонова. На квартире ничего не обнаружено, в дни нападений Самсон, как обычно, выполнял обязанности телохранителя у одного из тиходонских коммерсантов, сопровождал шефа в деловых поездках, и это видели многие не связанные между собой люди.
Четвертого названного Печенковым соучастника – некоего Григорьева – вообще установить не удалось. То, что сведений о нем не оказалось в адресном бюро – понять можно: живет без прописки. То, что его нет в городе
– тоже легко объяснить: испугался и скрылся. Но то, что его никто никогда не видел: ни знакомые и соседи самого Печенкова, ни окружение Фитиля и Самсона, объяснить нельзя никак. Человек не может быть невидимкой. Если он не выдуман для отвода глаз.
– Ну что ж... Пойдем доложим начальству, – совсем поскучнел Лис. В этой ситуации он выглядел полным идиотом. А может, кое-кем и похуже...
– Значит, расклад такой, – подвел итог Колорадский Жук, когда ему представили собранные материалы. – Печенков дает показания на Королева и Самсонова. Но они ничем к делу не привязываются, больше того – имеют алиби. Скорей всего это оговор. Если предположить, что Печенков осведомлен о смерти Королева и Самсонова, то все ясно: валить на мертвых – излюбленный прием этой братии. Но как он в камере мог получить эту информацию?
Нырков развалился в кресле и пристально смотрел на Лиса. Тот молчал. А что тут скажешь? Жук вполне мог знать, что Лис выводил задержанного на место убийства. А если еще не знает, то наверняка узнает в ближайшее время. И его умозаключения получат вполне логичное объяснение: непрофессиональные действия начальника оперативного отдела подсказали подозреваемому линию поведения и завели следствие в тупик. А то и еще хуже: Коренев расколол задержанного на чернуху, чтобы показать результативность своей работы. Что возразить? Так и выходит!
Колорадский Жук гипнотизировал Коренева взглядом, будто ожидая, чем тот сумеет оправдаться. И у Лиса было железное оправдание: про Фитиля Печенков сказал Лешему
Пауза затянулась, Нырков понял, что оправданий не последует.
– И это двойное убийство в непосредственной близости от ИВС... – задумчиво продолжил генерал. – Совпадение? Странное совпадение...
Вернувшись к себе, Лис нарисовал простенькую схему: кружок с фамилией «Печенков», от него две пунктирные стрелочки, упирающиеся в кружки «Фитиль» и «Вовчик-массажист». Последний фигурант уже установлен – Рогалев Владимир Иванович, тридцать девять лет, судим в семьдесят шестом за пособничество бандитской группе «Призраков», получил восемь лет, отбыл семь с половиной. После освобождения ни в каких криминальных делах замешан не был. Теперь следовало выяснить, связан ли он с Фитилем и Самсоном. Если он их не знает, значит, Печенков действительно называл всех, кто пришел на ум... Тогда убийство именно этих двоих действительно редчайшее совпадение!
«Стоп! – оборвал Лис сам себя. – Какое, на хер, совпадение, если эти „быки“ назвали Лешего по псевдониму? Да и вообще, таких совпадений не бывает!»
Он все же встретился с Мальвиной и дал ей задание. Подробно проинструктировал, даже сказал, во сколько по местному телевидению передадут информацию о происшествии. И вот результат: Рогалев знает убитых. Значит, Печенков связал их не случайно... Вновь зазвонил телефон.
– Номер не определен, – сообщила система АОН. Не удивляясь, Лис взял трубку. Ему могли звонить в любое время. И с любого телефона.
– Добрый вечер, Филипп Михайлович! Не разбудил? – мужской голос был ему совершенно незнаком. – У меня к вам маленький совет. Не лезьте в эту историю с «Золотым кругом». Дело нехорошее, вспомните «Тихпромбанк». Хондачев и себе проблемы создал, и вас втягивает. За три тысячи так рисковать не стоит. Лучше держитесь в стороне.
Незнакомец говорил очень спокойно. Чувствовалось, что он очень уверен в себе.
– Кто говорит? – по инерции задал Лис глупый вопрос.
– До свидания, Филипп Михайлович.
На другом конце линии положили трубку.
В крайнем возбуждении Лис заходил по квартире. Ему было тридцать восемь лет, из них шестнадцать – оперативного стажа, конечно, ему приходилось выслушивать угрозы – и лично, и по телефону, и вычитывать в малограмотных писульках... Но все это было давно, когда он еще не стал Лисом, когда ореол авторитета еще не отбивал у любого желающего охоту припугнуть крутого мента...
В последние годы такого не случалось, да и случиться не могло: после убийства родственника Шамана, которое в общественном мнении криминального Тиходонска напрямую связывалось именно с ним, после того как неизвестные жестоко расправились с группой «отморозков», убивших его друга, после внезапной кончины самого Шамана, происшедшей как раз тогда, когда тот стал на его пути, в городе не нашлось бы самого отпетого и конченого наркомана, который вздумал бы испытать судьбу. Но поздний звонок показал, что сейчас такие люди появились...