Антиглянец
Шрифт:
– О, кто к нам пришел! – возле машины стояла Краснова и целилась в меня камерой мобильного, – Примериваешься, купить хочешь? Сфотографировать на память?
Я не видела ее с тех пор, как… Как у нее хватило наглости подойти? Я вылезла из машины.
– А чего так поздно на презентацию? Уже все разъезжаются.
– Да я просто мимо ехала, заскочила, – зачем-то ответила я, вместо того чтобы молча уйти. – У Волковой на даче загорала, чай пили.
Краснова помрачнела. Ха, я научилась доставать людей до печенок! И это тоже был
– И как Аня?
– Отлично!
– А мужа ее видела? Он с вами был?
– Нет, он… он не в Москве, – не надо болтать лишнего, осторожности я тоже научилась.
– Да, я знаю, он во Франции.
К нам шел человек в очках.
– Здорово, красавица! Машина и женщина – вот идеальная пара! Меняйте, девки, мужчину на машину… Только голых телок надо было сюда добавить. Автомобильный стриптиз, почему не додумались?
Гейдельман. Я его знаю.
– Вы знакомы разве, Пашенька? – спросила Краснова, прильнув в Гейдельману и победно глядя на меня из-за его плеча.
– Да, мы с ней пили в Лондоне. Забыл только, как тебя зовут?
– Не важно, – сказала я, усмехнувшись.
– Алена ее зовут, Борисова.
– Точно, точно… Ты у меня олигархов заказывала, помню. Ну, нашла себе паренька или к Паше пойдешь в архив?
– А Алена у нас в эти сказки про олигархов не верит, правда, Алена?
– Правда, – вот черт их принес! Я вспомнила тот скандал с Канторовичем, из-за которого я не попала на «Русскую рапсодию».
– Она, Паш, слишком взрослая. Ты на сколько меня старше, лет на пять или больше?
Вот сука, тоже умеет доставать! Еще пара недель – и буду на шесть…
– А я верю, – продолжала Краснова. – Что нам, девушкам, надо? Сохранять в себе детское ощущение непосредственности, интерес к жизни, правда, Паша?
– Да, девки, вам надо. Без оптимизма вы свихнетесь, – поддержал Гейдельман. – Вот чего с замужем тянули, пока срок годности не истек? А теперь чего говорить – познакомь, познакомь.
Краснова растерялась. А не надо было пытаться привлечь на свою сторону Гейдельмана. Он тут же ее заложил, не разобравшись в тонкостях нашей бабской бойни.
– А у меня новый проект, ты знаешь? Я книжку пишу антигламурную, – Лена ринулась спасать остатки тонущей репутации. – Мы с Пашенькой вместе пишем.
– Антигламурную? Ты? – глумиться над гламуром, и кому, Красновой? Это все равно что собачьему желудку критиковать хозяйскую еду.
– Да, антигламур – это тема сейчас. Вся эта пошлость, глянец, олигархи… Люди от денег с ума сошли… Ты ЖЖ читаешь? У меня там дневник – я про это пишу.
– А ты где работаешь-то? – спросила я, когда она наконец заткнулась. Краснова замялась.
– Знаешь «СС»? Газетка такая альтернативная? Ленка там жжет, кидается бомбами в стеклянные дома звезд политики и шоу-биза! – встрял Гейдельман.
– О
– Я… Да… Свобода слова теперь только в такой журналистике. Пишем все, что хотим, а не подкладываемся под рекламодателя. У нас тиражи, люди читают, а люди ерунду не будут покупать за свои деньги.
– Читают, читают, еще не такое говно люди за свои деньги читают! – заржал Гейдельман. Он начинал мне нравиться.
– Паш, ты же не видел последние номера, зачем говоришь?! Я теперь заместитель у Полозовой, по сути, главный редактор. На мне все – новости, культура, мода, красота, но в основном интервью. Ты читала мои интервью?
– Нет, – я думала, как бы мне от них отделаться.
– А газету вообще видела?
– Да, сегодня, на даче…
– У кого, у Волковой? – Краснова вдруг зажглась.
– Да нет, дома… вернее, у знакомых. Так это ты писала про яхту Ведерниковой? – Секундочку, кажется я что-то начинаю понимать…
– Кто? Я?! Нет. Не мой уровень.
– А где вы информацию берете?
– Девки, кончайте нудеть, пошли выпьем! Расскажу, как я бизнес решил переориентировать. Буду поставлять свежее жареное мясцо – Турция, Египет, Тунис. Ярдовые мои сейчас притихли, не тот момент. Нимфеточный проект я временно приостанавливаю… Мальчиков в золотых трусах с турецкого пляжа буду возить. Купи, Ленусик, мальчика, тебе для книги пригодится, – Гейдельман обнял Краснову за плечи, занес руку, чтобы ухватить меня, но я увернулась, прижалась к теплому боку «Мазерати».
В сумке заурчал телефон. Это он! Он!
– Вы идите, я догоню. – Я уже бежала в дальний угол автосалона, подальше от музыки и людей, проверяя качество своего голоса – хорошо ли, уверенно ли звучит? Я всегда ждала его звонка, не было секунды, чтобы не ждала, и все равно он заставал меня врасплох… Я не успевала сгруппироваться, чтобы представить себя в лучшем виде за те несколько минут, на которые он впускает меня в свою жизнь. Не сказать ненужного, сказать нужное… Многое из нужного не сказано, поэтому я всегда была напряжена. Интересно, а у него так? Нет, мужчины могут позволить себе любое настроение, а мы всегда будем рады. Как же я рада…
– Аленка, привет! Ты чего там делаешь? Почему так долго не подходишь?
– Я не сразу услышала, тут музыка орет, – я прижала трубку к пылавшей щеке.
– Веселишься? С кем?
– Да так, на Рублевку заехала случайно, гуляем тут…
– И с кем гуляешь?
– С Гейдельманом, да тут народу много…
Я была так рада, что не соображала, что говорю. Каждое слово, выкатывавшееся из динамика телефона, приятно щекотало мне ухо, я просто слушала голос, сходя с ума от самого факта его звонка.