Анима 5
Шрифт:
— Я как-то иначе себе представлял работу храмового главы.
— Храм всего лишь театр. Суть та же, что и в любом другом деле. Где деньги, влияние и власть, там интриги, борьба и споры. С кем-то можно договориться, кого-то подкупить, некоторых напугать, а иногда и ать-ать-ать… Ты, кстати, вовремя появился. На храм собираются напасть с минуты на минуту, чтобы убить меня. Это если кроты не слили мне дезу.
— Как-то ты об этом слишком спокойно говоришь.
— Рабочие будни, — пожал плечами Гамбо. — Не в первый раз уже. Многим новая фигура в пантеоне как кость в горле. И я не про Фениксовых,
— А кто тогда?
— Да если бы я знал. Шестнадцать попыток убийства, семь успешных, три нападения на храм, одно на поселение. И это только то, что непосредственно меня и храма касается. Моих ребят вообще каждый день кто-нибудь пытается убить, подкупить или похитить, чтобы пытать.
— Погоди, успешных? — не понял я.
— Если у тебя нет руки, то в зеркале ты тоже калека, — пояснил Гамбо. — Так что примерно половину времени, что тебя не было, я официально числился мертвым. Кстати, очень удобно, рекомендую. В общем, Сиил прекрасно справляется с ролью моего телохранителя. Это помимо всех остальных ее прекрасных качеств, — Гамбо чуть повысил голос на последнем предложении, пока мы проходили мимо ростового зеркала. — Я же стараюсь сделать так, чтобы избежать проблем, с которыми она не справится. Так что работаем, набираем силу, вес, влияние, растем потихонечку.
— А Золотой не помогает?
— Он и так помог в самом начале. А если я не могу банально делать свою работу, то зачем я вообще нужен на этом месте? Но вообще он очень толковый… дракон. Будь у меня такой наставник во времена улиц, я бы сейчас уже был мэром.
— Или сдох бы в подворотне.
— Более вероятно, — серьезно кивнул Гамбо. — Пришли.
Он указал рукой в сторону проема, ведущего во внутренний двор храма. Он же алтарь. Он же — бывшая центральная площадь сожженного города.
— Мне пока рано, — я на мгновение замер, глядя на столб пламени. Эта часть вообще не изменилась за прошедшие месяцы. — сначала надо вандализмом заняться. Можешь позвать мудака из прихожей?
— Бро, убийства на территории храма ата-та.
— Знаю.
— Даже этого мудака нельзя. Но если выйти и завернуть за угол, там нет камер.
— Тут вообще нигде нет камер, — улыбнулся я.
Гамбо ушел. Плачущий пришел сам, хоть и под присмотром одного из служителей. Я как раз закончил вырезать дверь Резчиком. В этот раз использовал иной метод, который мне подсказал покровитель.
В центре рисунка был вырезан символ. В его центр я воткнул кинжал и провернул за рукоять. В сплошной каменной стене словно щелкнул некий механизм и дверь отворилась.
Мы с Плачущим вошли в Храм Имен, где нас уже ждали. Три человека стояли вокруг каменного постамента. Мужчина в строгом черном костюме, с аккуратной прической, гладко выбритый и в очках в тонкой оправе. Походил на какого-нибудь банкира или серьезного бизнесмена.
Если бы не внушительный костяной топор в длани.
Вторым был низкий человек, с ног до головы замотанный в серое тряпье, так что были видны лишь глаза. Из широкого рукава торчали костяные лезвия накладных когтей.
Последней была темнокожая женщина с косичками, одетая в просторные и цветастые одежды, на шее и руках множество бус, на лице яркий макияж, в руках костяной лук.
Мы с Плачущим
Сегодня же, как инициатор собрания я держал слово. Не знаю почему, но у Именователей не принято говорить друг с другом без крайней необходимости.
— Это новый Именователь, — кивнул я на Плачущего, опустив приветствия и объяснения. Эти вещи тоже тут не пользуются популярностью.
— Кхм, — выдавил Плачущий и посмотрел на меня. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке в этом месте. — А можно мне хотя бы когти? — он кивнул в сторону низкого парня в серых обмотках. — Не люблю оружие.
Остальные никак не отреагировали на его слова, продолжая молчать, хотя я почувствовал общее легкое раздражение. Но все промолчали, относясь к новенькому, как к ребенку, которого можно лишь понять и простить. На первый раз.
Плачущий взял копье и последовал жесту остальных, коснувшись острием постамента.
Мы с ним это все обсуждали заранее. Он изначально пошел на сделку с Небожителями, потому что хотел получить Резчик и стать Именователем.
Копье официально хранилось у церкви и те наотрез отказывались с ним расставаться. Хотя правда была в том, что копье у них украли еще несколько веков назад, а святоши просто не хотели терять лица. Но Плачущий этого не знал, вот и пытался выторговать кинжал у Огарда.
Так что сегодня его мечта, наконец-то осуществилась. Это было не мое желание, а часть плана покровителя. Но часть такая… Скажем так, это была импровизация. Раз уж вы друг друга не поубивали, то пусть принесет пользу. Конец цитаты.
— Теперь о главном, — перешел я к теме нашего собрания. В этот же момент на постамент опустилась каменная колонна с одним-единственным высеченным именем. Трещины в камне горели огнем, словно раскаляющиеся угли. — Не пытайтесь его прочесть или произнести. Просто знайте, что это имя Феникса. Во время недавнего возведения храма Золотого Дракона, Феникс нарушил законы Анимы и напрямую вмешался в мироздание, атаковав основателя храма. За это Храм Имен нарекает высшую сущность Феникса Именованным. Отныне вы можете использовать свои Резчики, чтобы отыскать приоритетную цель. Кость укажет путь и проведет по нему, пока не пронзит сердце цели. Ищите в разломах, ищите на полях битв, через последователей, да хоть через самих импов. Слушайте кость и если услышите путь — дайте знать. На бой с этим противником мы отправимся вместе. И не только мы.
Я постучал кинжалом по постаменту, знаменуя конец речи. Никто не ответил, значит никто больше не собирался ничего говорить. Молча развернувшись, не прощаясь, я вышел из Храма Имен.
— Рад был познакомиться, классно поболтали, — Плачущий вышел следом. — Крутые ребята.
— Там не принято болтать. Я же говорил.
— Но когти-то можно было поменять.
— Как будто ты будешь этим копьем сражаться. Ты же им будешь добивать уже после победы. Это даже я понимаю.
— Да. Они, кстати, слушали тебя с большим уважением, как мне показалось.