Ангел для Лютого
Шрифт:
— Вы поможете моей сестре?
В ответ пижон полоснул меня злым взглядом.
— Я сказал о твоей проблеме, а про сестру и речи быть не может. — И тут же короткое: — Пристегнись.
Только я это сделала, он сорвался с места, словно за нами гнались все черти ада.
— Почему не можете? — попыталась вновь завести разговор.
— Советую прекратить на эту тему дискуссию, иначе высажу нахрен, и тобой займётся Андреев со своими людьми. Как ты уже поняла, перспектива тебе светит не радужная.
— Но она моя сестра.
—
Пришлось подчиниться. Судя по его злому лицу, сейчас не время и не место для подобного разговора. Но раз он решил помочь мне, не исключено, что и сестре согласится. Нужно только подобрать правильные слова. Единственное, что не понятно, — почему он со мной возится? Что он хочет взамен? Ну не верю я в его бескорыстие, хоть режьте меня!
Глава 7
Мы вновь оказались в его офисе, Егор Александрович сел за стол, я же уже, как обычно, напротив него. Мужчина долго смотрел на меня, словно на что-то решаясь. Я и так была на грани срыва, а тут ещё такой проникновенный взгляд.
— В общем так, ангелок, — начал он, — я помогу тебе. Отдам за тебя Андрееву семь миллионов и предупрежу, чтобы забыл о тебе. На этом моя помощь заканчивается. Сегодня мы видимся последний раз. Я пообещал тебе найти сестру — сделал.
Вот так просто даст семь миллионов? Ну не верю, что по доброте душевной он так раскошелится.
— Я не могу взять деньги, тем более просто так. Что вы хотите за них?
— Ангелок, считай, что у меня сегодня приступ щедрости. Всё, закрыли тему.
— Я не хочу оставаться в ваших должниках. Насколько мне известно, рано или поздно всегда приходится расплачиваться за подарки, и уж тем более за такие деньги.
— Серьёзно? Расплачиваться? — он засмеялся. — Да что с тебя взять, ангелок? Ты, как личность, посредственная, значит, создать что-то выдающееся не можешь, без обид. Такие обычно становятся отличными домохозяйками, и на этом их интерес заканчивается. Если ты посчитала, что я захочу за эти деньги от тебя интимных услуг, успокойся и на этот счёт. Ни одна промежность баб столько не стоит, и у тебя она не из платины, бриллиантами по карату не инкрустирована. Так что мне это неинтересно.
Проглотила оскорбления, если так считает, ну и пусть. Сейчас сестра главнее.
— Тогда скажите, кто в состоянии помочь моей сестре?
Он тяжко вздохнул и монотонным голосом начал говорить:
— Организация совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями двести пятой частями третьей и четвертой статьи двести шестой, частью четвертой статьи двести одиннадцатой настоящего Кодекса, или руководство его совершением, а равно организация финансирования терроризма, наказываются лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет или пожизненным лишением свободы.
Под
А также под пособничеством в настоящей статье понимается умышленное содействие совершению преступления советами, указаниями, а в случае твоей сестры, предоставлением информации. Я доступно объяснил? — И смотрит так строго.
— Я не говорю, что она невиновна, но хоть что-то можно сделать? Неужели никак нельзя ей помочь? У неё вся жизни впереди! Все ошибаются, разве вы никогда не совершали поступков, за которые себя корите?
— Ошибался, но не так! А твоя сестра, прости, мразь! Она не только тебя подставила, но и жизни других людей поставила под удар. Так что я ничего для её спасения делать не буду.
— Так скажите, к кому обратиться, если сами не можете!
— Я не говорил, что не могу, я сказал, что не буду.
— Тогда скажите, кто это сделает!
— Допустим, скажу, кто захочет измараться, чем расплачиваться будешь, а? — Он подался корпусом вперёд, и взгляд стал как у льва перед прыжком.
Тяжко вздохнув, сказала, как есть:
— Я готова пойти на всё, чтобы спасти сестру.
— На всё? — вкрадчиво он интересуется, а глаза как-то опасно вспыхнули.
— Да, на всё, — отвечаю твёрдо и не отвожу взгляд.
Смазанное движение — и мужчина возле меня, я даже не поняла, как он умудрился молниеносно перемахнуть стол. Миг — и он выдёргивает меня из кресла.
— Ну-ка повтори!
От его зловещего голоса кровь стынет в жилах. Я почувствовала себя мышкой в лапах разъярённого льва. Страшно.
— Я готова пойти на всё.
— Идиотка! Ей же насрать на тебя, а ты готова на своём счастье поставить крест! — тряханул он меня. — Очнись!
— Это не важно. Так кто может?
— А если я скажу, что старый извращенец, раздвинешь перед ним свои стройные ножки?
— Если это спасёт мою сестру, то да.
— Б*я, какая ты дура! — процедил он сквозь зубы, удерживая меня.
Отвернул своё лицо в сторону, словно что-то обдумывая. Вдруг резко повернулся ко мне и, впившись в меня взглядом, как-то обречённо спрашивает:
— Ты ведь не отступишься, да?
— Нет.
— Хорошо, я поступлюсь своими принципами и пойду на подлог, но это будет тебе стоить очень дорого! Цена несоизмеримо высока, твоя сестра не стоит этого. Подумай, может, стоит принять моё первое предложение?
— Я не смогу жить, зная, что ничего не сделала для спасения сестры.
Он вновь пронзил меня взглядом, от которого дыхание перехватило. Его зрачки стали узкими, и от этого становилось не по себе.