Анафема
Шрифт:
Она пожала плечами и посмотрела на толпу.
– В основном во время лунного цикла. Насколько я понимаю, давно не был.
– Лунный цикл?
Она вздохнула и покачала головой.
– В это время лучше держаться от него подальше. Если думаешь, что он сейчас ворчливый, то ты не видел его, когда пересекаются две луны.
Все еще не понимая, о чем она говорит, я нахмурилась.
– Почему он должен быть раздражительным?
– Представь, что твое тело настаивает на том, чтобы трахаться больше времени, чем не трахаться. Все мужчины Лунасира страдают от ужасного лунного цикла,
– Она подняла кубок.
– Лучший план природы, — сказала она и отпила из своего бокала.
– Хочешь попробовать впервые?
Я отшатнулась от этого вопроса.
– Что? Ни за что. Что это значит?
– Мужчины в набедренных повязках предлагают себя всем, кто может… возбудиться.
– Возбудиться от молодой девушки, которую заставляют спать с мужчиной на глазах у сотен людей? Это отвратительно.
– Люди отвратительны. Но твои мотивы будут другими.
– Я не чувствую в этом необходимости, но спасибо за заботу.
Рикайя усмехнулась и отпила из своего кубка.
– Я видела, как он загнал тебя в угол. Зачем?
– Маг, с которым мы разговаривали ранее. Анатолис. Я видела его. В Мортасии.
– Ты серьезно?
– Очень. Твой брат собирается поговорить с ним.
– Мой брат собирается убить его. Запомни мои слова.
– Зачем?
– Он, конечно, угрожал этим, но мне было любопытно узнать, почему она так думает.
– За то, что он так на тебя посмотрел.
– Как он мог...
– Но мне пришло в голову, что это вполне возможно. На самом деле, вполне возможно, что Зевандер заметил нас в тот момент, когда мы вошли.
– Ничто не ускользает от моего брата. Поверь мне.
– Тогда, по этой логике, ты знала, что он найдет нас здесь, и все это было игрой из мести?
Она усмехнулась.
– Ты переоцениваешь меня, но не совсем не права. Он действительно настоял, чтобы мое имя было удалено из списка гостей, — проворчала она.
– Ну, это был всего лишь взгляд. Безобидный.
– Это был не безобидный взгляд, Мэйв. Это было выражение «я хочу сорвать с тебя это платье и трахнуть тебя до беспамятства.
Если я это заметила, то можешь быть уверена, что Зевандер тоже заметил.
— Почему ты так уверена, что твой брат думает обо мне именно так?
— Я знаю его всю свою жизнь, и хотя многие женщины ему нравятся, я никогда не видела, чтобы он вел себя так, как с тобой. Зевандер известен своей резкостью, холодностью и абсолютной бессердечностью. Но с тех пор, как ты появилась, я увидела в нем сторону, о существовании которой не знала.
– Я думаю, это отвращение. Брезгливость. Ненависть.
Она вздохнула и взяла меня под руку.
– Я думаю, это называется вожделением и сильным влечением, но что я знаю? Я всего лишь его надоедливая младшая сестра, которая живет с ним почти два века.
ГЛАВА 52 ЗЕВАНДЕР
Обычно
Он опрокинул первый кубок, выпив его до дна, затем наполнил его вином из изысканного фонтана — скульптуры белой розы — и выпил еще один. Танцевать с Маэвит было, возможно, глупо, учитывая взгляды, которые на него бросали, но, к счастью, все видели, как принц подтолкнул его на танцпол.
Отказ выглядел бы подозрительно, а наблюдать, как Маэвит танцует с другим, заставило бы его откусить себе кулак, чтобы не врезать кому-нибудь по лицу.
– Это был способ поприветствовать старого друга?
– Даже звук женского голоса пробудил в нем мрачную ярость.
– Кто сказал, что мы друзья?
– Зевандер не удосужился посмотреть на нее, наполняя третий кубок.
Генерал Лойс усмехнулась, и от этого звука его губы скривились от отвращения.
– Когда я видела тебя в последний раз, ты был просто худым парнишкой. А посмотри на себя сейчас. Настоящий мужчина.
Зевандер был молод, только что вступил во взрослую жизнь, когда она сделала его своей игрушкой. Тогда он не имел ни малейшего представления о своей силе и не был обучен боевым искусствам.
Когда она видела его в последний раз, он действительно был жалким и тощим парнем, голодным и напуганным. Его мучила безудержная ярость, которую генерал Лойс пыталась подавить и контролировать.
– Ты неплохо одет. Это дорогой шелк высокородных?
– Когда он не ответил, она наклонилась к нему.
– Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что ты пытаешься вписаться в окружение.
К несчастью для тебя, дорогой, я могла бы найти тебя даже с завязанными глазами.
– Если вы цените свой позвоночник и внутренние органы, я советую вам держаться на расстоянии сегодня вечером, генерал.
Она откинула голову назад и рассмеялась.
– Хотела бы я сказать, что твои угрозы приводят меня в ярость, но они лишь возбуждают меня.
– Лениво прогуливаясь, она сократила расстояние, подняв свой кубок, словно хотела заверить, что намеревалась только наполнить его.
– Ты поверишь мне, если я скажу, что думаю о тебе почти каждый час каждого дня?
– Ты будешь разочарована, узнав, что я о тебе вообще не думаю.