Алые Клинки. Часть 1

Плисов Кирилл

– Нам обещали…

– Говори громко, чтобы все слышали! – потребовал Гретер.

– Нам обещали заплатить! Многим из нас! Черные маги! Обещали мешки с золотом, с которыми мы начнем новую жизнь за границей после Монт те Сента!

Глаза Гретера округлились от сказанного, за строем солдат начались тихие переговоры. Давненько командиру не приходилось проводить допросы, порастерялась былая хватка. Шпион замолк, надеясь на слепую удачу – параллельно барон пытался собраться с мыслями и не дивиться услышанному. Очевидным показалось узнать следующее.

– Что еще за Монтесент?!

– Не знаю! Какой-то ритуал черных магов!

– Вот черт… Так, – пытался не растеряться Гретер, – Называй имена! Живо, имена соучастников!

Рыжеволосый

снова посмотрел в сторону размытых в тумане фигур воинов, фигур сотников, окруживших солдат и публики, тревожно выглядывающей из-за спин стражи. Ничего доверительного, абсолютно. Ком сжал его горло, в глазах накатились слезы. Гретер разозлился этой идиотской наивности и ударил предателя по щеке. Рыжий паренек сплюнул и повернулся испачканным лицом к истязателю.

– Называй соучастников!!! – крикнул Гретер.

В ответ – плач и слезы, просьба не делать ему больно. Баннерет Лемарк, стоявший до поры беззвучно в кучке сотников и четверых солдат поблизости, показательно кашлянул и подозвал барона.

– Барон Гретер, – раздался мужественный голос, – можете подойти?

– Да что ж такое, иду!

Барон поднялся, поправил рукавицы и озлобленно направился к своему старому знакомому.

Это стало его роковой ошибкой.

Стоило ему отойти на пару шагов от рыжеволосого, как тут же воздух разрезал арбалетный болт. С отчетливым свистом снаряд влетел в круг и вонзился в голову шпиона. Кровь с серым веществом брызнула на траву.

– Убили!!! – раздался крик наблюдателей.

– На дереве, на дереве! – следовало потом.

Барон пригнулся и стал в спешке осматривать круг встрепенувшихся солдат. Поиски были недолгими, двое из них указывали пальцами на верхушку покореженной березы, одиноко стоявшей во мгле. Оттуда стремглав спрыгнул и пустился в бегство один из вечерних арбалетчиков в дублете с раздутыми предплечьями.

– Вы, четверо, живо за ним!!! – повернулся к солдатам Гретер.

Без разговоров помощники командира помчались в погоню за преступником. Витольд вырвался вперед, полный решимости и самоотверженности, за ним между бежевых стен палаток проскакивал Дэйв, чуть поодаль в крюк заходили еще двое солдат. Их отделяло чуть меньше сотни шагов по полю из бурелома. Убегающий арбалетчик ловко перемахнул через деревянный вал, устремившись к лесной полосе. Витольд чертыхался на густеющий с каждой минутой туман, который усиливался по мере приближения дневного света. По пути он увидел часового, прохлаждавшегося возле купы деревьев в паре десятков шагов от арбалетчика. Голос Витольда сотряс воздушные пространства.

– Вали его!!!

Часовой схватился за ручной арбалет и активно начал всматриваться в пробегающий силуэт. Выхватил из колчана болт, зарядил оружие и выстрелил в туманную пелену. Немного постоял, поглядел, заметил трепыхания вдалеке и опять стал заряжать арбалет. За это время намеченную цель целиком заглотил утренний туман. Часовой сообразил и ринулся на перехват в лес.

Витольд с Дэйвом бежали напрямик к нарастающей зеленой стене. Они видели, что арбалетный снаряд не поразил цель, и решили, что противник продолжил двигаться с той же скоростью. В лесном массиве преследование становилось сложнее, однако оба солдата знали, что другая группа уже обходит по левому рукаву, отрезая путь отступления на северо-запад. Витольд надеялся, что часовой преградит восточную сторону.

Над головами возникли кроны густых елей и берез, камни, валежник и бугры заменили упавшие деревья и пни. В мороке зрение подводило, точно ночью – приходилось на лету уклоняться от огромных стволов или кустарников. Витольд подумывал о вентепосах Алых Клинков: “Эх, вот бы мне их сейчас сюда”. Он старался не смещаться с траектории, уповая на слаженность работы команды перехвата.

Когда на пути возникали канавы, обрывы или кустарники, мечник не

задумываясь летел прямо через них. Дэйв, видимо, повторял движения напарника и какое-то время дышал ему в спину. Но после пятого такого препятствия худенький мужчинка, по лицу бывший алкоголик, подвернул ногу в широком рве и смачно ударился о каменистую почву. Останавливаться было противопоказано, Витольд пшикнул по поводу неудачи Дэйва, еле успел перепрыгнуть через сросшиеся два дерева, скатился в овраг с перегруппировкой, вывалил из него и опять устремился вперед. В стороне треснули сухие ветки, кто-то приближался с запада.

Запыхавшиеся потные солдаты из группы перехвата столкнулись лоб в лоб с Витольдом. Они быстро поведали, что слышали какие-то перестуки в паре десятков шагов отсюда. Витольд дал им время перевести дыхание, а сам спортивным шагом побрел на восток. Через шестьдесят с лишним футов он запнулся за лежащий на мхе арбалет. Мечник поднял его и поднес к глазам, благо, рассвет почти наступил, серость впитала дневные лучи как губку и равномерно размыла по бугристому лесу. Глаз у Витольда слепотой не отличался, сразу наметил помятую дугу и сломанный рычаг. В кустах торчала козья ножка.

“Преступник бросил его здесь… или это не его?” – с этой мыслью он огляделся, прошелся чуть-чуть вперед, затем назад, старательно навострив уши, но кроме щебета птиц, шелеста листьев и собственных шагов ничего не слышал.

К сожалению туман овеял округу так, что к раннему утру не было видно ни зги, Витольд опасался заблудиться. Смекалка никогда не подводила его, не подвела и сейчас. Из кармана появился тонкий ножик, им Витольд собирался срезать небольшое железное шило с козьей ноги. Он поднаторел, с третьего захода отделил маленькую пластинку, от которой далее отрезал вытянутый кусочек, потер об шерстяной носок, а затем подложил под полученное шило лист. Снял бригантину, отжал мокрую рубаху и положил на получившееся озерцо лист с железной нитью. Железная стрелка прокрутилась и указала на север, Витольд забрал арбалет с козьей ногой и отправился в лагерь. К счастью издалека его заслышали соратники из перехвата и подранок Дэйв. Все вместе, за исключением исчезнувшего часового, они вернулись в палаточный городок.

К страху прибавилась немая паника. Солдатам не отдавалось никаких новых распоряжений, все действовали согласно старому распорядку. Единственное, что сделал перед уходом барон – приказал связывать у дерева всех нарушителей походного устава.

По возвращении команды преследователей, Ворн выцепил Витольда из состава и, без объяснений, скрытно провел его за палатками в шатер барона. Вошли они через заднюю стенку, которую намеренно открепили от пола, превратив в черный ход. К удивлению Витольда, внутри было темно – лишь тусклый свет пробивался через мешковинную материю. Пространство чем-то напоминало молельню: такое же отстраненное и слабо освещенное. На пне ближе ко входу сидел кавалер четвертого ордена – баннерет Лемарк, у стойки нервно подергивался скуластый барон. Он все не мог решить – снимать ему доспехи или оставить пока на себе? По внешнему виду крепко сложенного командира было сложно понять, доставляет ли ему неудобство таскать на себе два десятка лишних килограммов. А если и доставляет, то нужно ли жертвовать своей защитой ради удобства?

– Витольд, вы поймали стрелка? – с тревогой спросил барон, не отворачиваясь от деревянной стойки.

– Нет, но я нашел сломанный арбалет, – Витольд снял оружие с плеча, – его кто-то обронил…

– Что значит “кто-то”? Убийца был один, мы все это видели! – возник своим баритоном Лемарк.

– У лесной полосы к нам присоединился часовой, – вспоминал Витольд, – я крикнул ему открыть залп по убегающему человеку – он подчинился, произвел выстрел. Промахнулся. Последнее, что запомнилось, как его тень скрылась за деревьями. Я был уверен – он бежит наперерез убийце. Но…