Альтер Эго

Зелинская Ляна

Он указал рукой на дверь. Кэтриона улыбнулась, кивнув утвердительно, и пошла, прижав к себе книгу о камнях. Ей обязательно нужно вернуться сюда и дочитать последнюю главу Лааре. Она должна узнать, кем была эта женщина.

Лейса. Кахоле. Человек. Красивая. Откуда-то с юга. Кто она такая? И как к ней попала печать? Где она могла её взять? И зачем? Ей нужен был камень вед... И веды погибли. И она сама едва не погибла. Но... осталась жива. Что с ней случилось здесь?

Вопросов было гораздо больше, чем ответов.

Но теперь хотя бы Кэтрионе стало понятно, как печать

попала в Лааре. А главное, что она до сих пор здесь, где-то там, в этом мертвом лесу. И Врата до сих пор открыты, и именно поэтому Источник Ибексов погибает, вся его сила медленно утекает в это жуткое пепелище.

Ей нужно найти эту печать и вернуть её в Ирдион. Тогда Врата закроются. Возможно...

Похоже, Ибексы и не подозревают о том, что происходит вокруг, но... Ей всё равно нужно быть осторожной, и пока никто не должен узнать о том, что она здесь делает. Только вот как ей одной найти печать в этом лесу?

Сегодняшний день был полон странных открытий и мысли в голове Кэтрионы совсем перемешались. Может быть, лучше просто вернуться в Ирдион, рассказать всё Магнусу и пусть он сам решает, что им делать? Потому что она не знала, что будет правильно.

Зал наполовину был погружен в полумрак там, где сидел эфе Эйгер. Его лицо, скрытое маской, и молчание оставляли гнетущее впечатление. Он только иногда отпивал из бокала, а в остальном просто наблюдал за присутствующими из тени отбрасываемой широкой спинкой кресла, за которой плясал огонь камина. После полудня небо медленно заволокли тучи, подул северный ветер и над Лааре начал собираться дождь. И в мраморном зале стало совсем сумрачно. Разговор вяло шел о незначительных вещах, касающихся погоды и грядущей зимы, каких-то примет и состояния переправы вниз по Лархе. И Кэтриона чувствовала, что все сидящие здесь думают каждый о чем-то своем и в то же время хотят спросить что-то важное, но словно боятся. И казалось, что мрачный и молчаливый хозяин замка одним своим присутствием набрасывал на комнату тень какой-то гнетущей печали.

Кто ты, эфе Эйгер? Почему ты носишь такое страшное имя?

И Дэйя откликнулась.

На противоположном конце стола Кэтриона увидела камень. Он расколот пополам, и из трещины, словно из раны, медленно капает кровь. Цепь притягивает его к черному пепелищу, не давая уйти, да и куда может уйти камень? И вокруг — печаль. Она похожа на тёмную воду, но и не вода, скорее, очень тёмный туман, и кровоточащий камень в этом тумане очень одинок.

Она вынырнула из Дэйи резко, чувствуя, как её душит эта печаль. Он словно весь состоит из неё. И она окутывает всё, к чему прикасается рука хозяина замка.

— А где же Дитамар? — спросил Нэйдар. — В прошлый раз мы неплохо сразились с ним на кхандаграх. И я обещал, что в этот раз победа будет за мной.

— Дитамар? Кто бы знал, какой дурью мается сейчас мой брат! Возможно, вынашивает какой-нибудь зловещий план, — произнес Эйгер с какой-то странной горькой усмешкой. — Но завтра он обещал развлекать вас за ужином. И поить своим лучшим вином. А в этом деле я, увы, не могу с ним тягаться.

— Мы,

возможно, завтра уже уедем, если найрэ Кэтриона нашла то, что хотела, — произнес Нэйдар, и все взгляды обратились к ней.

Так скоро? Нэйдар собирался остаться тут на пять дней! Что вдруг случилось?

— Э, прошу прощения, но боюсь, мне понадобится ещё хотя бы завтрашний день, — ответила она поспешно.

Она ещё не прочла книгу!

— Тогда мы уедем послезавтра утром, — ответил Нэйдар, — эфе Эйгер, надеюсь, этого времени будет достаточно, чтобы дать нам ответ?

— Вполне, — Эйгер отхлебнул из бокала.

— Я не вижу вашего слугу, — тихо спросил Кэтриону мэтр Альд.

Действительно, Рикарда не было за столом.

— Он хотел осмотреть город, кажется.

Он что-то такое говорил, когда они вышли из сокровищницы.

— Жаль, я хотел побеседовать с ним о Зафарине, он весьма поэтичен.

Кэтриона хотела вернуться с мэтром в библиотеку и дочитать книгу, тогда она сможет уехать и завтра, но эфе Эйгер позвал его с собой, и она вернулась в свою комнату.

Ей было, о чем подумать.

Она села на кровать и вытряхнула из сумки вещи Крэда. Положила рядом шкатулку и нож. Развернула снова бумаги и вспомнила последний сон.

Девочка, танцующая вайху. Теперь она не давала ей покоя. Кто она такая? И почему к ней приходит её память, даже сквозь эту шкатулку, запертую ото всех?

Её дом сожгли. Её мать... Скорее всего, и её тоже, раз она попала в руки к рыцарям. А девочку отдали в Обитель. Но не просто отдали — она нужна была Крэду, и он собирался за ней вернуться. Значит, он знал, кто она такая.

Крэд, Алфред, Зуар и Гаран. Они все были там. И их всех убили. Спустя столько лет. Почему? Здесь есть связь ещё с тех времен, когда эти четверо вместе служили под началом... Кого? Кажется, это был Дэрвел. Да, точно, так его звали. Кряжистый и седовласый, неумолимый и холодный, как настоящий сокол.

Кэтриона плохо его помнила, он умер лет пять назад, где-то далеко, в Иртане. Он был уже довольно стар, но лет пятнадцать назад именно Дэрвел отдавал приказы Крэду.

Крэд ведь должен был вернуться за этой девочкой. Но, видимо, она сбежала. Почему же Магнусу он написал так, словно только что, спустя много лет, случайно обнаружил это? И откуда спустя столько лет о ней узнал Магнус? И зачем её разыскивать сейчас? Почему Крэд до последнего шпионил для Магнуса и что искал в портовых книгах?

Кэтриона снова развернула свитки и начала пробегаться глазами. Что общего у этих людей, помеченных рукой Крэда?

Она снова нашла имя Рикарда. Пролистала дальше...

— Да чтоб тебя!

На одной из страниц, довольно свежих, тех что были заполнены за последний год, и до которых она в прошлый раз не дошла, она увидела знакомое имя — Амо Сейд Виэйра, и такую же галочку напротив, как у имени Рикарда.

Да сколько же этих совпадений? Неужели Рикард соврал ей, говоря, что не знает этого паука?!