Алмаз

Макарова Елена Григорьевна

— Так вот откуда такие большие познания о цветах, — внезапно озарило меня. — И этот цветочный терроризм тоже благодаря магазину матери. Ты схитрил! — бросила в лицо обвинение.

— Попался с поличным, — поднял он руки вверх.

— С тобой нельзя терять бдительность, Кит, — как бы снова установила между нами границы.

Костя же всеми способами старался стереть ее.

— Марго злиться.

— Марго с тобой не разговаривать, — отвернулась, пряча улыбку.

С другой стороны лужайки доносились веселые голоса

музыкантов. Дима что-то настоятельно требовал от Артема, повторяя «Ульрих». Если сперва их прозвища показались мне странными и смешными, то теперь я задумалась, почему каждому дано именно такое.

— Почему Ульрих? — я указала на Артема. — Ради смеха?

Костя оглянулся на весело болтающего друга.

— Ульрих — древнегерманское имя. А Тёма идеально подходит под описание Тацитом внешнего вида германцев: голубые глаза, светлые волосы и «рослые тела». Не настоящий ли древний могучий воин?

— Теперь понятно. — Я кивнула на следующего участника группы: — А Флин?

— Когда-нибудь видела мультфильм «Семейка Флинстоун»?

— Да, — припомнила забавные мультики, что смотрела в детстве, — они жили в каменном веке, ездили на работу на динозаврах или в машинах без дна, которые приводили в движение, по сути, просто бегая.

— Теперь представь Диму в медвежьей шкуре, — стоило только на мгновение сделать это, как образ больше не покидал меня, вызывая смех. — Он идеально впишется в их семейку.

— Точно! — не могла не согласиться. Я нашла глазами Ивана. — Ну а Мартин? Даже не могу представить, что заставило вас дать ему такое имя.

— Во Франции очень почитаемый святой — Мартин. Не знаю, почему-то Ваня ассоциируется у меня с ним.

— И наконец, мы переходим к самому интересному, — громко и театрально, как на популярных телевизионных шоу, объявила. — «Кит». Барабанная дробь!

Он качнул головой и развел руками:

— Не скажу.

— Несправедливо, — заканючила не хуже десятилетней Ники. — Ты рассказал обо всех, кроме себя. Колись, Кит, — дразнила. — Это же никак не связано с реальным китом?

— Вот поломай голову, — предлагал разгадать еще одну загадку. Но мне хватало той злосчастной шкатулке, которую я так и не смогла открыть.

Костя плохо меня знал, если думал, что я так просто сдамся.

— Артем, — решила попытать счастье и громко закричала через весь двор, — почему Костю называют «Кит»?

— Если ты разболтаешь, — всполошился Костя, — ты мне больше не друг!

Тема, извиняясь, пожал плечами. Я уже потеряла надежду, когда Дима выкрикнул:

— Это от «Кит-Кат».

— Как шоколадка? — уточнила и начала улыбаться, осознавая комичность имени.

— Да, две хрустящие палочки, — широко улыбнулся тот.

Прозвище, конечно, было смешным, с этим не поспоришь, но как оно было связано с Костей, я не понимала.

— А причем здесь Костя? Это какая-то пошлая история?

— Совсем

наоборот, — отозвался Ваня. — Наш Костик считает, что по-настоящему никогда не влюблялся. И ждет ту самую — вторую половинку.

Я взглянула на Костю, тому, кажется, было неловко, еще чуть-чуть, и он покраснеет.

— Я бы рассмеялась, если бы это не было так мило, — похлопала его по руке. — Кто бы мог подумать? Была уверена, что ты меняешь девушек, как перчатки.

Все смущение вмиг растворилось, и вернулся нагловатый Костя.

— Одно другому не мешает.

— Вот как? — я уже начала жалеть, что как следует не поглумилась над ним. — Надо перепробовать всех, чтобы было с чем сравнивать? — предположила ход мужской логики.

— Как по-другому я пойму, что она та самая, когда встречу ее?

— Сердце подскажет? — предположила.

— Ну, в это даже я не верю.

— Ты какой-то циничный романтик.

До музыкантов долетел только обрывок нашего разговора, потому что Артем не к месту вставил:

— Да-да, наш Кит тот еще романтик. Попроси показать тату.

— Татуировка? — заинтересовалась я. — Ну, сладенький, показывай.

Костя не горел желанием этого делать, но все-таки расстегнул пуговицу на манжете и закатал рукав рубашки.

На плече у самого сгиба локтя причудливые темные линии образовали единый рисунок: крыло.

Тату выглядела так, словно ей недоставало второй половинки для симметрии.

— А где второе крыло? — провела пальцами по рисунку. — Как летать с одним? — подняла на него глаза.

— Пока и не летаю, Марго, — он начал обратно опускать рукав, — при каждой попытке взлететь все только падаю.

— Вот ты вроде, — чуть не сказала серьезный, но вовремя спохватилась, — взрослый парень, а представления о любви и отношениях у тебя, как у девчонки. Почему?

— Никто не должен быть одиноким.

Не верилось, что со всей его славой, толпой поклонниц Костя мог чувствовать себя одиноким. Стало интересно что он скрывает, какую душевную рану.

Громкий и неприлично грубый возглас заставил всех обернуться и посмотреть на появившегося во дворике мужчину. В отличие от безалаберных музыкантов, носивших джинсы с рваными коленками и свободные футболки, тот выглядел солидно и презентабельно в черном костюме с подобранным в тон галстуком и в белоснежной рубашке.

— Да мне пох** на твое мнение, — отчитывал он кого-то в телефонную трубку. — Засунь его себе, знаешь, куда? — он потянул за узел галстука, освобождаясь от него. — Да, угадал, именно туда! Вот бы так соображал, когда это действительно необходимо!

Мужчина оборвал разговор, снял через голову надоевший галстук и уселся за стол, где мы еще недавно пировали.

— Привет всем, кого не видел, — окинул взглядом компанию и остановил на мне. — Новенькая?

Мне захотелось убежать и где-нибудь спрятаться.