Алмаз
Шрифт:
Не выносимо было слушать. Я совсем не злилась, и обижалась на его колкости. Из-за меня он там напивается. А если ввяжется во что-нибудь?
— Лёш, поезжай домой, пожалуйста, — упрашивала. — Хватит пить.
— Ничего не хватит! — закапризничал как обиженный ребенок, которого в разгар игры зовут домой. — Я только вошел во вкус. Тут такие девочки…
— Лёш, давай ты поедешь домой, проспишься, а потом…
— Что потом? — грубо перебил. — Ну что будет потом, Рита?! — будто не вопрос, а обвинение.
— Станет легче, — по крайней мере,
— Уверена?! — горько рассмеялся.
— Лёша, я …. — искала новые слова утешения.
— Каждую ночь очередная девка извивается подо мной и кричит мое имя, и я ничего не чувствую, просто трахаю ее. Но стоит тебе небрежно бросить «Лёша», и во мне все переворачивается. Я готов бежать к тебе, смятая любые препятствия, и положить весь мир к твоим ногам. — Тут он перепугал меня до смерти, заставив сердце сжать от страха за парня. Он просто завыл в трубку. Отчаянно. Будто кто-то наживую резал его. — Рита, что же ты со мной делаешь?
Я довела ситуацию до грани, из трусости избегая разговора с ним. Но как сказать человеку, что тебе не нужна его любовь, и при этом не разбить ему сердце?
— Господи, да я же ничего не делаю! — чувство вины пожирала меня изнутри.
Я же не флиртовала, не соблазняла — ни сделал ничего, чтобы влюбить его в себя.
— Этого оказалось достаточно, — потухшим голосом. — Зря я тебе позвонил. Не буду больше мешать. Прощай, Рита.
Я чувствовала себя обязанной что-то сделать для него, хотя бы вытащить из той злачной дыры, где он сейчас находился.
— Подожди! Скажи где ты, я приеду.
С горем пополам выбила из него адрес заведения, где этим вечером он, заливал свою боль. Слезно просила дождаться меня.
Плохо представляю, что делала, и чем всё это закончится, но точно знала одно — не могу спокойно спать, зная, что где-то там человек, который любит меня и которому чувства ко мне не дают нормально, занимается саморазрушением.
Несколько раз набрала Косте в надежде, что съемки телешоу уже закончились, но телефон не «отвечал». Не могла одна отправиться ночью в клуб, поэтому позвонила по еще одному номеру.
— Андрей, — заговорила после его ленивого «да», — мне нужна твоя помощь.
19. Спасенные (вторая часть)
За окном автомобиля пролетали пустынные улицы, витрины магазинов отражающимися в них яркими вывесками. Андрей гнал по ночному городу, нарушая одно ПДД за другим. Мой поздний звонок он воспринял спокойно, а вот просьба помочь мне вытащить Лёшу из клуба вызвала вспышку праведного гнева.
— Какого, бл***, тебе дома не сидеться?! Что за комплекс миссии — спасти, бл***, всех сирых и убогих? — Молча выслушивала поток брани, что Андрей обрушил на меня, как только я села в салон. — В первую очередь надо думать о себе. Всегда. А тебе еще и о ребёнке, — этот упрек сильно задел.
— Я подумала, — произнесла сквозь зубы, — поэтому позвонила тебе. — Во
— А я, что тебе фея-крестная? — возмущался, что втягиваю его в чужие проблемы. — Мне, думаешь, заняться нечем, кроме как по ночам развозить пьяную шваль по домам?
— Он друг, — снова сдержанно пояснила, чтобы не обострять ситуацию и не лишаться союзника, — я обязана ему помочь.
— Нах**, ему твоя помощь?! — только больше заводился от каждой моей реплики. — Ты ему нужна! Трахнуть тебя хочет, вот и все, — для него это было очевидным, и только я, дуреха, не понимаю этого. — Тоже мне страдалец!
Даже если он и прав, это не имеет значения. Сейчас мои мысли были заняты тем, чтобы Лёша не наделал глупостей. Из-за меня.
— Считай, что я делаю это для успокоения собственной совести.
— Черты бы побрал твою совесть! — сдался Андрей. — Нельзя быть такой доброй, это для тебя плохо кончится.
Парковка перед клубом была забита, и Андрей высадил меня у входа, а сам отправился искать свободное место.
Пришлось прилично раскошелиться, чтобы обойти фейс-контроль и в джинсах и кедах попасть в внутрь. Наплевать, что я выглядела среди модной тусовки, как белая ворона — я пришла не развлекаться.
Толкаясь среди пьяной толпы, искала Лёшу. Прошла танцпол вдоль и поперек, но так и не увидела парня. Решила позвонить ему, и направилась к барной стойке, где было не так многолюдно и шумно. Пару раз едва не выбили телефон из рук, толкнув в спину и наступив на ногу. Никто даже не подумал извиниться — в пьяном угаре люди совсем не соображали что происходит. Сразу вспомнился тот злополучный вечер в клубе и Костин рассказ о том, как до меня он проводил время в подобных заведениях. Боялась представить, в какие тяжкие пустился Лёша.
Где его черти носят?
Ответ последовал незамедлительно. У барной стойки, запрокидывая одну рюмку за другой, словно это был какой-то конкурс, едва стоял на ногах Лёша.
Без лишних сантиментов растолкала толпу вокруг парня.
— Лёш! — дернула его за руку, отрывая от развлечения. Он громко и матерно возмутился, что ему мешают веселиться и распаленный обернулся ко мне. Но ярость растаяла, сменяясь глупой счастливой улыбкой, когда он узнал меня.
— Рита! — сжал меня в объятиях, отрывая от пола и выбивая воздух из легких. — Ты все-таки приехала.
— Я приехала за тобой, — прокричала ему на ухо. — Уходим.
— Да, пошли отсюда. На*** их всех! — махнул рукой куда-то сторону.
Он держал меня за руку, словно боялся потерять, и тащил за собой, не видя препятствий и, кажется, не думая останавливаться. Было ощущение, что он прет на пролом, сам не зная куда и зачем, лишь бы не стоять на месте.
Когда мы оказались в пустынном переулке за углом клуба, я попыталась остановить парня.
— Лёш, постой! — упиралась и вырывала руку.