Алмаз

Макарова Елена Григорьевна

— Послушай меня и сделай, как говорю! — тем временем уже яростно кричал в трубку Андрей.

— Однажды я уже послушала тебя, — напомнила, что это именно он просил меня молчать о Лёше, — и смотри, что из этого вышло.

— Дура! — вспылил мужчина. — Ты заходила на свою страницу в соцсети? Читала сообщения, которыми, наверное, заваливают твой телефон? Все эти одержимые Костей девицы рвут и мечут, и готовы убить тебя. По их мнению, ты гнусная изменщица, разбившая сердце их кумиру. Поверь, в этот раз молярной краской не обойдется. Так что садись

в машину и езжай домой. Никуда не выходи, а лучше запрись. Мало ли что.

Мне было глубоко безразлично, что думают обо мне совершенно посторонние люди, что они пишут в интернете или как изощренно угрожают. Наплевать. Я сойду с ума, если не удостоверюсь, что с Костей все в порядке, пока не окажусь рядом с ним.

— Я поеду в студию, — твердо заявила, — а ты проверь квартиру, — дала указание и тут же «скинула» вызов, чтобы Андрей не успел возразить.

Остановила первую попавшуюся машину и всю дорогу нервировала водителя, настаивая ехать быстрее. Лишь бы застать Костю.

То, с чем я столкнулась в студии, заставило нервничать и переживать еще больше. Уже в коридоре через приоткрытую дверь я услышала взволнованные переговоры и странный скрежет и хруст.

Нервно сглотнула и чуть толкнула дверь, делая неуверенный шаг вперед. Тут же под ногами раздался уже знакомый звук. Битое стекло, как россыпи драгоценных камней, поблескивало от света ламп. Комната перевернута с ног на голову, Кирилл и две девочки-уборщицы пытаются привести студию в порядок.

— Что здесь случилось? — едва слышно спросила, привлекая всеобщее внимание.

Кирилл глянул на меня через плечо и поставил стул, подняв его с пола и перевернув в правильное положение.

— На твоем месте я бы сейчас не попадался ему на глаза, — лишь по-доброму посоветовал.

— Ты о Косте? Это он сделал? — будто сама не знала.

Звуковик молча кивнул. Кажется, он сам пребывал в небольшом шоке.

— Где он сейчас? — надеялась, что хотя бы ему известно Костино местонахождение.

— Я не знаю, — пожал плечами Кирилл. — Вообще не понимаю, что произошло, — неуверенно начал рассказывать о случившемся. — Он как обычно работал, пока не заглянул в зазвонивший телефон. Надолго «завис» в нем, все что-то смотрел. Потом взбесился и швырнул его в стену. На этом он не успокоился, — Кирилл окинул взглядом раскуроченную студию.

Я тоже осмотрела последствия урагана под названием «Костя», и боялась представить, в каком ужасном состоянии он находился, раз устроил такое.

Не осталось сомнений, он видел те провокационные фотографии.

Куда он сбежал? Почему не позвонил мне? Не спросил ни о чем меня? Я же та, к кому он должен идти за правдой.

Страшная догадка заставила похолодеть: я не единственная, кто мог объяснить происхождение этих снимков.

Лёша.

Костя отправился к Лёше.

***

Теперь я точно знала, где найти Костю. Уже ехала в очередной случайно пойманной машине к Лёшиному дому. Попутно позвонила Андрею — понимала, в случае чего буду не способна разнять двух разъярённых

мужчин. На этот раз он воздержался от оскорблений и непривычно быстро согласился, что без его помощи не обойтись. Его кроткость пугала: если уж он запихнул куда подальше свой гонор и спешил действовать, то не трудно догадаться, что считал набиравшую обороты ситуация опасной.

Нажала на кнопку вызова лифта, но у меня не хватило терпения его дождаться, и я рванула на четвертый этаж по лестнице. В тот момент думала не о том, насколько физически это будет тяжело, а о том, что выяснение отношений между парнями в самом разгаре и что я не успею остановить Костю. Или Лёшу.

Последний долго не хотел открывать. В панике я начала тарабанить по двери кулаком и требовать впустить меня.

Юрист выглядел изумленным, когда я, задыхаясь, отпихнула его в сторону и без стеснения, как хозяйка дома, начала заглядывать в каждую комнату.

— Где он? — я, наверное, походила на умалишённую, метавшись по квартире.

— Кто? — Лёша был само спокойствие, единственное, что его тревожило мое неадекватное поведение. — Успокойся. Возьми себя в руки. Что происходит?

Меня взбесило его невозмутимость. Делает вид, что не причем.

— Это все ты! Все из-за тебя! — разъярённая тыкала в него пальцем. Хотя я сама несла ответственность за свой неверный шаг, который привел к этой жуткой ситуации, но в порыве гнева, подпитанного страхом и собственной беспомощностью, не могла не винить во всем Лёшу.

Но злость быстро схлынула, и я начала говорить с надрывом. Обращалась даже не к парню, а куда-то в пустоту, уставившись в пол и останавливая ладонью истеричные всхлипы.

— Надо было все рассказать…Где его искать…Андрей прав, я дура, сама настоящая…

Должно быть, я выглядела жалко, потому что скоро почувствовала, как Лёша опустил руки на мои плечи с намереньем утешить. Меня передернуло от его прикосновений. Теперь, наверное, никогда не избавиться от чувства гадливости рядом с ним.

— Не прикасайся! — отшатнулась. Лёшу самого как током ударило. Он не ожидал такой реакции на его безобидный жест. А чего он ждал? Что я все забуду и мы будем жить как и прежде?

— Я не хотел, — произнес, но больше не пытался ко мне приблизиться, тем более, снова дотронуться. По его затравленному виду побитой собаки, стало ясно, что извиняется он за тот самый вечер. Чертов вечер. С того дня все пошло не так.

— Знаю, — все-таки хотелось верить, что он не такой человек. Во мне снова проснулась Мать Тереза, и вернулось сочувствие к Лёше. Но я постаралась задушить эти чувства в зародыше. — Но это ничего не меняет.

— Я заглажу свою вину, — его искренней вере в это можно было только позавидовать.

— Не получиться, — как бы не было горько признавать, но есть вещи, многие вещи, которые не изменить. — Мне это и не нужно.

— Мне нужно.

Еще один укол, еще один пинок и подтверждение мысли, что люди самые эгоистичные создания во всей вселенной.