Алмаз
Шрифт:
Перетасовать карты.
Снять. Посмотреть, кто сдает.
— У меня шестерка.
— Семерка.
— Тройка.
— У меня тоже.
— И у меня.
— У меня фигурная.
Старшая рука сдает.
Раз, два. Раз, два. Раз, два.
Раз, два.
Кубки. Монеты. Жезл Ставки сделаны.
Второй круг окончен.
— Зуан, я больше не могу, — взмолилась куртизанка. — Сил нет. Можно снять маску?
— Что скажете, джентльмены? — Меммо обвел взглядом остальных. — Думаю, мы можем оказать даме любезность.
Но та уже с трудом развязывала
Куртизанка сняла маску, вытащила шпильки из прически. Волосы рассыпались по плечам, и она со вздохом тряхнула головой. Когда дама повернулась, Полу показалось: это сон. Она приподняла тяжелые локоны, чтобы освежить шею и спину, таким знакомым жестом! Сердце купца отчаянно забилось, он привстал, опрокинув бокал.
Тот упал на пол и разбился на тысячу осколков.
— Боже мой! Это невозможно…
Ее волосы в свете свечей сияли, как красное золото. Но Пол сразу понял, что ошибся. Он никогда раньше не видел эту женщину. Это не Селия Лампри.
— Ну почему же, сэр, — игриво пропела куртизанка, переведя взгляд с Пола на осколки хрусталя. — Что вы хотели сказать? Мы знакомы?
Она выставляла свое тело напоказ и кокетничала, прекрасно понимая, какой эффект производит на мужчин.
— Прошу прощения, мадам. — Пиндар тяжело опустился на свое место. Внезапно накатила усталость. — Просто вы напомнили мне одну леди. Вряд ли мы с вами встречались.
Воздух в зале зазвенел от напряжения. Пол старался не смотреть на куртизанку, чтобы не отвлекаться: мужчины всегда так хотят обыграть женщину в карты, что нервничают и ошибаются, — но просто не мог оторвать от нее глаз. Дама поразительно походила на Селию. Неужели это чей-то трюк? В далеком уголке сознания копошился червячок-мысль: Керью и Констанца не зря предупреждали. Быть такого не может! Никто из присутствующих, никто в Венеции, кроме Джона и Амброза, не знал, как выглядит его невеста.
Это всего лишь случайность, совпадение… Но зачем Фортуна так его мучает? Пол попытался отмахнуться от этих мыслей, но они продолжали стучаться в его голову, словно назойливые мухи в стекло. В какой-то момент показалось, что Меммо и куртизанка обменялись многозначительными взглядами, потом — что она как-то странно смотрит на мужчину в золотой маске…
Нет, хватит! Так и сойти с ума недолго. Трудно дышать, мысли путаются. Чертова маска! Надо ее снять, хотя бы на минуту. Пол извинился и сбежал в чуланчик за тяжелыми занавесями. Дрожащими пальцами нащупал ленты и сорвал маску. Возле ночной вазы стоял тазик с чистой водой, рядом лежали льняные полотенца. Он плеснул влагой в лицо, а потом, недолго думая, сунул в таз голову. Сознание начало проясняться.
Это наверняка чьи-то жалкие происки. Купец так долго не спал… могло и померещиться. Но
«Стоило куртизанке снять маску, как настроение всех игроков неуловимо изменилось. То ли так и задумано, то ли это хитроумные повороты судьбы — кто знает», — подумал Пол.
Торговец и старый дворянин крупно проигрались и вскоре подошли к пределу возможностей. Первым выбыл торговец. Встал из-за стола, недоуменно огляделся, словно не мог поверить в случившееся, и молча, спотыкаясь, вышел из зала. Вскоре за ним последовал старик: ему выпал флюксус, а Полу — хор семерок.
Пожилой дворянин поднялся, снял маску и с достоинством поклонился каждому сопернику. На лице — та же печать крайнего утомления, что и у торговца.
— Мои поздравления, англичанин. — Старик нашел в себе силы улыбнуться Полу. — Угри все-таки приносят вам удачу.
Оставшиеся четверо молча посмотрели вслед проигравшим. Наконец за ними закрылась дверь.
— Угри? — вопросительно взглянул на Пиндара молодой аристократ.
— Нет, не угри. Миноги.
— Миноги? — приподнял бровь юнец. — Как вам будет угодно, друг мой. — Он закатал рукава, бесстрастно рассмеялся. — Ну же! — воскликнул. — Чего мы ждем!
«А чего жду я?» Сколько раз Пол задавал себе этот вопрос… Ждет, когда окончательно убедится, что Селия пропала навсегда? И наконец-то начнется новая, другая жизнь? Он почувствует… что? Да хоть что-нибудь. Кто или что ждет его за этими стенами? И зачем это все Полу Пиндару?
Купец поставил на кон все и доверился Фортуне.
Пан или пропал. Своего рода смерть. Точнее, Судный день.
Что бы ни говорил Керью, Пиндару казалось, есть шанс получить все.
К утру третьего дня развязка была уже близка. Еще немного, и Пол услышит приговор богини удачи. Куртизанка вышла из игры. Осталось трое: юнец-дворянчик, мужчина в золотой маске и он.
Зал постепенно наполнился любопытными зрителями. «Слетаются, как вороны в ожидании добычи», — подумал купец. В какой-то момент показалось, что в углу стоит знакомая фигура в тюрбане. Амброз? Ему-то что здесь делать? Пол обернулся и посмотрел туда еще раз. Никого.
А потом произошло чудо: ему во весь рот улыбнулась Фортуна.
Сначала выпал флюксус, и Пиндар выиграл шестьдесят девять очков, а потом — нумерус, принесший еще пятьдесят пять. Стопка монет перед ним поднималась все выше и выше. Куртизанка пододвинулась к купцу.
— Похоже, я приношу тебе удачу, англичанин, — прошептала на ухо.
После двух бессонных ночей ее дыхание потеряло свежесть, но мужчина был поглощен картами и не обратил внимания.
Он едва замечал даже толпу вокруг. Сердце колотилось, в венах пульсировала кровь. Энергия будто сочилась сквозь кожу, стекала с кончиков пальцев. Несчастный никогда не ощущал себя настолько живым.
Драка с Керью, мысли о Селии, даже Голубой Султан — все померкло и отдалилось. Умолк даже тихий тревожный звон. Осталась грубая реальность карточной игры.