Алиби
Шрифт:
Последовавшая тишина была столь напряженной, что раздавшийся стук в дверь прозвучал подобно пушечному выстрелу.
– Кто там? – опомнился наконец Смайлоу.
Дверь отворилась, и в кабинет заглянул Монро Мейсон.
– Я слышал, что вы собираетесь снова допрашивать мисс Кэрти, и решил зайти послушать. Похоже, дела у вас идут неважно. Вы орете так, что слышно на улице.
Все трое неловко поздоровались с прокурором округа, потом снова замолчали. Еще некоторое время Мейсон с самым ироническим выражением лица разглядывал всех по очереди и наконец повернулся к Стефи:
– Ну, а ты что молчишь? Язык проглотила? Объясните же мне кто-нибудь,
Стефи бросила быстрый взгляд на Хэммонда и на Смайлоу.
– Обыск дома доктора Кэрти дал неожиданные результаты, – сказала она. – Удалось обнаружить кое-что любопытное, и мы пытались выяснить, какое значение могут иметь найденные улики. Смайлоу считает – и я с ним согласна, – что в совокупности эти улики позволяют предъявить доктору Кэрти официальное обвинение.
Мейсон посмотрел на Хэммонда:
– А ты, похоже, с ними не согласен. Хэммонд упрямо мотнул головой:
– С моей точки зрения, эти так называемые «улики» гроша ломаного не стоят. Смайлоу может со мной не соглашаться, но, в конце концов, выходить с этим делом на большое жюри предстоит не ему, а мне.
Стефи, напряженно прислушивавшаяся к тому, что скажет Хэммонд, поняла, что следующие несколько минут могут оказаться ключом к ее будущему. Все зависело до того, насколько умно она поведет себя сейчас. Сегодня утром, когда она озвучила перед прокурором свою озабоченность поведением Хэммонда, Мейсон встал на защиту своего протеже. И если сейчас она будет возражать прокурорскому любимчику, это может серьезно повредить ей в глазах шефа.
С другой стороны, Стефи не собиралась выпускать из рук перспективного подозреваемого только потому, что Хэммонд отчего-то размяк и потерял хватку. Если она сумеет правильно все разыграть, Мейсон, возможно, обратит внимание на отсутствие у Хэммонда его обычного энтузиазма и сделает соответствующие выводы. Для прокурора округа не существовало большего греха, чем нерешительность, а именно нерешительность демонстрировал сейчас его будущий преемник.
– Я считаю, – заявила Стефи, – что уже сейчас у нас достаточно улик, чтобы арестовать мисс Кэрти. Тянуть с этим не следует.
– Улик? Где ты видела улики? – едко осведомился Хэммонд.
– Но то, что собрал Смайлоу…
– Это не улики! – отрезал Хэммонд. – Это догадки и умозаключения, возможно – гениальные, но не подкрепленные вещественными доказательствами. Да самый скверный адвокат во всей Южной Каролине не оставит от них камня на камне, а ведь вам будет противостоять не какой-нибудь государственный защитник, а сам Фрэнк Перкинс – один из лучших частных адвокатов. Я уверен, что, если я выйду на большое жюри с этим волосом и этой гвоздикой, никакого разбирательства, скорее всего, вообще не будет. Присяжные меня просто засмеют!
– С какой гвоздикой? – уточнил Мейсон.
– Это такая пряность, – раздраженно пояснила Стефи.
– Он прав, – неожиданно вмешался Смайлоу, и Стефи замолчала. Она не могла поверить, что детектив поддерживает своего врага. Хэммонд, впрочем, был удивлен не меньше.
– С чем ты согласен? – спросил он, и даже Мейсон посмотрел на Смайлоу с интересом.
– Я пока не знаю, причастна ли доктор Кэрти к убийству или нет, – начал Смайлоу. – Она виделась с Петтиджоном в субботу, это мы установили точно, и мне кажется, что ее намерения не были столь безобидными, как она пыталась нас убедить. В противном случае она бы просто не стала громоздить одну ложь на другую только ради того, чтобы скрыть
– Мотива, – вставил Хэммонд.
– Совершенно верно. – Смайлоу кисло улыбнулся. – Даже если мисс Кэрти была любовницей Петтиджона, это не значит, что она не имеет права спать с другими мужчинами. Я убежден, что сломанный замок на ее задней двери каким-то образом связан с убийством, но доказать это не могу, с формальной же точки зрения эти два факта никак не связаны. Довольно странно и то, что она хранит дома такие большие суммы наличными, но, в конце концов, это не запрещено законом. – Он вздохнул. – Насколько я изучил характер мисс Кэрти, она вряд ли назовет нам имя пациента, по поручению которого действовала, даже если это будет грозить ей серьезными неприятностями. Не то чтобы я поверил в эту историю, отнюдь нет. Точно так же я не верю ее россказням насчет поездки на ярмарку, но установить, где она была на самом деле, нам пока не удалось. Но и это не самое страшное… – Он снова остановился, чтобы перевести дух, и посмотрел сначала на Мейсона, потом на Стефи. – Самое страшное заключается в том, что я не вижу мотивов, которые могли бы толкнуть мисс Кэрти на столь радикальный шаг, как убийство. На данном этапе мне даже неизвестно доподлинно, были ли они знакомы, дружны или сталкивались только в своей профессиональной деятельности. Если Лют Петтиджон был ее пациентом, то он ни разу не выписал ей ни одного чека в оплату услуг. Если она вкладывала средства в его проекты, это не отражено ни в одном известном нам бухгалтерском документе. Они не могли даже столкнуться на какой-нибудь вечеринке или благотворительном приеме, поскольку вращаются в разных кругах.
Один из моих людей работает сейчас в Теннесси, откуда мисс Кэрти родом. Как ни странно, он тоже не нашел ничего интересного, кроме школьных записей. Но даже если Петтиджон когда-то бывал в Теннесси, никаких следов этого обнаружить не удалось.
– Иными словами, – подвел итог Мейсон, – либо ваша мисс Кэрти говорит правду, либо очень умело заметает следы.
– Я склоняюсь к последнему. – Смайлоу слегка кивнул головой. – Она явно что-то скрывает. Я только не знаю – что. Пока не знаю – Но если бы у тебя были… – начала Стефи.
– У него их нет.
– Если бы ты знал мотивы…
– Он их не знает.
– Заткнись, Хэммонд, и дай мне сказать, – разозлилась Стефи, и Хэммонд, сдаваясь, махнул рукой. – Так вот, – продолжала она, сердито сверкнув на него глазами, – если бы ты знал мотивы, которые заставили Кэрти убить Петтиджона, смог бы ты двигаться дальше с теми уликами, которые у нас уже есть?
Смайлоу посмотрел на Хэммонда.
– Это ему решать.
Хэммонд встретил его взгляд, потом посмотрел на Стефи и наконец на Мейсона, который, казалось, ждал его ответа с нетерпением и скрытой тревогой.
– Да, – сказал он. – Да, я смог бы выйти с этими уликами на большое жюри. Только это должны быть чертовски убедительные мотивы!
Глава 24
– Знаешь, Дэви, это могут расценить как вызов.
– А мне-то что! – самодовольно промурлыкала Дэви Петтиджон и, поставив на столик пустой бокал из-под коктейля, взяла с подноса новую порцию водки с лимонным соком. – Кажется, я уже говорила тебе, что в чем, в чем, а в притворстве меня обвинить нельзя.