Алхимик

Мерзлякова Галина

Ванна с горячей водой! Хочу! У меня даже глаза заблестели от открывающихся перспектив. Если купальни не разорились с этими артефактами, значит, не так уж и дорого стоит. Тем более отдельная купальня обошлась мне хоть и в приличную, но не в неподъёмную сумму. В конце концов, зачем зарабатывать деньги, если не делать свою жизнь лучше? Я жестом отослала девчонку, наслаждаясь травяной баней. Боже, как мне этого не хватало! Конечно, было бы идеально, если б в ней можно было лежать, но и аромабочка тоже весьма неплохо. И вообще, надо приходить почаще. Вдруг меня торкнет и я вспомню рецепт мыла? Озолочусь!

Впрочем, мечтать не вредно. Пока бы ванной обзавестись,

пусть даже не артефактной. Пожалуй, я озадачу мелкого ещё одной задачей. Но мне кажется, он с этим справится без особых проблем. В конце концов, судя по всему, взрослый ответственный человек из нас двоих — это он. Меня несколько беспокоило такое положение вещей, а вместе с тем мне нравилось чувствовать себя этакой барыней, у которой все бытовые задачи решаются по щелчку пальцев симпатичным домашним эльфом по имени Сяо Ма.

Возвращаться обратно пока не хотелось, и я решила, что раз уж оказалась в городе, будет неплохо прогуляться не просто по рынку, а в более приличной части, где расположены магазины, которые занимаются продажей предметов роскоши. Разумеется, дорогие нефритовые украшения или какие-нибудь золотые шпильки мне пока были не по карману. Точнее, нет, купить я их могла, просто это был бы выстрел в наш бюджет, и весьма основательный. Но посмотреть мне никто не мешал. К тому же помимо общего зрелища я хотела посмотреть местную косметику. Ну да, кто о чём, а девушка о помаде.

К тому же, возможно, стоило обзавестись ещё какими-нибудь социальными связями помимо торговца Ли, вдовушки Шэнь и Сяо Ма. Что поделать, иногда очень хочется поболтать с кем-то о своём, о девичьем. А у меня нет собеседников — только зоопарк и ребёнок. Несмотря на хорошее отношение ко мне бабушки Шэнь, особо близкими наши отношения не становились. Более того, мне казалось, что с некоторого времени она стала держать дистанцию. Я честно не могла понять, почему так происходит. Возможно, какие-то внутренние заморочки, которые мне, условно пришлой, понять было нельзя. При этом я совершенно не понимала, как в этом мире обзаводиться этими самыми новыми социальными связями, и это печалило.

Зато магазины косметики порадовали. Пудра из жемчужного порошка, смешанного с рисовой мукой, разнообразные румяна и помады в виде бумажных листиков, пропитанных краской. Пока всё это для меня воспринималось тяжеловато. Я не была готова наносить ничего из вышеперечисленного на лицо, поэтому приходилось смириться с естественной красотой. Благо с кожей мне откровенно повезло. Может быть, я и не идеальная местная красавица, но вполне приятная внешне. По крайней мере, некоторые мужчины были явно заинтересованы в общении со мной.

Правда, я сильно подозревала, что причина, по которой один из спутников той самой истеричной девушки-культиватора стоял сейчас передо мной, была далеко не в том, что он увидел во мне объект романтического интереса. Вот только у группки юных барышень, кажется, возникло совершенно иное впечатление.

И да, если бы я читала нечто подобное в манге или манхве, то это была бы предназначенная встреча. Ранний вечер, шум города, где-то вдалеке стайка девушек небрежным наброском, большую часть первого плана занимают распускающиеся цветы и розовый фон предстоящей романтики. Молодой мужчина в элегантном ханьфу, трепещущем на ветру, стоит напротив девушки, не отрывая взгляда. Он кажется нежным, спокойным, величественно-одиноким, как сосна на вершине горы. Она — трепетной, мягкой и бесконечно очаровательной. Я эти сцены всегда пролистывала. Да и не тянуло всё это на предназначенную встречу: у этого безымянного господина была спутница,

а меня назвать трепетной и мягкой вряд ли у кого-то язык повернется.

— Госпожа Лу Шиань.

Я прямо почувствовала, как по спине провели мокрой тряпкой. Я была кошкой, которую погладили против шерсти и поставили рядом блюдо с прокисшей сметаной. Самое сложное было сохранять уважительно-отстранённое выражение лица и помнить, что интонация должна быть почтительной, взгляд снизу вверх, а речь — уважительно-возвышенной, даже если хочется озвучить большой Петровский загиб, из которого я знала только то, что он существует. И что существует вроде "мать Петровского".

— Надеюсь, благородная госпожа Лу Шиань уделит этому скромному небольшое количество времени, — поинтересовался молодой человек, поигрывая подвеской из нефрита.

Скромный, как же. Молодой мастер из приличной секты по умолчанию таковым быть не может, а если и может, то не по отношению ко мне. Ладно, попытаемся прикинуться дурочкой.

— Я надеюсь, не обижу молодого господина отказом, но воспитание, которое мне привили, — я с трудом подбирала слова, надеясь не сказать ничего обидного, — не подразумевает общения с людьми, которые мне не представлены.

И ведь не соврала же ничуть, потому что воспитание, которое мне привили, декларировало: не разговаривать с незнакомыми людьми вообще, а если они не понимают простого «нет», то донести отказ максимально доступными способами, не подразумевающими причинения тяжких телесных или летального исхода. Вот только перцовки у меня с собой не было, да и такое поведение по отношению к конкретно этому молодому человеку не подразумевалось.

Во взгляде молодого практика мелькнуло что-то непередаваемое. Кажется, до этого ему ещё никто и никогда не отказывал. Что ж, ничего страшного, я вполне могу быть первой. В конце концов, он не серебряный таэль, чтобы всем нравиться. Главное, чтобы было понятно.

— Молодой господин должен понимать, что девушки должны беречь не только своё тело, но и свою репутацию, — я старалась придерживаться крайней вежливости, но говорить достаточно холодно.

А ещё меня беспокоило чувство взгляда, который буравил меня в спину. И я не могла понять, что же это значит и кто за мной наблюдает.

— Племянница торговца Ли весьма осторожна в речах и поступках, — молодой господин изобразил некоторое подобие поклона. И это настораживало меня ещё больше. Возникало ощущение, что он лис, который пытается танцевать перед курицей. Я не понимала, зачем ему это надо, ведь если он хотел поговорить о чём-то со мной, это можно сделать и в компании его спутников.

— Этот скромный внутренний ученик мастера Хэ из секты Фу Дай по имени Минхуа.

Отлично, с представлением закончили, можем ли мы расходиться?

— Теперь госпожа Лу Шиань удостоит меня беседой?

А нет, не можем. Главное — не закатывать глаза и сарказм запихнуть подальше, потому что он так и лезет, как перебродившее тесто. Понимаю, что от господина Минхуа я просто так не отделаюсь. Кстати, если его послали меня очаровать, ну, вдруг это этакая медовая ловушка наоборот, то они выбрали неподходящий типаж: секретарь властного президента, а именно его напоминал мне молодой человек, никогда не был моим любимым типажом. Властным президентом, разумеется, была их спутница. Ох, любовные романы — зло. Я постаралась выкинуть из головы картинку, где их невысокая спутница прижимает мастера Минхуа к стене, изобразила некоторое подобие радушия и соизволила позволить ему проводить меня до магазина любимого дядюшки. Благо идти было не слишком далеко.