Алгоритм судьбы
Шрифт:
– Бегом отсюда!
Подхватив Чантри, Царёв с Кнуровым помчались прочь от обречённого центра – по стекломассовой дорожке на ВПП, по ВПП…
В очередной раз оглянувшись, Тимофей успел заметить падение бомб-пенетраторов, тяжёлых игл из твёрдого сплава, способных прошить насквозь даже железобетонные бункера.
Бомбы падали отвесно, ускоряя падение реактивными движками. Именно их дымные выхлопы и увидел Тимофей – сероватые вертикали прочертили небо, утыкаясь в земляные крыши секретного комплекса, пробивая покрытия, взламывая фундаменты. Дрожь отозвалась в пятках, а потом на месте
– Держись!
Поднятые тонны грунта упали, и их тут же прорвали столбы бледного огня. Загрохотало.
– За мной! – крикнул Дроздов и побежал к «Бурану», одиноко стоявшему на зелёной ВПП.
– Ты чего?! – завопил Царёв ему вдогон. – Он же не взлетит!
– Взлетит! – ответил Дроздов через плечо.
– Топлива не хватит! – продолжал спорить Царёв, топоча следом.
– Да и хрен с ним! Докуда долетим, дотуда и долетим. Сядем на магистрали!
Женщин пустили вперёд, за ними втащили раненых – Чантри и Хилько, задетого пулей, а последним, пропустив «индиос», на борт челнока поднялся Кнуров. Уже закрывая толстую крышку люка, он углядел в небе нехорошее знамение.
– Дроздов, стартуй! – завопил он. – Бомбовоз возвращается!
Иван, лихорадочно оживляя пульт, выглянул в верхний иллюминатор. Пунктир из белых комочков, прочертив линию, плавно загибал параболу – «Кондорито» заходил на цель.
Дроздов, Жуков и Хилько играли в пять рук, запуская многочисленные системы «Бурана-М». И вот челнок дёрнулся, качнулся, покатился по полосе, разгоняясь. Донёсся плотный гул могучих двигателей.
– Если не долетим до Трансамазонской магистрали, – прокричал командир корабля, держась за рукоятки управления, – отстрелимся! Отлетим подальше, в спасательной капсуле!
Низкое гудение двигателей перебил грохот взрыва. «Буран» подпрыгнул, продолжая гнать. Бомбы падали и падали, «ковровой дорожкой» устилая ВПП, челнок шатало.
– Подъём! – просипел Дроздов.
«Буран» задрал нос, и тут же дрожание корпуса исчезло. «Русский шаттл» взлетел.
– Они улетают! – крикнула Рита, выглядывая в иллюминатор. – На север!
– И чёрт с ними, – процедил Кнуров.
– Чтоб им рухнуть! – пожелал Гоцкало.
До Трансамазонской магистрали «Буран» не дотянул сотни километров. Горючее кончилось, и настала тишина. Мягко проседая в воздух, челнок заскользил вниз, к зелёной пене сельвы.
– Панас! – отрывисто скомандовал Дроздов. – Готовь капсулу!
– Есть! – ответил Хилько.
– Может, на реку сядем? – предложил Жуков и ткнул пальцем вперёд. – Это Альпухара, она мелкая!
– А если перевернёмся? – засомневался Дроздов. – Или развернёт?
– Вот тогда и дадим отстрел.
– Годится! – решил Иван и повёл челнок на посадку. – Держитесь! – крикнул он. – Дернёт вперёд! Если отстрел пойдёт, будет перегрузка!
Многострадальный «Буран» коснулся кормой мутной воды речушки, затрясся, хлопнулся керамитовым брюхом и заскользил, рыская, поднимая волну. Колоннады
– Отмель! – крикнул Востряков, откидывая колпачок с кнопки запуска спасательной капсулы.
Песок и глина тяжко ударили по днищу «Бурана». Зарывая тупой нос в мокрый песок, корабль прогрёб широкую борозду, топя левое крыло в жёлтой воде, и воткнулся в прибрежные заросли.
– Приехали… – выдавил Дроздов и вычурно заматерился.
Тимофей отпер толстую, как в сейфе, дверь челнока и выглянул наружу Вал мокрого илистого песка, выдавленного «Бураном» с отмели, доставал до нижнего края люка. Кнуров потрогал ногой песок – держит вроде – и шагнул. Сощурившись, он огляделся.
Белёсо-синюшные стволы деревьев росли часто и густо, с их ветвей свисали спутанные петли лиан, отягощённые неопрятными бородами коричневого и ярко-зелёного мха, и встречались с «фонтанами» гигантских папоротников.
Обитатели сельвы, вспугнутые падением «Бурана», быстро смелели. Один за другим поднимали крик и свист попугаи, на мелкую воду у отмелого берега повыползали черепахи и кайманы. Небольшое стадо капибар, этаких морских свинок-переростков, выбрались на бережок, покрутились и порскнули в заросли. Шагнул в воду громадный аистябиру с невероятным клювом. Пеликаны и грифы, хлопая крыльями, возвращались, занимая места в партере – шла чёрт-те какая по счёту серия бесконечного сериала «Борьба за жизнь».
– Называется: «Приплыли», – сказал Царёв, шагая за Тимофеем на кучу песка.
– Нормально… – пропыхтел из люка Иван.
Достав мачете из спецкомплекта, Дроздов, Жуков и Подолян принялись вырубать папоротники и кустарник, освобождая место для костра и прочего.
– Ашот, лиану подруби! А то змеюка на голову свалится…
– Щас мы её…
– А чего это комаров нету? И мошка не кусает…
– Ты сильно разочарован?
– Да не, не сильно…
– Это называется частичное терраформирование, они вдоль трассы вывели почти всех насекомых. Всех подряд!
– Ну и фиг с ними…
– Глянь, вроде араукария сухая!
– О! Сейчас, знаешь, сколько такого сухостоя по Амазонке? Нашлись же уроды, вырубили полсельвы! Вода ушла, началась сушь, пожары… Это в сельве-то!
– Бедная природа, что только с ней не делают…
– Бедные мы! Лично я уже есть хочу Тут как, рыбу поймать можно?
– Только так! Мы это дело по технике выживания проходили… Пиау водятся, такие лазоревые, красивые. Пикуды – те серо-зелёные, но тоже ничего. А ещё лучше – жирненькие трирао! Пинтадо сгодятся, они толстенькие…
Индеец Якума послушал голодных космонавтов и сказал вдруг по-русски:
– Пираро всё равно вкуснее. Или туканаре.
– Ого! – вылупил глаза Ашот. – Ты по-нашему шпаришь?!
– Немного говорить! – гордо сказал Якума.
– Здорово!
Жуков выглянул из люка и мрачно сказал:
– Маяк сработал, послал SOS.
– Так это ж хорошо! – донесся голос Риты из пилотской кабины.
– Да хто ж его знает… – прокряхтел Гоцкало, вытягивая Чантри на свежий воздух.
– Дай помогу, – буркнул Кнуров.