Альфа и омега
Шрифт:
– Джули, снимите, пожалуйста, платье... – сказал он, гипнотизируя ее взглядом.
– Нет, – ответила она.
Бэнг перестал что-либо понимать.
– О чем же можно вас просить? – в его голосе зазвучало легкое раздражение.
– Посмотрим.
– Хорошо. Снимите, пожалуйста, туфли.
Джули немедленно подчинилась и осталась босиком. Он с юности любил женские ступни, а Джули была без чулок, и эта деталь начала заводить Николаса. Он почувствовал упрямую волну предвкушения. Ступни у нее были великоваты,
Выиграла она. Николас с плохо скрываемым нетерпением ждал ее приказания.
– Снимите, пожалуйста, рубашку, – твердо произнесла Джули.
– Э...
– Впрочем, вы можете выписать мне чек на десять тысяч фунтов и остаться в рубашке.
Николас нехотя подчинился. Ему было неприятно сидеть с оголенным торсом под обстрелом внимательных взглядов партнерши по карточной игре.
Снова выиграла Джули.
– Снимите, пожалуйста, брюки... – сказала она тихим, но непреклонным голосом.
– Ну... Зачем вам? Я не понимаю вашей игры...
– А вам зачем было просить меня снять платье?
– Поверьте, мой вид разочарует вас с эстетической точки зрения.
– В таком случае, выпишите мне чек...
Мистер Бэнг снял брюки и аккуратно сложил их рядом с собой.
– Как видите, мама хоть чему-то меня научила. – Ему было страшно неудобно сидеть в трусах и носках перед этой пронзительной леди.
Он выиграл.
– Снимите платье, – настойчиво сказал он.
– Мы, кажется, уже обсуждали эту вашу просьбу... И я ответила вам «нет».
– То есть вы отказываетесь раздеваться...
– Попробуйте попросить меня снять другие элементы моего гардероба.
Бэнг не на шутку рассердился и выпалил не раздумывая:
– Снимите трусики!
К его удивлению, Джули немедленно подчинилась его приказу, швырнув белый комок на ковер.
От этой внезапности Николас пришел в такое возбуждение, что его было трудно скрыть, принимая во внимание его весьма неполный гардероб.
Джули без йоты смущения уставилась на эту пикантную деталь, и под ее пронзительным взглядом Николас немного остыл.
Игра продолжилась. На этот раз выиграла она.
– Я не хотела форсировать события, но, Николас, вам тоже придется расстаться с трусами... Думаю, при вашей склонности к мстительности вы меня поймете.
– Пожалуй, Джули, я выпишу вам чек... – пробормотал Николас и медленно стянул трусы. Его голый вид в носках вызвал у Джули приступ хохота. Это был, как говорится, удар ниже пояса. Гордость мистера Бэнга немедленно предала его и сморщилась настолько, что он стыдливо прикрылся руками.
На этот раз выиграл он.
– Так, платье вы отказываетесь снять... А снять лифчик, не снимая платья?
– Я попробую, – Джули напряглась, словно
Это действие хотя бы частично привело Николаса в боевую форму.
Снова выиграла она.
– Лягте на спину на ковер... – повелела Джули. – Нет, поближе к столику...
– А как же я буду играть?
– Я подам вам карты.
Снова выиграла она.
– Позвольте мне привязать ваши руки к столу...
– Ну уж нет...
– Вы этим собираетесь выписывать чек? – Джули указала на расправившуюся под действием обстоятельств отнюдь не письменную принадлежность мистера Бэнга.
– А где вы возьмете веревку? – простонал он.
– Я воспользуюсь лифчиком.
Джули, не давая ему опомниться, ловко связала его руки и привязала к ножке столика.
– Как же я буду играть? – внезапно поинтересовался мистер Бэнг.
– А игра окончена... – сообщила Джули и ловко натянула на него оказавшуюся зажатой у нее в кулачке резинку и, задрав платье, села на окончательно распрямившееся эго мистера Бэнга.
Она так внезапно стала хлестать его ладонями по лицу, шее, груди, что он даже вскрикнул от неожиданности, но когда она принялась быстро двигаться вверх и вниз, он заметался, а потом притих в ожидании неизбежного.
Обычно мистер Бэнг не любил такого рода игры. Он предпочитал возобладать над женщиной, и не позволял так обращаться с собой. Но, видимо, Джули была мастером своего дела: в этот вечер он был возбужден так, как, пожалуй, никогда прежде, причем без всяких пилюль для мужчин среднего возраста...
– Вот тебе, противный мальчишка, за твои издевательства над женщинами, – вдруг закричала Джули и затряслась в фейерверке оргазма. Николас был так удивлен и растерян, что не успел разразиться ответным фейерверком...
Она тут же покинула свой временный трон и направилась к двери.
– А? Джули? Уходишь? Развяжи же меня!
Джули вернулась, натянула трусики и надела туфли.
– До свиданья, мистер Бэнг, – сказала она.
– А как же лифчик?
– Оставьте его себе на память...
Она подошла к распластанному на полу Бэнгу и наступила каблуком на все еще торчащего бойца. Пленник тут же сник.
– И вот еще вам... – она разорвала и швырнула Бэнгу в лицо выписанный им чек за двадцать психотерапевтических встреч.
Затем она взяла с дивана сумочку, раскрыла ее и извлекла на свет сто фунтов.
– А это вам за ваши услуги, – сказала она и шлепком припечатала бумажку Бэнгу на грудь. – Думаю, вас это чему-нибудь научит, мистер миллионер.
Джули, гордо подняв голову, вышла. Мистер Бэнг с видимым усилием высвободил руки, связанные лифчиком и, поспешно поднявшись с пола, одел трусы и брюки.