Александровский cад
Шрифт:
– Складно, – выслушав Лешку, проговорил Барон. – И что же ты хочешь?
Казарин решил, что «рыба на крючке».
– Предлагаю меняться: я вам даю этот камень и плюс – час форы, а вы мне возвращаете девушку…
Барон покачал головой и вдруг ехидно рассмеялся:
– Точно, на трамвае приехал… Ну что ж – царский подарок. Только у меня другое предложение. Я тебя сейчас шлепну – не больно, даже мучаться не будешь. Но при одном условии: если расскажешь, кому еще назвонил про камни… ну и обо всем прочем…
Внутри
– А не скажешь – я тебе устрою такую страшную смерть, какую представить невозможно.
Казарин понял, что надо идти ва-банк.
– Не шлепнешь, – тихо сказал он.
– Почему?! – удивился Барон.
– Потому что там, – Лешка ткнул пальцем в сторону арены и конюшен ипподрома, – есть человечек, который через пять-десять минут, если я не вернусь, расскажет милиции все-все-все. И про то, как сталинский портрет поджигался, и про то, почему тигр на цыган напал.
Барон начал терять спокойствие. Он даже нагнулся вперед, чтобы рассмотреть Лешкины глаза.
– Меняться хочешь? – прошипел он злобно. – Будет тебе обмен. Пошли.
Он щелкнул пальцами, охранники подняли за шиворот Лешку и потащили его в сторону административного корпуса. При этом Казарин почувствовал холодный и острый предмет, приставленный к его спине.
Миновав несколько коридоров, они остановились у двери с табличкой «ДИРЕКТОР». Попадавшиеся изредка навстречу работники ипподрома почтительно кивали Барону:
– Здравствуйте, товарищ директор.
Одна женщина кинула удивленный взгляд на Лешку, которого все так же держали за шиворот.
– Вот, Елена Георгиевна, воришку поймали, – усмехнулся Барон.
В роскошном кабинете у Лешки первым делом вырвали из рук мешочек. Затем Казарина швырнули на пол, и охранник прижал его коленом так, чтобы Лешка не мог подняться. Другой направился к шкафу, отодвинул его и вышел через потайную дверь в стене. Спустя несколько минут он вернулся.
– Смотри! – крикнул Барон.
Телохранитель, который держал Лешку, резко дернул его голову вверх. От увиденного у Лешки все оборвалось внутри. Перед охранником со связанными руками, вся в синяках стояла Таня.
– Таня… – одними губами прошептал Лешка. Барон ухмыльнулся:
– Жалко? Ах, какие у нас растерянные глаза! – Он уже понял, что выиграл эту схватку. – Ну, теперь рассказывай, что и кому говорил и кто там у тебя на стреме сидит.
Барон со всей силы ударил Лешку ногой.
– Говори, гаденыш, а то я ее при тебе на ломти резать начну!!!
Повесив трубку, Лилька бросилась к кафе, но там уже никого не было. Тогда она кинулась к конюшням, надеясь найти Лешку там. Но в денниках было тихо. Чтобы собраться с мыслями и успокоиться, она подошла погладить лошадь.
– Какая ты хорошая…
Фразу Лилька докончить не успела, чья-то тень накрыла ее. Острие ножа вошло в спину, и она, тихо охнув, осела
– Дядя Миша… – только и успела удивленно прошептать девушка.
Конюх нагнулся над ней и дрожащими руками выгреб из кармана алмаз. Затем он быстро зашагал к выходу, но, не доходя несколько метров, замер.
На территорию ипподрома ворвался отряд милиции, во главе которого бежал обезумевший Петр Саввич Ша-пилин с револьвером в руке.
Крики и шум долетели в комнату, где решалась судьба Таньки и Лешки.
– Что там такое? – Барон с удивлением повернулся к двери.
Один из охранников достал пистолет и выглянул в коридор. Заметив человека с пистолетом, милиция начала стрелять. Барон отвернулся к двери только на секунду, но Лешке этого хватило. Одним ударом он выбил у своего мучителя оружие и бросился на пол, прикрывая собой Таню. Барон и второй охранник резко обернулись, охранник даже успел подхватить пистолет, но именно в это мгновение оперативники ворвались в директорский кабинет. Увидев человека с направленным на них оружием, они начали палить из всех стволов. Через секунду Барон упал на ковер, на котором лежал Лешка. Их глаза встретились.
– Повезло… – прошептал Барон и закрыл глаза.
Глава 27
Потом была больница. Каждый день на Танином столике появлялись цветы. А когда она наконец полностью пришла в себя, то первое, что увидела, – счастливое лицо Казарина, сидевшего напротив. Он тут же попытался взять ее за руку, но Таня не дала ему этого сделать и отвернулась.
– Как ты мог? – еле слышно прошептала она.
– Что «мог»? – не понял Лешка.
– То самое. Я тебя видела с ней. Казарин явно не понял, о ком речь.
– С кем?
– С артисточкой!
Лешка вздохнул и улыбнулся.
– Ой, глупая! Да ты же ничего не знаешь!
И он рассказал ей все, что произошло за то время, пока они не виделись: и про цыган, и про алмаз, из-за которого все и началось, и, конечно, про Лилю.
– Жалко ее, хороший она была человечек… Из-за меня она погибла, понимаешь?
Танька ничего не ответила. В ее глазах стояли слезы. Этого Лешка перенести не смог, он отвернулся к окну и сделал вид, что старательно рассматривает деревья, людей в парке и даже скамейки вдоль главной аллеи.
Постепенно его взгляд сфокусировался на человеке в шляпе, который кормил голубей хлебными крошками.
В Лешкиной голове, как вспышка, возникла картина: ипподром… Барон говорит с человеком, который тоже сидит спиной… Человек поворачивается… Это Коган.
– Что ты сказала? – переспросил Лешка, неотрывно глядя в окно.
– Жалко как ее, а я-то, дура…
Но Лешка не дал ей договорить и бросился к двери.
– Ты куда? – только и успела прошептать Таня. Казарин остановился на пороге.