Алекс [СИ]
Шрифт:
Командиры одобрительно загудели, закивали головами. Каждому было что вспомнить, и каждый мог привести подобные примеры. Ясмин замахал руками, устанавливая тишину, и постарался всех успокоить:
— Тише-тише, господа. Уверяю вас, что я сделаю все возможное для наибыстрейшего и наиполнейшего выполнения ваших заявок. К сожалению, я и сам сталкивался с подобным и потому прекрасно вас понимаю. Этот позорный факт действительно имеет место в наших частях обеспечения, но…! Наша операция взята под контроль самим верховным главнокомандующим и потому никто из тыловых крыс не рискнет препятствовать нам даже в малом. Матобеспечение у
— Это хорошо-о, — снова протянул Тит и рухнул на стул. Он сложил руки на груди, склонил голову и… заснул. Разрешив свои проблемы, его более ничего не волновало. Но на всякий случай рядом сидел его помощник — славный мальчик атлетического телосложения и фиксировал все разговоры на диктофон.
В помещении стало заметно душно. По какой-то причине отключили вытяжную вентиляцию и это быстро дало о себе знать. Гроссадмирал в который раз утер лоб платком и без зазрения совести отжал его прямо на пол. Кто-то из офицеров последовал его примеру.
— Господа, прошу вас, задавайте вопросы, — в который раз попросил он. — Лучше выявить наши проблемы сейчас, нежели столкнуться с ними потом, когда будет поздно. Может у кого есть какие ни будь предложения? Просьба высказываться….
Люди высказались. У кого-то на борту оказались военнопленные и их понадобилось срочно куда-нибудь спихнуть. Это было проблемой, так как планет с оборудованными лагерями поблизости не наблюдалось. После краткого обсуждения командир фрегата «Скотт» предложил просто выкинуть комиксов в открытый космос. Предложение поставили на голосование и за большинством голосов отклонили. Спустя какое-то время нашлось более разумное решение. После прихода транспортов груженых боеприпасами и продовольствием и его разгрузки, военнопленные загонялись в опустевшие отапливаемые трюмы и отправлялись в цивилизованные концлагеря. Выходом остались довольны все, кроме командира «Скотта». Он демонстративно обиделся на всех и заскрипел зубами. Этот офицер был знаком всем космическим флотам из-за своего неуживчивого, грубого и скандального характера. Любое начальство над собой он терпеть не мог и потому всячески старался осложнить им жизнь. И делал всегда это филигранно, так что все оставалось в рамках законности.
— Я не доволен этим бессмысленным с экономической точки зрения решением, — заявил он вдруг во весь голос. — Это что же получается, мы их будем кормить, поить, одевать, перевозить туда-сюда только затем чтобы их всех потом отпустить? Так что ли? Через пару месяцев работ они все дадут свою долбанную «клятву мира». Не проще ли нам открыть шлюзы и дело с концом?!
Он вперил свой огненный взгляд в переносицу гроссадмирала, надеясь его морально подавить. Ясмин играючи выдержал его напор и спокойно ответил:
— Нет, капитан Кадио, совсем не проще. Нельзя рассматривать эту проблему только с экономической точки зрения. Необходимо еще учитывать и политическую обстановку и вездесущность средств массовой информации. Совести, наконец! Большинству собравшихся здесь офицеров ваша затея не по душе, так что не надо…. Сядьте, пожалуйста.
Командир «Скотта» вспыхнул, хотел возмутиться, но рядом сидящие коллеги вовремя схватили его за полы кителя и заставили сесть. Потом еще шепнули по-дружески кое-что, и бунтарь Кадио вмиг присмирел, но перед этим вполголоса буркнул:
— Ну и что, что полномочия? Я имею право иметь собственное мнение…. И я прав!
Ясмин
Странно, но за все время, что офицеры провели в столовой «Чили», не прозвучала самого главного вопроса. А Ясмин его ждал. Никто почему-то не спросил про план захвата Гауссмитта, хотя каждый об этом думал. Все боялись, боялись, что план операции окажется невыполнимым и история снова, как и прежде, будет писаться руками команиксов. А гроссадмиралу не терпелось выложить его на стол — хотелось гордиться столь удачной разработкой.
Он окинул помещение зорким взглядом, выискивая подходящую кандидатуру под вопрос, и зацепился за посапывающего адмирала Тита. Он подходил как нельзя лучше — адмирал, в силу своего характера, терпеть не мог недомолвок и неопределенности. Его помощник — славный мальчик двухметрового роста перехватил заинтересованный взгляд гроссадмирала и незаметно лягнул своего босса. Тит негромко всхрапнул, смешно дернул головой, и проснулся.
Ясмин дал ему возможность придти в себя, оценить обстановку и наскоро просмотреть метки диктофона. И когда он озадаченно почесал у себя в штанах, гроссадмирал спросил:
— Адмирал Тит, что-то не так?
Тит медленно поднялся и хмыкнул.
— Да я это…, вообще не понимаю о чем тут речь! «Хочу — не хочу», «буду — не буду»…, тьфу! Меня сейчас интересует только одно, где генеральный план наступления?! Черт побери, где он?! И есть ли он вообще?
Гомон враз стих. Сотня вспотевших лбов молчаливо уставилась на командира «Чили». Гроссадмирал засиял белозубой улыбкой и через несколько мгновений выпалил:
— План наступления есть! Он разработан центральным штабом при участии опытнейших ветеранов младшего и среднего офицерского звена, и утвержден лично верховным главнокомандующим. План гениален и прост одновременно, и называется он — «Точка переворота»!
Через несколько секунд гробовой тишины офицеры дружно выдохнули. А капитан «Скотта» улучил момент высказаться:
— Ненавижу все гениальное. От гениев одни проблемы…. И название у операции дурацкое.
На него шикнули.
Ясмин зыркнул на него и, между прочим, заметил:
— Название операции дал сам президент Охо Рабзол.
Кадио щелчком захлопнул рот и гроссадмирал продолжил:
— Я успел подробно ознакомиться с планом захвата Гауссмитта. Могу сказать, что это действительно грандиозная операция. Никогда прежде мы не проводили ничего подобного. В операции, так или иначе, будет участвовать почти треть всех боевых кораблей федерации, все военные аналитики будут отслеживать, и корректировать ход оккупации, одних только штурмовых солдат будет выброшено на поверхность планеты более пяти миллионов единиц. Сотни тысяч единиц бронетехники будут утюжить укрепления врага! Эта операция действительно станет точкой переворота!