Алекс [СИ]

Максим Казакевич Валерьевич

Алекс уверенным движением вырвал кабель из своего гнезда. Аварийная лампочка моргнула последний раз и погасла. Потом он нашел кабель питания бортового компьютера, также вырвал его и на его место вставил вилку аварийного питания, благо гнезда специально были сделаны одинаково.

Бортовой компьютер ожил. Он сам определил, что питание осуществляется аварийным способом, и для экономии энергии не стал запускать никакого оборудования, а просто предложил пилоту сделать все самому.

Алекс прогнал необходимые тесты и приказал остановить дрейф. Компьютер задумался на мгновение и зачем-то выдал на экран произведенные расчеты.

Затем перевел компактное сопло двигателя в нужном направлении и запустил его. Торможение Алекс почувствовал не сразу. Лишь спустя минуту он заметил, что его дрейф замедлился и только через семь минут кокпит остановился вовсе. Добившись этого, Алекс внаглую обесточил компьютер и вставил аварийный кабель в свое родное гнездо. И маяк, вновь получив питание, заверещал в космос.

Ждал Алекс помощи долго. Бой уже давно закончился, и почти все истребители вернулись на места. Среди обломков летало лишь несколько штук и что-то выискивали. Потом появилось несколько спасательных барков, и они деловито занялись спасением катапультировавшихся пилотов. Свои поиски они начали непосредственно на месте сражения, постепенно увеличивая радиус работ. Алексу оставалось лишь немного подождать.

Где-то через полчаса один такой барк подплыл к Алексу. Приблизившись на минимальное расстояние, его пилот показал Алексу большой палец — мол, все, парень, сейчас тебя подберут. В ответ ему Алекс сложил колечко из большого и указательного пальцев — «О`кей, понял!». Теперь маяк стал не нужен, и Алекс перевел все питание на бортовой компьютер и включил рацию.

А барк уже пристраивался к кокпиту разрушенного истребителя кормой, намереваясь плотно взять его клещами. Ему оставалось совсем немного, когда откуда ни возьмись мимо промчалась пара «Мотыг» в ярко-синей раскраске. Она пролетели немного вперед, а затем вернулись, сбросив скорость до минимума. Подлетели к кокпиту и остановились.

— Яна, слышь, это он! — услышал Алекс в эфире знакомый вопль.

— Точно? Ты его видишь?

— Да! Это он, но по-моему он… ранен?! — воскликнула Аня, когда смогла разглядеть под шлемом Алекса кровь. — Боже, он действительно ранен…! Алекс, Алекс, ты жив? Ответь!

Не получив по рации ответа, она прильнула шлемом к стеклу кабины и стала напряженно всматриваться. Алекс улыбнулся и приветственно махнул ей рукой. Аня облегченно вздохнула.

— Он жив, Яна….

До этого момента Алекс не мог вступить в диалог сестер, рация была настроена только на прием. Но он немного постарался и смог ответить близняшкам:

— Аня, Яна, привет. Рад вас видеть.

— Привет, Алекс, — воскликнула Яна. — Мы пришли тебя спасать.

— Так меня вроде уже спасают, — сказал он и кивнул на спасательный барк. Тот уже ухватил клещами кокпит истребителя за специальные выступы, и намеревался дать газу.

Как-то упустившие из виду это событие девчонки заволновались и перегородили своими «мотыгами» ему путь.

— Далеко собрался? — ехидно поинтересовалась Аня у пилота барка.

— На «Могучий», туда, где он приписан, — флегматично ответил пилот.

— Ни фига не пойдет! Буксируй его на «Пингвин».

— С чего это? Я не имею права тащить его куда-нибудь кроме его места приписки. Вот если бы «Могучего» завалили, то тогда другое дело — отбуксировал бы, куда попросили. А та-ак…. Уйдите с дороги, девчушки, а то задавлю.

Аня слегка стушевалась. Крыть было нечем, пилот

прав. Но и отпускать Алекса, которого они не видели очень давно, не хотелось. Первой сообразила Яна:

— Послушай, а может мы сумеем договориться? — вкрадчивым шепотом поинтересовалась она.

— Например? — прикинулся пилот слабоумным.

— Полсотни, например, устроит?

— Гм, полсотни…? Ну не знаю, не знаю…. За полсотни я могу только от него отцепиться, а ведь вам надо его доставить на «Пингвин», так ведь? Тогда добавьте еще полсотни….

— Это же просто грабеж! — возмутилась Аня и скорчила пилоту барка ненавидящую мину.

— Согласен, грабеж. Но у меня, видите ли, монополия. Что хочу, то и ворочу. Сказал сотня, значит сотня!

— У-у, мусорщик проклятый. Ладно, получишь ты свою сотню, когда притащишь его на наш авианосец.

— О`кей, девчушки, договорились. Встретимся на борту.

Определившись, пилот барка развернул свою мусорную посудину в сторону «Пингвина» и неторопливо поковылял. Приблизившись к огромному кораблю, он послал на него запрос и через минуту получил указание заходить в бокс под номером сто пять. Что пилот и сделал. На минимальной скорости он подплыл к раскрытому зеву бокса и филигранно сдал кормой, втолкнув кокпит Алекса внутрь. Отцепил клещи и быстро убрался восвояси. Вслед ему беззвучно затворились шлюзовые ворота. Автоматически включились нагнетатели воздуха, и соленоиды бокса заработали на одну десятую своих мощностей. От возникшей силы тяжести кокпит плавно осел на металлический рифленый пол и тотчас завалился набок.

— Черт! — воскликнул Алекс, когда понял, что самостоятельно выбраться он не сможет.

Через какое-то время давление воздуха в боксе достигло нужного уровня, и в помещение ввалилась пара не совсем трезвых механиков.

— Свенсон, мать твою, мы думали ты погиб! — заорал один из них с порога и подбежал к кокпиту. Теранул рукавом заиндевевший фонарь и, разглядев пилота, отшатнулся в ужасе.

— Это не Свенсон, — проблеял он своему напарнику.

— А кто?

— Тип какой-то…, весь в крови, — присмотрелся первый техник. — Да он вообще не наш! У него летный комбинезон серый!

— Комикс?! — ахнул его напарник.

— Да нет, непохоже. Человек!

— Наемник, сук-ка! — без раздумий определил второй техник. — Предатель! Вытаскивай его гада — щас я ему морду до синего блеска начищу, — выкрикнул он и мстительно ударил кулаком в ладонь.

Первый техник кивнул и, подбоченясь, поставил кокпит в правильное положение. Потом щелкнул замком и выдрал прозрачный фонарь чуть ли не с корнем.

— А ну, сволочь, вылезай, — зарычал он и дернул Алекса за грудки. Алекс не вылетел из кресла только благодаря державшим ремням.

— Да я свой, мужики, — заорал Алекс, когда кулак размером с капустный кочан мощно опустился на макушку шлема.

— Свой?! — взревели техники и, перегнувшись через борт, замолотили по телу бедного пилота. При этом почти в унисон оба выкрикивали, — это тебе за Свенсона, сука. За Свенсона, за Свенсона…!

Неизвестно чем бы все это закончилось, если бы рука Алекса случайно не ткнулась в рукоять компактного автомата, притороченного к низу кресла. Почти машинально он дернул его из ниши, снял с предохранителя и, подняв стволом вверх, надавил на спусковой крючок. Длинная очередь ударила в потолок, и пули рикошетом запрыгали по небольшому боксу.