Аккорд
Шрифт:
Сильный ветер с дождем практически сносит меня с него, пока я лечу в клинику. Скорость, которую развивает мой «Кавасаки», приблизительно равна скорости света, но я не виноват, что никто до сих пор не додумался изобрести телепорт. Бросаю мотоцикл у входа, даже не задумавшись о том, что его могут эвакуировать или угнать. Плевать. На все плевать.
Вбегаю в холл клиники и, получив конверт, трясущимися руками разрываю его. Когда вижу то, что внутри, сердце начинает грохотать в груди похлеще грозы, сотрясающей небо. До боли сжимаю кулаки, и на ватных ногах возвращаюсь к
На улице потоп, льет как из ведра. Сквозь шум проливного дождя слышны приглушенные раскаты грома, хотя, вероятно, они едва слышны из-за того гула, который звоном стоит в голове. Кажется, что в городе вот-вот объявят штормовое предупреждение, и впервые за последние месяцы мне не хочется сдохнуть во время шторма. Ведь теперь мне есть ради кого жить.
Доезжаю до жилого комплекса Джессики буквально за несколько минут. Тут же направляюсь к лестницам и поднимаюсь на седьмой этаж. Мокрые капли стекают с джинсовой куртки, пока я изо всех сил барабаню по двери Джессики.
Наконец она открывает дверь, и я с трудом проглатываю ком в груди, встретившись с ней взглядом.
Ее длинные волосы распущены и спадают по плечам, слегка прикрывая декольте шелковой майки лазурного цвета, идеально сочетающейся с ее глазами. Она смотрит на меня, и я вижу, как в них появляются слезы.
Дьявол, как мне хочется притянуть ее к себе.
Какая она красивая. И моя…
Была моей.
Сердце пропускает удар, когда я понимаю, что не смогу быть с ней, как бы мне этого ни хотелось.
Джессика бросается мне навстречу, пытаясь обнять, но я не позволяю ей этого сделать. Во-первых, я весь мокрый и я не хочу, чтобы она промокла и заболела после объятий со мной. А во-вторых, мать вашу, если она прикоснется ко мне, я тут же все ей прощу. Потому что люблю. Я безумно ее люблю.
Но порой… порой даже сильнейшей любви бывает недостаточно.
– Лизи дома? – хриплю я, не желая ругаться при гномике.
Она отрицательно мотает головой, и по ее щеке стекает слеза.
Я захожу в квартиру, чтобы не устраивать концерт для соседей, и, закрыв дверь, прижимаюсь к ней спиной.
– Как звали того парня, от которого ты залетела, Джес?
– Я…
– Имя! – рычу я, и Джессика вздрагивает.
– Тревор… – едва слышно шепчет она, и я зажмуриваю глаза от осознания того, что только что стал героем какого-то гребаного турецкого сериала.
Глава 33
Connor Kauffman – Bleed
Джессика
Семь лет назад
Я никогда не была так подавлена, как сейчас.
Мне будто только что вставили нож в сердце, и оно вот-вот перестанет биться. По моим щекам струятся слезы, пока я сижу на зеленой лужайке у общежития Гарвардского университета, где сейчас проходит вечеринка. Через пару недель я окончу школу и тоже стану студенткой Гарварда, где буду учиться вместе со своим парнем, Риком.
Таков был план до этого самого момента… пока я не узнала, что он гнусный лжец.
Мы с Риком вместе уже три года. Были вместе.
И
Мы не виделись уже две недели, и я решила устроить ему сюрприз. Отец дал мне свою машину, и я провела в пути почти семь часов, чтобы добраться сюда из Квебека. Наверное, мне следовало позвонить Рику и предупредить, вдруг его бы не оказалось дома… Но он оказался. И не один.
Давайте по порядку.
Припарковавшись у здания общежития, захожу внутрь. Просторный холл переполнен многочисленными студентами. Прямо передо мной оказывается футбольная команда университета. Парни присвистывают мне вслед, пока я направляюсь к лестнице. Мама Рика сказала, что он живет в комнате 24А, которая находится на третьем этаже. Так что по скрипучим ступенькам я добираюсь до нужного этажа и по длинному коридору следую к двадцать четвертой комнате.
Оказавшись перед дверью, я шумно выдыхаю и тихонько стучу.
– Я занят!
Стучу снова.
– Люк, иди в задницу, мне не до тебя.
Стучу еще сильнее, и дверь открывается.
– Я же сказал, что занят, братан!
Натягиваю улыбку и практически визжу: «Сюрприз!» – но тут же замолкаю, увидев Рика голым с подушкой в руках. Он тут же пытается закрыть перед моим носом дверь, но я не даю ему этого сделать и толкаю его массивное тело назад в комнату, заходя внутрь. На его кровати – две обнаженные девицы, их чирлидерские шмотки валяются кучками на полу. И не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, чем Рик тут занимался.
– Джес?! – вскидывает брови ублюдок. – Что ты здесь делаешь?
Мне хочется кричать. Выть от боли. Ударить его.
Внутри… пустота. Обида. Разочарование.
Я просто молча разворачиваюсь и выхожу в коридор. Быстрым шагом дохожу до лестницы и со слезами на глазах выбегаю на улицу. А он даже не идет следом за мной.
Я должна радоваться, наверное. Но только что три года моей жизни выкинули в мусорку. Как и мою наивность. И мою гордость.
Теперь вы знаете, по какой причине я сижу здесь, на лужайке. На часах шесть вечера, сейчас не самое лучшее время для возвращения в Канаду. Отец сойдет с ума, если я сяду за руль ночью. В Кембридже я впервые, как и в Америке. Что делать дальше?
– Хэй, детка, твои соблазнительные губы выглядят такими одинокими. Хочешь, составлю им компанию?
Поворачиваю голову на хриплый мужской голос и вижу перед собой ослепительно красивого парня. На нем простая черная футболка и темные спортивные шорты. Большие зеленые глаза пристально смотрят на меня, пухлые губы изогнулись в ухмылке, а взъерошенные шоколадные волосы делают его невероятно сексуальным.
Увидев, что я плачу, он сводит брови к переносице и садится рядом со мной.
– Плачешь, потому что за сегодня еще ни разу не разбила никому сердце? Что ж, ты своими слезами разбиваешь мое.