Академия двулапых
Шрифт:
Крисьен сердито фыркнула.
— Всегда была несносной. Зря Джулиан тебя признал. Спеси бы точно было б меньше.
— Его выбор тебя не касается, — ответила ректор ледяным тоном. — Лучше скажи, какого рожна ты тут забыла. И не надо рассказывать сказочки, что оказалась проездом. У тебя нет никаких дел в среднем мире. В любом из трех.
— Я, действительно, хотела поздравить Кевина с Днем рождения. Он — хороший парень. Ты такого не заслуживаешь. А еще я не прочь с тобой поговорить. Обсудить дела-заботы. Не в Академию же наведываться.
— И о чем пойдет речь? — в голосе ректора явственно послышалась тревога.
— Поводов два. Слышала, в Академию вернулся Стефан Бертран. С женой из магов.
— Что с того? — голос леди Клейторн стал еще холоднее. Хотя, казалось, куда уж больше?
— Недавно я виделась с его матерью. С Морганой. Встреча прошла весьма прохладно. Между стаями не всё гладко.
— Как обычно, — усмехнулась ректор. — Ты никогда не умела с ними договариваться. А свободолюбивые оборотни не шибко любят приказы. Даже от себе подобных. И пусть в тех, кто раздает приказы, сто раз течет королевская кровь.
Крисьен на шпильку никак не отреагировала.
— Ее муж умер, — проговорила тихо.
— Чей муж?
— Морганы. Отчим Стефана. Тот самый, который чуть не убил его в младенчестве.
— И что с того?
— Моргана теперь — глава стаи. Мне сообщили, она встречалась со Стефаном перед его приездом в Академию. Уверена, эти двое сговорились.
— Вряд ли. Они никогда не питали друг к другу теплых чувств, что неудивительно. Моргана не вмешалась, когда муж-оборотень пытался прикончить сына. Выбрала мужа.
— Общие цели иногда объединяют и врагов, Камилла.
— Не этих.
— Я бы не была столь категорична. Моргана мечтает сделать стаю главенствующей. Ведет игру против меня. Стефан, говорят, не прочь получить твое кресло, а в Академии происходят нападения на педагогов. Начались они после возвращения Стефана. Ходят слухи, что тебя подозревают.
— Слухи распространяет сам Стефан и его истеричная жена. А еще идиот Блейн. Это сыщик, которого прислали для расследования. Он — лентяй. И идет по пути наименьшего сопротивления.
— Блейн… — протянула Крисьен. — Знакомая фамилия. Знала я одну даму. Звали ее Клаудия Блейн. Уж не сынок ли это?
— Я не интересовалась родословной сыщика, — огрызнулась леди Клейторн.
— А зря.
— Ты, кажется, хотела обсудить две темы. Может, перейдешь ко второй?
— Хорошо, — согласилась Крисьен. — Речь о Лионель. Её стая тоже ведет опасную игру. Мне известно из достоверного источника, что они достали свитки древней стаи. Как, не знаю. Наша ветвь тщетно искала их веками.
— Источник точно достоверный?
— Более чем. И доступ к свиткам объясняет, как Лионель годами прятала двуликого сына. Она теперь владеет особыми знаниями.
— Есть и другие варианты.
— И все они не выдерживают критики.
— Зачем ты завела этот разговор?
— Сын Лионель в Академии. Он может стать отличным средством давления.
—
— Но если у Лионель свитки…
— Мне плевать! Это проблемы оборотней. И высших магов. Не втягивайте в это нас.
— Ты не видишь дальше своего носа, Камилла. Двуликих всё это очень даже… — Крисьен вдруг замолчала на полуслове, затем раздался звук, будто она принюхивается, а дальше последовала отборная ругань. А еще приказ: — Вылезай из-за дивана, несносная девчонка!
Ричард рядом со мной испуганно заскулил, а я от неожиданности не сразу сообразила, что обращаются ко мне. А едва дошло, вскочила в ужасе, но качнулась и вцепилась в спинку дивана. От высоты снова закружилась голова.
— Подслушиваешь, значит, — процедила Крисьен, тоже поднявшаяся на ноги.
— Вообще-то я первая сюда пришла…
Сама не знаю, как хватило смелости открыть рот. Особенно после всего, что услышала.
— Она права, между прочим, — усмехнулась леди Клейторн.
— Но ты пряталась! — не унималась Крисьен.
— Я хотела побыть одна!
— Надо было сразу обозначит свое присутствие!
— Ага! После того, как вы говорили обо мне!
Красивое лицо женщины-оборотня перекосилось, пальцы с длинными ногтями скрючились, будто она представляла, как раздирает меня на части.
— Оставь девочку в покое, Крисьен, — вмешалась леди Клейторн. — Ты сама виновата. Не почуяла ее вместе с ликом своим хваленным нюхом. Что очень странно, кстати.
— Она не такая, как другие двулапые, — прорычала та.
— Двулапые? — переспросила ректор осуждающе.
— Именно так.
Глаза Крисьен горели адским пламенем, и я решила, что сейчас случится нечто очень страшное. Со мной. Однако она успокоилась так же внезапно, как и разъярилась.
— Позаботься, чтобы девчонка держала язык за зубами, — бросила презрительно и покинула балкон, покачивая бедрами.
Леди Клейторн закатила глаза.
— Ты не можешь не влипать в истории, да? — спросила меня.
— Я чувствовала себя неуютно среди гостей и хотела побыть одна. Дверь захлопнулась, а высота нервировала. Вот я и села… за диваном.
— Очень вовремя села, — проворчала ректор. — Ладно, к чертям всё. Полагаю, ты и сама понимаешь, что болтать об услышанном не следует.
Я кивнула.
На этом всё закончилось. Мы вернулись в гостиную к остальным, где Крисьен прощалась с именинником, ссылаясь на усталость и важные утренние дела. Она сделала всё, что хотела. Поговорила с леди Клейторн, правда, своего не добилась. Признаться, меня порадовало нежелание ректора использовать Кирана в качестве разменной монеты. Но кто знает, вдруг она однажды передумает. Крисьен привыкла добиваться своего, а положение среди оборотней без сомнений занимает очень высокое.