Академик

Земляной Андрей Борисович

Человек поднял голову и слегка подслеповато уставился в экран.

— Оорон! Вот старый алорхо, где тебя носило? А что это за разряженный клоун рядом с тобой? Я его знаю? — С этими словами человек откуда-то сбоку достал очки и, надев их, вновь внимательно прошелся по мне взглядом, споткнувшись о жезл.

— О расом дерано. — Он отбросил кресло, упал на колени и низко опустил голову. — Прошу простить меня, пресветлый Небожитель, из-за слепоты я почти ничего не вижу и принял вас за одного из племянников этого… — Он ткнул пальцем в Оорона. —

Недостойного сына своей матери.

— Дерано о кассо, старый керенгаро, — прошипел в ответ Оорон. — Властитель Рей в неизъяснимой милости своей желает…

— Подожди. — Я легонько коснулся рукава Оорона, останавливая поток красноречия. — Как зовут твоего друга?

— Тайово, — хмуро буркнул под нос Оорон.

— Уважаемый Тайово. Встаньте, пожалуйста. Я пока не очень хорошо знаю ваш язык и обычаи, поэтому прошу простить мне, если я своими словами или действиями как-то задену вас. Дело в том, что я недавно на вашей планете и хочу получше узнать людей, что здесь живут. Поэтому я попросил Оорона порекомендовать мне какой-нибудь праздник. Потому что лучше, чем праздники, людей характеризует только горе.

По мере моей короткой речи глаза Тайово постепенно расширялись, пока не стали размером с две райванские монеты.

— И что? — спросил он удивленно. — Он настоящий Властитель?

— Более чем, — язвительно ответил Оорон. — Практически на моих глазах порвал в клочья штурмовую команду Алых Всадников и получил жезл Властителя из рук Повелителя штормов.

Тайово медленно встал с колен и перевел на меня взгляд.

— Неужели я дожил до дня, когда Небожителем стал приличный человек?

— Постараюсь вас не разочаровать, почтенный Тайово. — Я склонил голову в коротком поклоне.

— Ты видел! — Тайово дернулся, опрокинув стул, и, в возбуждении, заметался по кабинету. — Властитель неба поклонился презренному червю? Или мне это показалось? — Внезапно он остановился. — Когда вы сможете приехать?

— Я готов. Хоть сейчас.

Веретено возникло туманной дымкой одновременно и в двух шагах от меня, и на экране, посреди кабинета. Я шагнул сквозь него и оказался в небольшом, метров пять на пять офисе, заставленном стеллажами для документов и единственным столом, на котором находился экран и серый блок, из которого торчали разнокалиберные провода. Вероятно, что-то вроде компьютера.

— И снова вы меня удивили. — Тайово потер переносицу под очками. — Вот так раз и все. И никаких украшенных бриллиантами бипланов и окружающей свиты.

Я улыбнулся.

— Я, может, и клоун, но не настолько.

— Да. Похоже, сегодня клоун я. — Он устало снял очки и помассировал глаза. — Чего конкретно вы хотите?

— Слушайте, да не напрягайтесь вы так! Ну погуляю по городу, ну выпью местного вина, может, познакомлюсь с девчонками. Никаких бесчинств творить не намерен. Даже если встречу хулиганов, постараюсь обойтись без членовредительства. В конце концов, я же в гостях, так что нарушать чужие законы не намерен. Могу даже не светить жезлом.

После

того как на его глазах жезл превратился в шпагу, он сразу как-то обмяк.

— Прошу простить меня. Как-то все сразу навалилось… — Он подошел к одному из стеллажей и вынул толстенную папку неприметного серого цвета.

К моему удивлению, в папке были не документы, а коробка, в которой аккуратно помещались бутылка и два металлических стаканчика.

Старик присел на стол, а мне кивнул на единственный в помещении стул. Затем твердой рукой наполнил оба стакана и двинул один в мою сторону. Я по привычке коснулся краешком стакана его посуды и опрокинул жидкость в рот.

На вкус сивуха сивухой. И только через пару секунд мягким и теплым травяным облаком вернулось послевкусие.

— Хорошо.

— Ну. — Тайово довольно кивнул. — Дедов еще рецепт. Скажите, — он слегка замялся, — вы коснулись моего стакана, это какой-то обычай?

Я рассмеялся.

— Да. В старину на больших сборищах люди демонстративно давали плеснуть из чужого кубка в свой, показывая, что вино не отравлено. Вино давно уже никто не портит, а обычай остался. Своего рода дружеский жест.

Он снова потер глаза и кивнул, видимо, каким-то своим мыслям.

— Скажите, вас что-то беспокоит? — Я отставил стакан в сторону. — Вы явно хотите что-то сказать, но все время себя останавливаете. Вы вроде не похожи на боязливого человека. В чем дело?

— Моя дочь больна.

— Так пойдемте, вылечим ее. Я правда доктор не очень… Но хуже не сделаю… Наверное… В чем проблема?

— Проблема в том, что это не простая болезнь. Несколько врачей, пытавшихся вылечить мою девочку, заболели сами. Я полагаю, что это Лорд Гонт, которому она отказала. Мало того что отказала. Еще и высмеяла его прилюдно. Если вы возьметесь за лечение, то наживете себе крупного врага. Но вы должны меня понять. Поздний ребенок…

— Вообще-то мои враги долго не живут. Так что я готов рискнуть.

— Пойдем. — Он соскочил со стола, на котором сидел, и шагнул к выходу.

Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Город действительно праздновал. Всюду слышался веселый смех, взлетали фейерверки и гуляли ярко наряженные люди. Мы прошли буквально квартал и вошли в подъезд небольшого дома. Старик лишь кивнул на приветствие выскочившего из-под лестницы консьержа и бодро взбежал на третий этаж.

Аккуратно, словно боясь кого-то побеспокоить, вдавил ключ в замочную скважину и осторожно провернул. Затем слегка приоткрыл дверь и оглянулся в мою сторону.

— Тихо входим.

Я согласно кивнул и бесшумной тенью скользнул вслед.

Старик вошел в комнату и остановился. Я осторожно подошел ближе. Тайово чем-то зашуршал за моей спиной, и комнату озарил красноватый свет свечи.

Я присел у изголовья и аккуратно отодвинул в сторону краешек одеяла. На красивом, обескровленном тяжелой болезнью лице девушки словно застыла легкая полуулыбка.