Академик
Шрифт:
Я в общем ожидал увидеть эдакого комми — с чемоданчиком, полным вещей пониженной полезности. Но вместо этого по трапу сошла целая процессия. Молодые парни и девчонки в ошейниках, под охраной шестерых вооруженных охранников. Возглавлял эту толпу некий невзрачный человечек, замотанный в разноцветную хламиду.
Вадим, хрустнув кулаками, уже приподнялся в кресле, когда я тихо, но внятно произнес:
— Сидеть!
Торговец рабами степенно поклонился и, поведя жезлом в сторону рабов, начал рекламировать свой товар.
—
— Лархор, — подсказал Оорон.
— Лархор. — Я кивнул. — Заткнись и молчи, пока я тебе не разрешил говорить.
Видимо, было в моем голосе что-то такое, отчего работорговец замолчал на полуслове и неуверенно оглянулся на охранников.
— Кто меня понимает, сделайте шаг вперед, — произнес я по-русски. Затем повторил эту фразу еще на шести языках Земли. К моему немалому удивлению, только три девушки сделали шаг вперед.
— Лархор. — Я медленно повернулся в сторону торговца. — Эти люди все с одной планеты?
— Нет, лорд. — Он еще раз поклонился, видимо решив, что поклонами дело не испортишь. — Только пятеро.
Он жезлом ткнул в сторону толпы и дал команду охране подвести их ближе. Все пятеро девушки. Одна явно русачка, две смуглокожие, похожие на полинезиек, смуглокожая красотка, видимо испанка, и узкоглазая миниатюрная, словно статуэтка, барышня, похожая на уроженку континентального Китая, — все со страхом в глазах молча ждали решения своей судьбы.
— Сколько они стоят?
— Полторы тысячи рат каждая, — произнес не разгибаясь торговец.
Несмотря на угрожающую мимику Оорона, я властным голосом скомандовал:
— Заплати. — И покинул площадку.
После визита торговца людьми никакого настроения заниматься нарядами не было. Наконец я пересилил себя и после недолгого перебора вариантов изготовил два расшитых золотом камзола. Жемчужно-серый для себя и белоснежный с небесно-голубыми отворотами для Вадима. Еще я изготовил шпаги, сапоги и прочие аксессуары. Неожиданно для самого себя вдруг разошелся и после короткого размышления занялся новым плетением. Так как ничего подобного я раньше не делал, пришлось работать в три потока одновременно. Миниатюрное объемное изображение, подбор материалов и собственно изделие.
Когда из ничего в небе появился остов антиграв-генератора, обрастающий на глазах управляющими блоками, Вадим лишь удивленно приподнял бровь.
Потом возникли еще три генератора, чтобы обеспечить стабильность в двух плоскостях, а затем все это начало обрастать деревянным набором, постепенно скрываясь под клинкерной обшивкой. Два ряда орудийных портов, вязь бегучего такелажа вокруг парусов-накопителей и бушприт, украшенный фигуркой крылатой девы.
В общем где-то через час, на посадочной платформе красовалась достаточно точная стилизация под каравеллу, только предназначенная для воздушного океана. Паруса из тонкой, сверкающей на солнце сетки улавливали, конечно, совсем немного энергии, но для поддержания
Основной накопитель, системы защиты и оружие, стилизованное под бронзовые пушки, система управления и многое другое отняли еще добрых два часа. Под конец я взгромоздил рынду и украсил флагшток флагом российских ВВС, а на бортах разместил двух огромных позолоченных двуглавых орлов.
— А это еще зачем? — Вадим кивнул на флаг.
— Летучий корабль?
— Дык ведь он все же корабль?
— Хочешь Андреевский крест? — Я усмехнулся.
Он на мгновение задумался и махнул рукой.
— Оставь. Так даже забавнее.
За делами подоспел очередной обед. Я решил совместить приятное и полезное, уладив все вопросы с моими новыми покупками. Несмотря на то что стульев хватало на всех, девушки вовсе не спешили присесть.
Я посмотрел на русоволосую девушку, в тонком платье, неожиданно она прямо встретила мой взгляд и резким движением вскинула голову.
— Как тебя зовут? — спросил я по-русски.
— Лена.
Голос у нее, несмотря на хрупкую фигуру, был насыщенным и теплым.
— Елена, тебя никто не собирается обижать или унижать. Садись и раздели с нами нашу еду.
— Кто понимает ииствари? — Остальные неуверенно кивнули.
Я слегка повысил голос, чтобы всем было хорошо слышно.
— Как только я закончу разбираться с этой планетой, то всех отправлю по домам. Здесь вы не рабы, а гости. Можете занимать любую свободную комнату в любом из двух домов. Можете считать, что все неприятности закончились. Кому нужна медицинская помощь, скажите. Кто не желает есть с нами, может уйти в дом. Еду вам принесут по первому требованию.
Как я и полагал, все девушки остались. Сначала робко, а затем все смелее и смелее, они на слегка ломаном ииствари взахлеб начали рассказывать свои похожие друг на друга, как две капли воды, истории появления в этом мире. Одинокая прогулка, зависшая над головой тарелка, слабость, темнота и подвал работорговца. Но у молодости короткая память. Девчонки уже вовсю «постреливали» глазками и с легким недовольством смотрели на соперниц.
— Вадим? — Я повернулся к пилоту. — А неужели никак нельзя сбить эти поганые тарелки?
— Умный больно, — ворчливо отозвался майор. — Помнишь, что англичане сделали с армией зулусов? Вот и мы, как те зулусы. Первое время, особенно после появления реактивных самолетов, пытались гоняться. Но после нескольких случаев командование издало специальный циркуляр, запрещающий даже приближаться к ним. Меня подловили на вираже и врезали чем-то таким, отчего вся электроника вырубилась. Пришлось катапультироваться. Тут меня и затянули. Как есть вместе с парашютом.
— Ладно. — Я сделал себе в памяти еще одну зарубку. — Вернемся, устроим охоту на охотников. — И обернулся к своей соседке: — Лена, ты почти ничего не ешь.