Агнесс
Шрифт:
– Слушай, Стив, не знаю уж, как там тебя ранили и куда, но твоя фраза была глупой, – отозвался Артур, не желая покидать бронированное убежище. – Воюют не ради сохранности жизней. Нет такого человека, который отправляясь на поле боя, смело тебе скажет, что вернется. У него другая цель – защита гордости страны. Вспомни себя. Зачем ты шел воевать? Еще и бросив звание полковника, кстати. Как бы тебя на благословляли за это, а я все еще считаю этот поступок странным.
Стивен лишь молча слушал, ожидая финала героической лекции друга.
– Я
Речь завершилась сигналом телефона. В устройстве сработала вибрация, после чего из кармана раздался голос, сильно напоминающий диктора одной из политических передач, которые любили смотреть в свободное время друзья:
– Объект доставлен. Вы можете вернуться к работе.
– Не рискнешь ослушаться и провести время со старым приятелем? – поинтересовался Стивен, хотя ответ был очевиден. – Один прогул не развернет твою судьбу в худшую сторону.
– Обойдусь сегодня без риска. До встречи.
Проводив взглядом фургон, Стивен решил отбросить серьезные беседы и насладиться долгожданным отдыхом за просмотром телевизора и поеданием вредной пищи. После нескольких дней, бесцельно проведенных в госпитале, это было одним из самых больших желаний мужчины. Порог собственного дома и одно прикосновение, открывающее дверь в маленький мир, хозяином которого являешься только ты и никто другой.
Но планы обрушились, когда после прикосновения к замку Принкс почувствовал неприятную боль, будто кто– то переписал программу и заменил фразу «Добро пожаловать домой» на короткий сеанс иглоукалывания. В недоумении он решил, что виной всему бинты, наложенные на запястье – редкие сбои вероятны даже в простых системах.
Быть не может…
Что обычно прикрывают бинтами? Мелкие ссадины? Порезы? Серьезные синяки? Складывалось впечатление, что небольшой промежуток кожи смог совместить в себе все и сразу. Стивен был поражен количеством не до конца заживших травм, но еще больше его потрясло другое. Одна рана была куда глубже остальных и составляла в диаметре около сантиметра, откуда торчал темный уголок чипа.
Глава 2
– Закон Агнесс номер 32: «Каждый гражданин Агнесс обязан иметь черное металлическое устройство, встроенное в запястье правой руки, именуемое чипом».
– Сам знаю, стекляшка, – иногда и телевизор умел быстро надоедать и отвлекать от нужных мыслей даже Стивена.
Входную систему получилось активировать спустя нескольких попыток. Принкс уже был готов лезть в дом через окно на втором этаже, когда дверь наконец распахнулась. Но первая мысль была связана вовсе не с отдыхом. Нужно было срочно скрыть повреждения кожи.
– Не
– Бинго! – аптечка оказалась спрятана в одном из кухонных ящиков. Пластиковый флакончик с успокоительным Маргарет на случай бессонницы, несколько одноразовых шприцов, упаковка пластырей, чей дизайн не менялся еще с прошлого века, и главный клад – стерильные белоснежные бинты.
Отбросив упаковку в сторону, Стивен парой ловких движений обвязал руку от основания ладони до локтя и быстро убрал медикаменты на прежнее место.
Теперь я смахиваю на безумца, который не умеет пользоваться ножом. Но хотя бы не на преступника. Вскоре рана затянется, и тогда поводы для беспокойства исчезнут.
Принкс вертелся перед зеркалом, пытаясь утешить самого себя. Пару раз его мысли вернулись к успокоительному, но от этой идеи пришлось быстро отказаться – кто знает, будут ли ему проводить повторный медосмотр или нет.
– Мобильник, активируй поиск, – обратился Стивен к тонкой сенсорной пластине, размером не больше человеческой ладони.
Хитроумное устройство отреагировало ощутимой вибрацией, осветив стол вокруг себя. Заметив местоположение вечно теряющегося телефона, мужчина продолжил:
– Найди случай изъятия чипов из руки человека и последствия этого действия.
– Ваш запрос некорректен и не может быть выполнен, – телефон ответил нежным голосом любимой актрисы Стивена из комедийного шоу, но иногда и он умел расстраивать своего хозяина. – Возможно, Вы имели в виду «закон об изъятии чипа и последующие наказания».
– Нет, – с ноткой гнева ответил Стивен, присев в кресло напротив телефона. – Мне нужны конкретные примеры. Лица, даты, причины их преступления, как удалось их обнаружить, их действия. Все в подобном духе.
– Ваш запрос отклонен по причине его некорректности.
– В чем именно состоит некорректность?
– Данного материала нет в свободном доступе.
Стивен отбросил попытки продолжить допрос и откинулся на спинку кресла. Ситуация становилась только сложнее, хотя в воображении она разрешалась сама собой шаг за шагом: рана заживет, чип встанет на прежнее место, и жизнь продолжится своим ходом. Но панические идеи слишком назойливо врезались в этот план.
А если рана не заживет как надо? Или ее обнаружат раньше времени? Мне никто не поверит, что меня выпустили из госпиталя в таком состоянии. Как же люди любят все усложнять!
Размышления разбились с громким треском, как стекло при столкновении с брошенным камнем. Только вместо дребезжащего грохота по квартире разнесся знакомый стук женских каблуков. Звук постепенно нарастал и неожиданно исчез за спиной Стивена. Две тонкие руки плавно обвили шею мужчины, а в следующий миг уже родные бархатные губы оставили след помады на щеке своего супруга.